Бесы на краю империи (СИ), стр. 27

— А давайте потом все вместе куда-нибудь отправимся? — предложила Маро. — Когда ваш сын родится. Ну, пусть не на катамаране. На Бродяге.

— Отправимся, — кивнула Джан. — Но ваши две недели на яхте за мной. Как только сын появится на свет, я вас отпускаю.

— Сразу? — усмехнулась мечница. — Поверь, ты не знаешь, о чём говоришь.

— Мы отправимся в круиз все вместе, — отрезал я. — Точка.

Вот так и сорвалось моё роскошное свадебное путешествие на катамаране с вышколенной командой в формате «всё включено». Но, согласитесь, повод достойный!

Я ходил под впечатлением несколько дней.

А по ночам любил Маро.

За Джан теперь особенно тщательно присматривал Бродяга — по моему указанию. И сообщал мне, если жена, например, собиралась куда-то плыть или идти на прогулку вглубь острова. Едва поступал тревожный сигнал, я оказывался рядом.

Экипаж катамарана, задержавшись в порту одного из центральных островов архипелага, повернул обратно на север. Не знаю, что там думали бравые матросы, но почему бы и нет. Уверен, Назар Курт подбирал людей, влюблённых в океан, и получающих удовольствие от дальних переходов.

По прибытии в Красную Поляну я заказал программу небесных иллюзий в честь ещё не рождённого сына. А Джан лично от меня получила артефактное колье, нормализующее кровоток, гормональный фон и улучшающее кучу других параметров. Я его давно искал, но сумел раздобыть примерно месяц назад. Просто не было подходящего повода, чтобы вручить…

Меньше всего в этот период я ждал визитёров.

Особенно — представителей церкви.

Глава 16

У парадного крыльца остановился знакомый автомобиль.

Диакон Корвинус выбрался из салона, раскрыл зонт и только потом хлопнул дверцей. Я, правда, не уверен, что зонт сильно помогает, если в Фазисе начинает идти дождь. Зонты работают против нормальных дождей.

Шлёпая по лужам, Корвинус приблизился к крыльцу.

Поднялся по лестнице и укрылся от непогоды под козырьком. Я еле удержался от того, чтобы не отменить козырёк. Руки прямо чесались…

Грохот ливня перекрывал все звуки.

Я временно отключил звукоизоляцию, чтобы побыть наедине со стихией. Проникнуться черноморским духом. Убрать лишние мысли. Медитативная пауза.

Церковнику открыли не сразу.

Так и было задумано.

Корвинус тщетно искал звонок, потом робко постучал в дверь, но никто не откликнулся. Через минуту сама по себе объявилась кнопка. Диакон начал раздражённо жать на неё — без видимого результата. А потом щёлкнул замок, створки разъехались в стороны, и на пороге объявился надменный Никанор.

— Бродяга, трансляция звука от двери, — попросил я.

— Чем могу служить? — послышался голос Никанора.

— Я к барону Иванову, — ответил Корвинус.

— У вас назначена встреча?

— Меня задержали охранники на КПП. Господин Иванов знает, что я приехал.

— А, диакон Корвинус, — смягчился дворецкий. — Прошу в дом.

Хмыкнув, я прервал трансляцию.

— И долго ты ещё над ним будешь издеваться? — поинтересовалась Джан.

Маро занималась с Федей в додзё.

Я зевнул:

— Дорогая, у нас не так много развлечений в последнее время.

— Что ему нужно? — с подозрением спросила жена.

— Откуда мне знать. Пожертвования будет просить, не иначе.

— Сергей.

— Что?

— У нас проблемы с культом Древних?

— Пока нет.

— Пока?

Я откашлялся и мысленно приказал Бродяге восстановить звукоизоляцию. Шум ливня отрезало. Окно закрылось. Тихо зашелестела вентиляционная система.

— Солнце, я пока не могу ничего утверждать наверняка. Вот поговорю с этим типом — и всё узнаю. Вдруг он решил поздравить нас с Маро? Подарки принёс?

Джан с улыбкой посмотрела на меня:

— Шутник.

Я встал с кресла, подошёл к кровати, поцеловал жену и направился к двери. По моему распоряжению, Никанор отвёл церковника в гостиную, где специально для него были материализованы полки с книгами. Криптоисторические труды, монографии критиков Церкви, запрещённые философы.

Появившись в гостиной, я заметил, что Корвинус, сложив руки за спиной, изучает корешки.

— Добрый день, ваше преподобие!

Диакон отвернулся от полки.

— Интересные вы книги читаете, барон.

— Я? — делаю глупое лицо. — Вообще ничего из этого не читал.

— Тогда зачем они здесь?

— Для красоты.

Корвинус несколько секунд сверлил меня взглядом.

— Барон, у меня к вам серьёзный разговор.

— Пожалуйста. Я слушаю.

— Мы можем обсудить возникшие проблемы наедине?

Щёлкнув пальцами, я замуровал дверной проём и включил звукоизоляцию. Разумеется, это произошло по моему мысленному приказу, а не по щелчку. Но выглядело эффектно.

— Нас никто не слышит.

Диакон сглотнул:

— А что с выходом?

— Верну, когда скажете.

Церковник отошёл от стены, сел в кресло. Я устроился в кресле напротив. Приготовился внимать. Шум дождя сюда не проникал, хотя за окном всё было заштриховано белёсыми нитями.

— Господин Иванов, я не рекомендую вам шутить с культом Древних. Вам следует понять одну вещь: мы обладаем гораздо большим влиянием, чем вы думаете. И не только в этой стране.

— Хм. Вы приехали, чтобы похвастаться?

— Вовсе нет. Я приехал, чтобы уладить возникшее недоразумение… пока оно не переросло во что-то серьёзное. Вы меня понимаете, барон?

— Не уверен.

Корвинус вздохнул.

— Господин Иванов, давайте восстановим цепочку событий. Вы заинтересовались катакомбами под Ачамхитой, попытались выкупить у нас гору. Мы отказали. После этого некая часть катакомб была отрезана.

— Даже так? — удивился я.

— Тоннели замуровали.

— Не представляю, кому это могло понадобиться.

— Ищи, кому выгодно. Знаете, кому принадлежит эта фраза?

— Римлянам.

— Так вот, никто до вас не проявлял интереса к заброшенным катакомбам. И никто не пытался их выкупить. Мы, разумеется, вызвали из епархии ясновидца, диакона Лария, но ему не удалось что-либо вычислить. Кладка очищена от личной истории.

— Надо полагать, это просто камни, — заметил я.

— Мы тоже так поначалу решили, — кивнул диакон. — Но в тайной библиотеке прихода сохранилась копия старинной карты, на которой обозначены все тоннели и залы, расположенные под горой. Кроме того, мы провели акустическое исследование. За кладкой, как и прежде, расположена огромная полость.

— Пещер в этом мире хватает, — произнёс я с философским выражением на лице. — Порой их заваливает.

Взгляд церковника вдруг стал колючим.

— Барон, я уже говорил, в недрах горы дремлет потомок Хастура. Один из легендарных Предтеч. Его нельзя тревожить. И тоннели к нему нельзя перекрывать.

— Не вижу связи со мной.

— Хватит валять дурака, — ещё больше нахмурился диакон. — Мы ведь можем взяться за дело всерьёз. И создать вам кучу проблем. Разблокируйте туннели, они вам не принадлежат.

— Голословные утверждения, диакон. А вот угрожать мне не стоит. Я бы на вашем месте потратил время и навёл справки об Ивановых. И сделал бы это до приезда в Красную Поляну.

— А я и сделал, — Корвинус не казался испуганным. — Но, барон, и вам следует знать, с чем вы столкнулись. У нас огромное количество прихожан по всей стране. Особенно в приморских губерниях. Это ваши клиенты, деловые партнёры, инвесторы. Бойцы вашей гвардии. Чиновники в правительстве. Уверены, что справитесь с последствиями?

Церковник замолчал.

Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза.

— Давайте начистоту, — не выдержал я. — Мне нужная эта грёбаная пещера. И я её получу. С вами, без вас, через ваш труп или трупы других служителей культа — неважно. Я хотел сделать всё по закону, но вы не оставляете мне выбора, диакон. И вот что я вам отвечу на ваши угрозы: ходите и оглядывайтесь. Если вы попытаетесь мне вредить, я смету с лица земли всё, что вам принадлежит. Без шуток.

— Вы идиот, — покачал головой церковник. — Из-за вас у всех возникнут проблемы. Не только у вас или у меня. Вообще у всех.