Ответный ход (СИ), стр. 27
Превратившись в циклопа-тирана, мой титан стал настолько сильным, что вес Кали не помешал ему швырнуть её, как щепку.
— Те-е-ерехов!!! — заорал мне в наушник учитель Равен. — Останови его!
Учитель поднял на ноги своего упавшего Анубиса и бросился наперерез Прометею, чтобы помешать ему добраться до Кали. Учитель Равен задействовал силовое поле в попытке сковать Прометея внешним давлением, замедлить его почти до остановки — у него было мощнейшее силовое поле МР-пять.
Но оно не остановило моего титана. Прометей преодолел его чудовищное давление!
Он отшиб двадцатиметрового Анубиса в сторону, толкнув его шипастым плечом, а сам устремился к Кали.
В этот момент я заметил кое-что необычное, чего не замечал раньше.
Как только включился режим циклопа-тирана, Прометей начал накапливать в себе энергию Эхо, как реальный циклоп. Он использовал уникальное умение этих полуразумных зверей становиться ископаемым, грёбанным аккумулятором. Он не просто черпал силу у мага-пилота, как обычный титан — он подзаряжал себя сам!
Вот откуда в нём взялось столько сил.
Вот почему он преодолел давление силового поля МР-пять, которое должно было его до треска сдавить со всех сторон.
Это был временный прилив сил, жуткий по своей сути, но внезапное открытие меня поразило! Думаю, как и других на этой арене.
— Стас, не надо! — выкрикнула Саваж в ужасе.
Её Афродита встала между Прометеем и Кали, рухнувшей на пол.
— Останови Прометея! Останови его, Стас!
К ней присоединился Данте и его Локи. Он встал рядом с Афродитой, преграждая мне путь.
— Ты перегибаешь, брат! Лучше бы тебе развлечь своего титана чем-нибудь другим! Пошли, поиграем в футбол!
Они могли кричать мне, что угодно. Прометей никак не реагировал на мои приказы — я полностью потерял над ним контроль.
— Прометей! — заорал я в капсуле. — Прометей, остановись!
Бесполезно. Останавливаться он не собирался.
И Афродита, и Локи отлетели от очередного его мощного удара, а титан устремился к Кали.
«УБИТЬ, УБИТЬ», — пульсировало в его сознании.
Я не просто ощущал это на симбиотическом уровне. Я слышал эту мысль в своей собственной голове, как будто это моя мысль.
Прометей подавлял меня и мою личность собственной волей.
Ну уж нет! Чёрта с два я ему позволю это сделать!
Пока не случилось непоправимое, я задействовал ключ «Влияние Генома». Мой укреплённый тренировками лимб выдал ключ мгновенно.
Нейроинтерфейс вцепился в меня до боли — так всегда происходило, когда я использовал геномный код в управлении титаном. В такие моменты мне удавалось заставить делать Прометея то, что мне нужно. Только в этот раз всё вышло наоборот.
«УБИТЬ! УБИТЬ!» — ещё громче пронеслось в моей голове.
Теперь я был уверен, что это моя собственная мысль, моя идея, моё желание.
Моя воля.
Прометей настиг Кали, ещё не успевшую подняться после броска, удара и падения. Он вырвал из её рук боевой цеп и обмотал подвесом шею, затем рывком заставил её встать и с грохотом прижал спиной к бронированному стеклу.
— Посмотрите! — вскрикнула Изольда. — Этот зверь неуправляем!
В моём наушнике беспрестанно раздавались приказы учителя Равена, но я ничего уже не слышал.
Я просто хотел убить Кали вместе с её пилотом. Придушить её цепью так, чтобы у неё отвалилась голова.
— Прометей, ты слышишь меня? — услышал я в ухе знакомый густой баритон.
Голос был спокоен и тягуч.
Со мной заговорил глава крепости Захари. Причем заговорил не через наушник, а по каналам Общего Эхо как локатор.
— Слышу, — выдохнул я.
— Прости нас, Прометей. И меня. Я тоже участвовал в решении Комиссариата заковать тебя в эти цепи. И по твоей аннигиляции я тоже голосовал. Я сожалею. Мы все сожалеем.
Странно, но я даже не удивился, что он обращается ко мне, не как к Стасу Терехову, а как к титану Прометею.
Он просил у него прощения!
И пока я его слушал, то действительно ощущал себя Прометеем, но стоило ему договорить, как ко мне снова вернулось осознание собственной личности.
Я Стас Терехов, чёрт возьми!
Пилот.
Маг-зеро МР-один, который прошёл трудный путь, чтобы сейчас быть здесь.
А Прометей — титан, которым я управляю. Он, как Великий Огонь — идёт за лидером, но, почуяв слабину, готов уничтожить собственного хозяина.
А ещё он мой двойник, как сказал Зевс. Он — это я в виде титана, жуткого на вид и озлобленного, но всё же Я. Значит, я могу им управлять, потому что могу управлять собой, даже когда в ярости.
Ключ Влияние Генома всё ещё ярко горел в моём лимбе.
Он работал прямо сейчас и был готов откликнуться. И плевать, что боль от нейроинтерфейса становилась всё сильнее.
— Прометей, отпусти Кали и её пилота, — ровным голосом приказал я титану. — Они получили сполна, поверь мне. Я никому больше не позволю над тобой издеваться. Ты больше никогда не увидишь эти цепи.
Он глухо прорычал в ответ.
Петля из подвеса, которой Прометей душил Кали, ослабла.
— Отойди! Отойди от неё! — велел я.
И он отошёл, оставив цепь на шее синего титана.
Кали рухнула сначала на колени, а потом лицом вниз, прямо на пол арены. Изольда при этом не издала ни звука.
— Изольда! — Афродита кинулась к упавшей Кали.
Саваж остановила своего титана и быстро выгрузилась, покинув капсулу через боковой люк. Спустившись вниз, к голове Кали, она закричала в наушник:
— Изольда! Открой люк! Изольда!
Меня охватило чувство дежавю.
Эта жуткая ситуация повторялась. Похоже, что Кали оборвала связь с пилотом, и Изольда потеряла сознание, как однажды случалось с Саваж и её Афродитой.
К синему титану уже подоспели эксперты, дежурившие на арене.
Люк открыли снаружи, и Саваж вытащила Изольду из капсулы. Девушка была слаба, в предобмороке, но порой открывала глаза.
Она видела, как Саваж помогает укладывать её на носилки. Видела, как вокруг суетятся эксперты.
А ещё она что-то бормотала и тянула руку к своей Кали.
Я едва различил в наушнике, что она говорит.
— Мой титан… Кали… она отказалась от меня… отказалась… навсегда.
Я сначала даже не поверил, что такое возможно. Как титан может отказаться от пилота, да ещё навсегда? Почему?
— У Кали повреждён Эхо-Реактор, нейронный интерфейс и капсула, — зашептала Саваж мне в наушник. — Это вина пилота. Кали разорвала связь с Изольдой.
Учитель Равен тем временем стянул цепь с шеи синего титана и швырнул под ноги Прометею. В руках Анубиса появилось Оружие Мастеров Эхо — легендарные Сабли Мертвеца. Огромные изогнутые клинки Высокого Эхо.
Мне никогда не приходилось их видеть.
Учитель Равен не использовал их на тренировках, зато сейчас решил, что для них самое время.
Видимо, собирался преподать мне урок за то, что я не удержал Прометея под контролем.
Моя труба валялась в другой стороне арены, и он не дал бы мне до неё добраться, поэтому я приготовился отбиваться чем придётся: теми ключами, какие еще можно было использовать. Но Равен не стал на меня нападать.
Он подошёл ближе, размахнулся обеими саблями и рубанул по цепи на полу, а потом подключил ещё один ключ — «Скоростные Клинки». Некоторые маги называли это умение по-простому — Шинковка.
За несколько секунд сабли учителя Равена изрубили оружие Изольды на мелкие куски. Но и на этом он не остановился.
Дальше он пустил в ход ещё один ключ — «Расщепление».
Изрубленные куски вспыхнули жёлтым светом и распались на крошки.
Анубис задействовал ключ «Телекинез» и поднял их над ареной, прямо перед Прометеем, после чего активировал один из сложнейших ключей своего лимба — «Распыление».
Крошки взорвались серебристой пылью и осели на пол арены.
И всё это время Прометей пристально наблюдал за уничтожением последней из цепей своего многолетнего заточения.
Затем Анубис повернулся к трибуне, где сидели трое… а, нет… уже не сидели. Они стояли. От напряжения все трое поднялись с кресел!