В поисках себя (ЛП), стр. 66

Но Аделин оказалась вполне реальной. Вообще у мира духов, похоже, было не так уж много правил, но с ней все обстояло иначе. Казалось, она была связана именно с секретами. Эрнест и Аделин пытались разобраться в этом, они пробовали разные способы добраться друг до друга теперь, когда знали, где кто находится, но пока ничего не выходило. Стоило Эрнесту попытаться дойти до реки Свитуотер, как он начинал блекнуть еще по дороге и в итоге возвращался в «Жабки». С Аделин было то же самое, только ее выкидывало обратно в лес.

Поэтому практически каждый день Эрнест просил меня накинуть на голову простыню и рассказать секрет, чтобы они с Аделин могли встретиться. Я выложила уже почти все свои секреты, включая тот факт, что это я выпустила хомячка Коллинз из клетки, когда нам было по девять лет.

Я снова обновила почту. Сметы по-прежнему не было. Перевалило за шесть, а это значит, что ответа от «Палмер Руфинг» раньше понедельника ждать не стоило. Раздраженно я протянула руку и захлопнула ноутбук чуть с большей силой, чем следовало.

Глаза Эрнеста все еще были прикованы ко мне. Я видела пару его прижизненных фотографий, но все они были черно-белыми, что напоминало то, как он выглядел сейчас — сотканный из паутинок и полупрозрачный по краям. Меня огорчало, что я так и не узнала, какого цвета у него были глаза.

Черт побери, он все-таки достал меня, как и всегда. Я никогда не могла ему отказать.

Я стянула пальто со стула рядом с собой и накинула его на голову. Хоть я и не видела его, я знала, что Эрнест ухмыляется так лучезарно, что мог бы соперничать с закатом.

— В выпускном классе я списала на контрольной по математике, написав все формулы на внутренней стороне бутылки с водой, — глубоко вздохнув, произнесла я.

Спустя пару секунд температура в помещении упала. Я знала, что, когда стяну пальто с головы, Аделин будет стоять рядом с Эрнестом, и они будут строить друг другу влюбленные призрачные глазки.

Фу.

Поэтому, когда я сбросила капюшон, смотреть на них я не стала. Я просто надела пальто, сунула ноутбук в сумку и поднялась, направляясь к выходу.

— Спасибо, Кларк, — бросил вслед Эрнест, когда я была у входной двери.

Я все-таки оглянулась на них. Эрнест и Аделин стояли там, где пробудут еще примерно час, пока Аделин снова не унесет обратно к реке. Их головы были склонены друг к другу, они о чем-то шептались, и я почувствовала странный укол в груди. Я тихонько притворила дверь, чтобы не тревожить их, и заперла ее на ночь.

Боже, даже у призраков может быть пара.

Укус едкого морозного воздуха за щеки не дал этой мысли зайти слишком далеко. Все, о чем я могла думать по дороге домой, — это как же холодно. Стоял март. В Вайоминге все еще была зима, хотя эта выдалась мягче большинства предыдущих. Достаточно мягкая, чтобы дорожки не были завалены снегом, так что я могла ходить на работу пешком, хотя каждое утро и вечер рисковала замерзнуть насмерть.

И хотя закаты в Свитуотер-Пик я любила больше всего на свете, мне безумно хотелось, чтобы уже начался переход на летнее время. Больше всего на свете я любила лето. К тому же закат в половине шестого вечера навевал тоску.

Дорога была недолгой, обычно она занимала минут семь. За это время я даже не успевала дослушать до конца «Американский пирог».⁵⁹ Приближаясь к дому, я смотрела на закат, пытаясь романтизировать момент и то, что неизбежно последует за ним: макароны с сыром быстрого приготовления, вероятнее всего хот-дог, бокал лучшего коробочного вина, которое можно купить у нас, и слезы над видео с пожилыми собаками в интернете.

Но на сей раз, похоже, этому не суждено было случиться, потому что на моем крыльце кто-то стоял. Кто-то живой. Мне не нужно было видеть его лицо, чтобы понять, что это Лейт Уилкс. Его широкие плечи и до раздражения идеальные волосы выдавали его с головой.

Черт. Что он здесь забыл?

Я избегала Лейта уже несколько месяцев, но он проявлял настойчивость. Пару недель назад его сообщения наконец прекратились, и я решила, что отделалась.

Очевидно, нет.

Заметив меня, он широко улыбнулся — той ослепительной улыбкой, которой самое место в рекламе зубной пасты, — и помахал рукой.

Я не стала махать в ответ. Внезапно вечер с макаронами в сырном соусе и хот-догом показался мне куда привлекательнее, чем такая компания. Хотя лет в пятнадцать я, наверное, пошла бы на настоящее преступление, лишь бы Лейт однажды появился у меня на крыльце.

Вот же дурочка.

— Ты меня избегаешь, — сказал он, когда я подошла ближе. И тут я поняла, что Лейт на крыльце не один. С ним стоял его отец.

Его мертвый отец.

Благодарности

Вот уже пятая книга, а я до сих пор не придумала, с чего лучше начинать благодарности. И все так же боюсь кого-нибудь забыть. Но я постараюсь никого не упустить.

Эта книга далась мне невероятно тяжело. Иногда казалось, что писать ее просто невыносимо. И все же именно она оказалась самой искренней и самой близкой моему сердцу. Наверное, именно поэтому работа над ней была такой трудной. Очень страшно открывать читателям частицу своей души. Особенно ту ее часть, которую так хочется сохранить только для себя.

Поэтому прежде всего я хочу поблагодарить людей, которые оберегали меня, пока я писала «В поисках себя» и пыталась уберечь саму себя. Эмма, мой редактор, и Джесс, мой литературный агент, без вас я просто не смогла бы заниматься этим. Причин для этого миллион, но никогда еще я не ощущала их так ясно, как во время работы над этой книгой. Спасибо вам за то, что не только давали мне возможность расти, но и вдохновляли двигаться вперед.

Спасибо Лекси. Ты помогала мне справляться со всеми сомнениями, которые когда-либо меня одолевали. И эта книга не стала исключением.

Мама, папа, знаю, сколько раз я плакала из-за этой книги. Хотелось бы пообещать, что такого больше не повторится, но мы все понимаем, что это было бы неправдой. Не знаю, откуда у меня такая любовь к слезам, но на этот раз она проявилась во всей красе. Спасибо вам за то, что были рядом, когда мне это было нужно, и за то, что давали мне пространство, когда оно было необходимо. Я вас очень люблю.

Бекка и Ханна, ваша безоговорочная вера в меня — одна из самых сильных опор в моей жизни. Без вас я бы не справилась. Да и не захотела бы.

Стелла, мой ангел, у нас снова получилось! Мне так нравится писать книги, когда ты рядом.

Спасибо Остину, дизайнеру обложки. Ты снова превзошел все мои ожидания. На этот раз я поставила перед тобой непростую задачу, но ты подошел к ней с невероятным терпением и мастерством. Обложка получилась еще прекраснее, чем я могла себе представить.

Моей замечательной команде в Dial Press. Простите, что теперь все называют вас Daddy Dial⁶⁰. Это моя вина. Хотя нет… Мне не жаль. Мне это ужасно нравится. Спасибо за все, что вы делаете для моих книг и для меня. Благодаря каждому из вас я чувствую себя в безопасности и знаю, что обо мне заботятся.

Сидни, спасибо, что ты часть моего мира, даже если иногда в нем бывает страшно.

И снова спасибо вселенной «Первого мстителя». Она всегда оказывается рядом, когда мне особенно тяжело. И, конечно, спасибо диетической коле и кофе Cometeer⁶¹.

И наконец, самое главное спасибо тебе, дорогой читатель.

Спасибо, что отправился вместе со мной в это новое путешествие. Для меня нет большей чести, чем знать, что среди множества прекрасных книг, существующих в мире, некоторые из вас выбирают именно мои.

Я люблю вас всем сердцем.

Лайла Сейдж живет на Диком Западе вместе со своим верным спутником — добрым пожилым слепым питбулем, которого она взяла из приюта. Она пишет романы о любви, которые напоминают ее любимые вещи: солнечный свет и бескрайнее голубое небо.

Также является автором книг «Done and Dusted», «Swift and Saddled», «Lost and Lassoed» и «Wild and Wrangled». Когда она не пишет, она читает.