В поисках себя (ЛП), стр. 27
Так или иначе, уцелевшие детали я обработал паром, деревянные ножки отполировал, и кресло стало выглядеть как новенькое.
Было что-то особенное в том, чтобы возвращать старым вещам былой блеск, вместо того чтобы просто покупать новые. Материалы, эстетику и историю винтажного предмета невозможно скопировать. Подобные кресла создавались на века при условии должного ухода, и мне нравилось быть тем, кто этот уход обеспечивает, продлевая им жизнь.
Подобные мысли порой заводили меня в тупик, возвращая к Джеки. Женщине, которой подавай только все самое новое и блестящее. В этом не было ничего плохого или предосудительного, но такой подход явно не по мне.
— Ого, — впечатлился Лейт, помогая мне выгрузить кресло из кузова пикапа. — Выглядит невероятно! Намного лучше, чем было до того, как я привез его тебе. Ты же говорил, что обивку придется менять?
— Коллинз отыскала оригинальную ткань на фабрике в Вайоминге, и они прислали нам целый рулон, — пояснил я. — Материала осталось с избытком, так что если твоя мама захочет отреставрировать что-то еще, дай знать. Я приберегу ткань для вас.
Лейт озадаченно уставился на меня.
— Коллинз? Коллинз… Картрайт? Она вернулась?
— Ага, — я кивнул. — Уже чуть больше недели как здесь.
На лице Лейта читалось абсолютное изумление.
— Это… интересно, — протянул он.
В обычных обстоятельствах я бы пропустил это мимо ушей. Разговорчивостью я не отличался. Не поймите неправильно, я был вежлив и не против поболтать с теми, кто мне симпатичен, но Лейта я знал недостаточно хорошо.
Однако мне ужасно хотелось услышать о Коллинз побольше.
— Правда? — спросил я.
Мы опустили кресло на землю, и я выпрямился.
Лейт кивнул.
— Она какая-то… неуловимая. Возвращается в город и шныряет туда-сюда, будто призрак сквозь стены.
Ха. Интересно, догадывался ли он, насколько точным было это описание.
— Впрочем, она всегда такой была. Сколько себя помню, она казалась мне загадочной, даже в семилетнем возрасте, — продолжил он.
— Разве семилетний ребенок может быть загадочным?
Лейт пожал плечами.
— Наверное, на контрасте с Кларк.
— Да, они кажутся… — я подбирал наиболее подходящие слова. — …довольно разными, — остановился на этом варианте.
И тогда я понял, насколько тяжело, должно быть, было расти рядом с человеком, с которым тебя неизбежно постоянно сравнивают. Для них обеих.
— О да, еще как, — подтвердил он.
Мне не очень понравилось, насколько хорошо он, кажется, знал Коллинз, особенно с учетом слухов, что Лейт любит пофлиртовать и недавно снова стал свободен. Было ли между ними что-то в прошлом? И с какой стати меня это вообще волновало?
— Коллинз всегда идет своим путем. Держится довольно отстраненно, хотя вроде бы без злого умысла. Зато фотограф из нее чертовски талантливый. Ты видел ее работы?
— Нет, не довелось, — честно ответил я.
Любопытство, конечно, присутствовало, но гуглить ее биографию в тот момент, когда она спала в двух десятках футов23 от меня, казалось некрасивым вторжением в личное пространство.
— В старшей школе она сделала пленочный портрет моего отца в рамках серии для урока по искусству. На нем он получился более настоящим, чем я когда-либо видел его своими глазами. Мама выбрала именно эту фотографию для похорон. Помоги занести кресло внутрь, я покажу тебе.
— С удовольствием, — отозвался я.
Мы снова подхватили кресло и направились к входной двери. Вещица была легкой, но неудобной формы, так что Лейт легко удерживал ее одной рукой, толкая дверь свободной.
— Куда несем?
— Прямо за угол, в гостиную.
Когда мы опустили кресло на пол, мое внимание привлекла черно-белая фотография на противоположной стене. Сам не знаю, как именно я догадался, что это дело рук Коллинз — особенно учитывая, что на стене было множество снимков, — но нутром я почувствовал, что это ее работа.
— Это… — я осекся, кивнувем в сторону снимка.
Фотография оказалась довольно крупной, больше фута24 в высоту и примерно вдвое меньше по ширине.
— Ага, — кивнул Лейт. — Здорово вышло, правда?
Несмотря на уверенность в том, что я видел этот кадр впервые, от него веяло странным знакомством и почти ностальгией. Он заставлял тосковать по человеку, с которым я никогда не встречался.
Снимок захватывал фигуру примерно до груди, причем отец Лейта располагался чуть в стороне от центра, ровно настолько, чтобы в кадр попал фрагмент вывески «Ферма Уилксов». Надетая набекрень ковбойская шляпа, зубочистка в уголке рта и легкая улыбка, которая открывала щербинку между передними зубами.
— Да уж… впечатляет, — выдавил я.
Это было намного лучше, чем просто хорошо.
— Она сняла это в старшей школе?
Теперь мое любопытство к ее творчеству разгорелось с новой силой.
— Угу.
Лейт сделал пару шагов вперед, поравнявшись со мной. Я даже не заметил, как сам подошел ближе к фотографии.
— Именно таким я и хочу его помнить. Кажется, я даже не поблагодарил ее тогда. Передашь ей спасибо от меня?
Я кивнул.
— Обязательно.
— Знаешь, у нас в классе было всего пятнадцать человек, и Коллинз с Кларк были единственными девчонками, пока в старшей школе в Свитуотер-Пик не переехала их подруга Сэйди.
— Жесть, — я вздохнул. — даже представить не могу, каково им приходилось.
— Ну, — протянул Лейт, — объединяло их одно: абсолютное неумение спускать кому-либо хоть что-то с рук, так что… — он усмехнулся, — …они справлялись отлично.
— Охотно верю, — согласился я.
Лейт приоткрыл рот, собираясь сказать что-то еще, но тут же захлопнул его.
— Ты ведь, эм… ты ведь и с Кларк тоже общаешься, верно?
Я пожал плечами.
— Не сказал бы, что мы близкие друзья, но все семейство Картрайтов отнеслось ко мне невероятно тепло с момента моего переезда.
— Ага, понятно.
— К чему вопрос?
— Да так… писал ей на днях по одному делу, но ответа так и не дождался.
Вот это уже было любопытно. Кларк обычно быстро отвечала на сообщения, она не запускала переписку так, как, судя по всему, это делала ее сестра.
— Боюсь, в этом вопросе я плохой помощник.
— Да ладно, проехали, — отмахнулся Лейт.
В комнату влетел маленький черный комочек и с разгону запрыгнул ему на руки.
— Это и есть тот самый преступник? — я кивнул на черного лабрадорчика, старательно пытавшегося отгрызть Лейту пальцы.
— Ага, этот маленький демон по кличке Билл.
— Билл? — удивился я.
— Фантазией я не блещу, — Лейт пожал плечами. — Да и Билл ему подходит.
Я протянул руку, чтобы почесать щенка за ухом, и тот доверчиво ткнулся носом мне в ладонь.
И тут же попытался откусить мне пальцы.
— Чертов Билл, — простонал Лейт.
— Симпатяга, — оценил я. — Только держи этого мелкого кусачего засранца подальше от кресла.
— Обязательно, — пообещал Лейт. — Спасибо, Брэди. Чем я могу отблагодарить тебя?
— Замолви за меня словечко друзьям, — ответил я.
— Считай, сделано.
По дороге обратно в мастерскую я заметил знакомый силуэт, шагавший по обочине дороги. Приспустив пассажирское стекло, я затормозил рядом.
— Эй, — окликнул я Коллинз. — Подбросить?
— Смотря по обстоятельствам, — отозвалась она. — Ты одет?
Я бросил на нее раздраженный взгляд.
— Ты же видишь меня.
— Не целиком, — заметила она, подходя ближе к машине. — Вдруг ты там сидишь в стиле Винни-Пуха.25
Я наклонился и открыл пассажирскую дверь.
— Невыносимая женщина.
Она едва заметно улыбнулась. Несмотря на весь сарказм, вид у нее был… потерянный.
— Как родители? — поинтересовался я.
— Нормально, — бросила она, застегивая ремень безопасности. — Все в порядке. Чем занимался сегодня?
— Доставил кресло Уилксам.
— Ух ты, глядите-ка, кто у нас тут работает сверхурочно, — произнесла Коллинз тоном, который, судя по задумке, должен был звучать игриво, но вышло фальшиво. — Труди принимала работу или местный золотой мальчик?