Заповедная усадьба (СИ), стр. 42

Да что ж это за жизнь такая⁈ Ведь не будет у нее нормального детства, как бы я ни пыжился. Может, в другом месте им и было бы лучше, но моя чуйка буквально вопила о том, что это не так. Только где же ты, тварь такая, была, когда я потащил еще одного ребенка на опасное дело⁈

Так, ладно, достаточно самобичевания, а то вон Алина как напряглась.

— Хорошо. Разбудишь его, накормишь, чем посчитаешь нужным, и будьте готовы где-то к полудню.

Алина в ответ улыбнулась, кивнула и погладила блаженно оскалившегося во сне хвостатого профессора.

Осеннее утро слишком свежо даже для плотной куртки, хорошо хоть догадался голову спрятать под шлемом с опускающимся стеклом — головушку нужно беречь, мне ею еще думу думать. Но вообще-то пора забирать у Никиты бобик. Ему пока хватит и скорой, а дальше купим что-то посолиднее для простых выездов в люди. Хотя, когда они, эти выезды, с нынешними-то раскладами будут, одному богу известно.

До хутора добрался хоть и без проблем, но дорога все равно отсырела. Лес постепенно готовился к зимнему сну, выкрашивая листья в желтое. Скоро они опадут, и тут станет совсем уныло. Осенняя пора она такая. Впрочем, у меня на всякую там меланхолию времени точно не будет. Подступающая зима несла двоякие перспективы — с одной стороны, по занесенному снегом лесу не очень-то побегаешь, так что желающим добраться до нас придется несладко, но с другой стороны — леший уйдет в спячку и некому будет водить незваных гостей по местным буеракам.

В этот раз устраивать сюрпризы любовникам я не стал, да и они оказались готовы. Возможно, услышали звук двигателя и побили все армейские нормативы по одеванию, а может, действительно давно встали. К тому же я еще вчера предупредил, что заеду.

Рута решила изобразить из себя радушную хозяйку:

— Алексей Степанович, вы уже завтракали?

— Нет, не успел, — принял я ее игру, усаживаясь за стол под навесом.

Скоро сидеть здесь станет холодно, а пока вполне нормально. Вскарабкавшееся повыше скупое осеннее солнце все же выделило нам толику тепла. Бабье лето, как-никак.

Саня тоже решил сыграть роль эдакого почти семейного хозяина хутора. Не хватало только детишек, сновавших туда-сюда. Увы, этим двоим такой радости не достанется. Хотел бы им помочь, но не могу. И дело даже не в сделке со Всеславой, хотя моя глюканутая чуйка нашептывала, что в мире живущих под луной выполнение обязательств очень важно. Рута — ценный актив, да и Саню расстраивать не хочется, но лезть в войну с ведьмами просто нет смысла. Травница сама сказала, что если не вернуть ее вовремя, то сработает какой-то таймер и придет такой лютый откат, что действительно будет проще добить.

Рута быстро накрыла на стол, порадовав меня блинами, к которым выставила мед, сливки и масло. Чай был заварен загодя. Поели молча, Саня всем своим видом показывал, что оставлять нас наедине не собирается. Тоже проблема, но решаемая. К тому же пока ничего секретного я обсуждать не собирался. Долго смотрел на травницу, пытаясь понять собственное отношение к этой женщине. Она еще немного помолодела. Если не остановится, скоро сможет дать фору Лене. Мне плевать, а вот моя подруга может напрячься еще больше.

— Сколько тебе лет?

— У дам такое… — решила пококетничать травница, но тут же осеклась, увидев мой холодный взгляд. — Мне тридцать два.

— Твоя внешность, как ты этого добилась?

— Сейчас выгляжу как должна, но могу сделать лучше, правда не вижу смысла, — сразу ответила травница и покосилась на Саню, который внезапно покраснел.

Ох, грехи мои тяжкие. Мало мне одиннадцатилеток, а тут еще один инфантил, несмотря на то что на его руках немало чужой крови.

— Что сможешь предложить в этом плане для левых дам, без личного контакта?

— Зелья, мази, — снова без запинки ответила Рута, словно готовилась к этому разговору.

А может, так и есть. Она очень хотела быть полезной. Без особой надежды, но явно готова цепляться за любую возможность.

— Если Алина поможет, то обойдемся без крови, — продолжила травница. — У девочки столько сил, что может получиться прямо эликсир молодости. Не вечной, но почти пожизненной.

— Не нужен эликсир. Действие должно быть очевидным, но не очень длительным. Ладно, с этим решили, теперь по ритуалу. Что можешь сказать о своей силе и по тем кракозябрам, что нарисовала на полу?

— Почти ничего, — с показным огорчением сказала травница. При этом не врала. — Сила просто есть и работает. Как именно — не знаю. Может, наставница мне и врала, но подозреваю, она и сама мало что понимает. Все эти ритуалы, они какие-то странные. Чувствую, что что-то происходит, но как и почему — невдомек. Я просто рисую то, чему научилась у Всеславы и видела в книгах. Повторяю заученные слова. Честно говоря, считаю, что большая часть всего этого просто белиберда и показуха.

Не знаю, как насчет наговоров, но нарисованные схемы работали, причем в спарке с той сетью, что несла на себе аура ведьмы. Делиться наблюдениями детей и своими догадками я, конечно же, не собирался, а спросил о другом:

— А как вы вообще получили свою силу? Она врожденная?

— Н-нет, не врожденная, — с заминкой сказала Рута и явно напряглась. — Всеслава сказала, что я пригодна…

На этом травница замолчала. И ведь я видел, что ей стало нехорошо, но все равно ляпнул:

— Она провела вас через какой-то ритуал в тайном месте?

Ох ты ж… Руту внезапно затрясло. Она выпучила глаза и сильно побледнела. Саня тут же обхватил ее руками и вызверился на меня:

— Да что ты творишь⁈

Ну, обращение на «ты» в таких условиях приемлемо, но тон совершенно недопустимый. Я снова ощутил внутри ту холодную ярость, что разбудил Колыван, заставив меня впервые назвать себя хозяином этой земли. Жестко посмотрел на парня, он отвел взгляд. Затем я встал с лавки, нагнулся над столом и, глядя в глаза ведьмы, громко сказал:

— Рута! Слушай меня! Смотри на меня! Мне не нужны тайны Всеславы!

И ведь подействовало. Интуиция у меня, конечно, глючная, но тут сработала. Женщине полегчало, хотя все еще потряхивало. Зато взгляд стал осмысленным.

— Мне не нужны ваши ведьминские тайны, — еще раз, уже тише, сказал я и устало плюхнулся обратно на лавку.

И вот как ее теперь расспрашивать? Как минимум нужно избегать темы инициации ведьм и сопутствующих обрядов. А еще лучше немного изменить вопрос, сделав его не совсем вопросом. Вот уж какой навык учителя оттачивают годами, так это умение спрашивать.

Пока я размышлял, Рута окончательно пришла в себя, но была перепугана и смотрела на меня с такой мольбой, что я чуть не передумал. С другой стороны, мне сейчас не до сантиментов, к тому же вряд ли в настройках ее дара имеется прямо самоуничтожение. Скорее всего, там какой-то блок на разглашение особой информации. И действительно, в таком состоянии не особо поговоришь. Размышляя о сути странной сети, которая словно паразит прижилась в ауре ведьмы, я почему-то сравнивал все это с компьютерной программой. Может, опять сработала интуиция, а может, сознание просто цеплялось за знакомые понятия. Так-то я себя дураком не считал, но в общечеловеческом смысле, а вот во всех этих магически-мистических делах — дуб дубом.

— Рута, слушай меня внимательно и не дергайся. Ты говорила, что читала особые книги. Если вдруг среди прочтенного ты сталкивалась со схемами, помогающими в концентрации при медитациях или другой какой похожей лабудой, езжай с Александром в Нижний и рисуй.

Я снова накидывал идеи, выхватывая их буквально из воздуха, но тут пойдет любой бред. Если появятся сомнения, просто не станем трогать кракозябры ведьмы. Рисковать жизнью профессора я не собираюсь, но по обстоятельствам буду использовать все доступные инструменты.

Рута задумалась и посмотрела мне в глаза. Я вместо вопроса поднял бровь, а она просто кивнула.

— Ну и ладненько. — Легонько хлопнув ладонью по столешнице, я встал с лавки и направился к мотоциклу.

Нужно было позвонить Тарасовой, но не в присутствии ведьмы. Поэтому отъехал метров на сто, чтобы не покидать зону хуторского усилителя мобильной связи, и остановился прямо в лесу. И все же хорошо тут осенью. Раньше жизнь в селе представлялась мне как-то по-другому, а сейчас постепенно вырабатываю иное отношение. Даже опасения насчет извечной грязи не оправдались, точнее этой проблемы почти не было именно у нас. В усадьбе проложены дорожки, а лесные дороги слабо наезжены и сплошь заросли травой. Она уже пожухла, но почву под собой пока держит. Спокойно тут, правда нерегулярно. Сокрушенно вздохнув, я достал телефон и связался с Тарасовой: