Командор. Том 4 (СИ), стр. 32
Нерск…
— Генерал, вы уверены? — спросил начштаба. — Эта техника не была в бою уже много лет…
— Уверен, — прохрипел генерал Варга.
И фишки на карте сдвигались вперёд. Гарнизон Нерской промышленной зоны вышел на вылазку под поддержкой самой тяжёлой бронетехники на вооружении империи.
— С вами хотят поговорить из ставки, — произнёс начальник спецсвязи, показывая на телефон. — Канал безопасный. Настроили только что, когда прибыли разведчики от них.
Генерал поднял трубку.
Ставка главнокомандующего имперской армии…
— Рад, что я снова вас слышу, мой друг, — сказал генерал Рэгвард. — Давно мы не говорили.
— Очень давно, — произнёс голос в трубке. — Вы научились многому, генерал.
Голос был одновременно знаком и нет. Рэгвард удивился такому обращению, потом решил, что это последствия отравления.
— Вы очень хорошо придумали с этим, — продолжал Рэгвард. — Я поддержу вас.
— Буду рад. Координаты вам переданы.
Рэгвард положил трубку и посмотрел на карту.
— Я знал Молота империи, когда был мал, — сказал он штабистам. — А он учил меня, чтобы за этими фишками я видел людей. Будь он сейчас с нами, был бы нами доволен. Этой операции он бы и сам не постеснялся. Будто он сам её ведёт.
А на карте расставляли новые позиции нерского гарнизона и сил, которые шли на выручку. И там же было старое оружие, которое уже давно не участвовало в бою…
— Да ты посмотри! — радовался Зорин. — Как в кино!
«Преторианцы» и «Гладиаторы» не успевали перестроиться навстречу новой угрозе. Один пытался объехать, но был уничтожен одним метким попаданием.
А к ним продвигалось подкрепление из Нерска.
Огромный, размером с гору, тридцатиметровый шагоход Исполин «Небожитель Инжи Дерайга» пускал тяжёлые тактические ракеты куда-то за горизонт так часто, будто это была установка залпового огня. Тяжёлые пушки на его второй руке не стреляли, слишком они были стары, но даже без этого у него хватало огневой мощи.
А осадные мортиры на его плечах обстреливали позиции дискремской пехоты и бронетехники. Сами по себе огромные «Паладины» и «Катафракты» на его фоне казались совсем маленькими.
Не всё было гладко. У старой техники хватало проблем, и некоторые шагоходы стояли на месте, некоторые не стреляли, ведь у них было мало времени на подготовку. Да и экипажам не хватало реального опыта. Некоторые вообще были подбиты ракетами и игниумными снарядами ещё на подходе, некоторые страдали от авиации.
Но даже те, кто добрался до огневых позиций и вёл бой, произвели фурор. Целое поле было объято огнём, и враг никак не мог отразить атаку…
А другой Исполин, тяжёлый четырёхногий шагоход «Ищейка», занял позицию на соседнем холме.
— Под ноги ему лезут! — крикнул Зорин, увидев силуэты внизу машины. — Отогнать пехоту!
Но «Ищейка» справлялась сама. Огнемёты и пулемёты на её брюхе, направленные вниз, атаковали подобравшихся пехотинцев, а когда тяжёлое орудие «Карнификс», установленное в башне на её спине, пальнуло, оглушённые солдаты просто падали на землю, держась за уши. Оттуда лилась кровь.
Правда, выстрелить оно смогло всего раз, и после залпа его заклинило, но взрыв в месте попадания был такой, что его было видно издалека.
— Ладно, — протянул Зорин. — Посмотрели кино? Пошли гусеницы чинить, чё расселись? Нам ещё к своим надо прорваться.
Позиции шестой роты имперского десанта крепости «Императрица»…
Эта атака была нужна, все это понимали. Да и Шульгину верили, давно знали, и за ним шли. Он и сам отправился в бой с ними.
И сейчас они продвигались редкой цепью на позиции врага, который их ждал. Там уже открыли огонь, снаряды из миномётов свистели над головами, а пулемёты и зенитка поворачивались к ним.
А ещё…
— Всем лечь! — приказал Шутник и сам бросился на землю.
Гул вертолёта слышали все, и его силуэт, вылетевший из-за холма. Время для Шульгина тянулось так, будто он видел во всех деталях, как вращаются его соосные винты. Но его пушки были направлены не на них, да и модель была всем знакома.
Вертолёт «Молния» открыл огонь по укреплённому холму из пулемётов, ракет и пушек, разнося оборону. Не ожидавшие этого хардаленцы несли большие потери, снаряды рвали их на куски, но когда они были готовы открыть ответный огонь, «Молния» ушла, зато появился другой вертолёт.
— Занять холм! — крикнул Шутник, когда вертушки отошли.
Кеннет понял всё вовремя и отправил им подкрепление, как раз к месту. А когда они заняли холм, то увидели совсем другое.
Вертолёты высаживали десант, но в небе рябило в глазах от белых парашютов. Десант, имперский и региональный, высаживался повсюду с самолётов и крепости, которая плавно летела высоко над землёй.
Тысячи десантников занимали позиции, мешая врагу атаковать, и помогая отступающим частям разбитой имперской армии перегруппироваться.
— Империя пришла, — довольно проговорил Шутник.
Крепость «Северное копьё». Ставка императора Дискрема…
— Господин генерал, — шепнул один из десантников, которых Хардален приставил к генералу Загорскому. — Они говорят, что ищут вашего внука.
Владимир Загорский встрепенулся и посмотрел на него. Всё это время старый генерал сидел, держа в руке дедовские часы и старую фотографию, где был изображён его покойный сын Валерий уже со своим сыном.
— Я сам слышал, когда шёл мимо рубки, — десантник огляделся. — Хотят его найти, если жив…
— И потом угрожать мне, — прохрипел генерал и посмотрел на часы. — Тогда слушай сюда…
Через три минуты в каюту вошёл император Хардален с охраной.
— Вот и пришло ваше время, Ваше Императорское Величество, — объявил император Фридрих. — Обратитесь к войскам, чтобы они сложили оружие. Они гибнут впустую, мы всё равно побеждаем. К чему эти жертвы?
— Я понимаю, — генерал Загорский взял часы деда в руки и надел их.
— Как я и говорил, это будет поступок, достойный императора. Пусть сейчас о вас говорят разное, но потомки будут вспоминать вас с благодарностью.
— Поступок, достойный императора, — генерал гордо поднял голову. — Да будет так. Что нужно сделать? Где мне выступить?
— Радиорубка подготовлена, — объявил адъютант императора Хардалена. — Ваша речь будет транслироваться по всем гражданским станциям и военным частотам. Вас услышат.
— Это хорошо.
Генерал поднялся, опираясь на стол, и его увели.
— В нём осталась хоть капля уважения? — с презрением спросил генерал Дитрих Хардален.
— Тогда бы я его выкинул вниз, — император усмехнулся. — Включи…
Но в приёмнике вместо речи генерала в эфире шёл писк сигналов…
Радиорубка крепости «Северное копьё»…
— Речь для вас уже подготовили, Ваше Императорское Величество, — сказал напыщенный придворный, протягивая лист. — Просто зачитайте её.
В тесной радиорубке было три человека: офицер-связист, придворный и сам Владимир Загорский. Тот взял лист и сел за стол.
— Поступок, достойный императора, значит, — генерал Загорский оглядел технику. — А я же начинал военную службу как связист. Всё ещё помню, как надо делать…
— Это хорошо, но у нас свои специалисты для этого. Вам нужно как можно скорее…
Бах! Снаружи раздался выстрел, потом сдавленные крики. Дверь в рубку открылась, вошёл крепкий окровавленный десантник с ножом в руке, схватил за волосы связиста, с силой припечатал его лицом в стол и вонзил нож ему в шею сзади.
Придворный тонко вскрикнул, но его проткнул ножом в живот второй десантник. На форме у двоих бойцов был шеврон с силуэтом крепости «Северное копьё».