Кина не будет, стр. 44

Убегает.

АНДРЕЙ АНДРЕЕВИЧ: Вы уж извините, что без предупреждения, но я помню, что сегодня ребёнку исполнился первый месяц… Ну, в общем… решил поздравить.

Вот.

Вручает ей букет.

ЕЛЕНА: Спасибо! Я рада вас видеть.

АНДРЕЙ АНДРЕЕВИЧ: А как я рад! (Смотрит на неё с нескрываемым восхищением.) Вы такая красивая!

ЕЛЕНА (смутившись): Да ладно вам… Проходите, пожалуйста. (Ведёт гостя в гостиную.) Таисия Наумовна, поставьте ещё прибор: для нашего гостя.

Звонок в дверь.

ЕЛЕНА: А вот и Яков Петрович.

Открывает. Входит Дубинский, катит перед собой голубую детскую коляску. Целует Елену.

ДУБИНСКИЙ: Поздравляю с первым юбилеем сына! (Указывает на коляску.) Были розовые и голубые. Я взял голубую, розовые — это для девочек, правильно?

ЕЛЕНА: Конечно, правильно. У меня одна такая уже есть — она будет для дома, на каждый день, а эта будет на выход. Спасибо, мой хороший! (Целует его. Ведёт в гостиную. Знакомит.) Это доктор Андрей Андреевич…

АНДРЕЙ АНДРЕЕВИЧ (прерывая): Не надо по отчеству.

ЕЛЕНА (продолжает, учтя поправку): …доктор Андрей, который вытащил меня из реанимации.

АНДРЕЙ АНДРЕЕВИЧ: Вы преувеличиваете!

Дубинский внимательно рассматривает его. Остаётся доволен.

ДУБИНСКИЙ: Спасибо за Леночку. Я её приёмный папа — она меня упапила. (Взглянув на накрытый стол.) Кого ждёшь?

ЕЛЕНА: Ждала только вас. (Снова звонок в передней.) Кто это?

Идёт открывать. Входят Живидзе и его жена Натела. Вкатывают голубую коляску.

ЖИВИДЗЕ: Поздравляем с новорождённым!

НАТЕЛА: Мы долго спорили, что подарить, а потом решили: коляска всегда пригодится. Правильно?

ЕЛЕНА: Конечно! Спасибо вам!

Снова звонок. Елена открывает. Входит Колобок.

ЕЛЕНА: Вы?! Как я рада!

ЖИВИДЗЕ (Колобку): Мы вас не выдали, не испортили сюрприз.

Входная дверь открывается, входит жена Колобка Маруся, катит перед собой голубую коляску, в которой огромная кастрюля, завёрнутая в полотенце.

МАРУСЯ: Я тут пирожки привезла, они ещё горячие.

ЕЛЕНА: Ой! А я тоже напекла, по вашему рецепту.

МАРУСЯ: Проверим. Где у вас кухня?

Вынимает из коляски завёрнутую кастрюлю и уносит. Колобок ставит свою коляску рядом ещё с двумя стоящими в передней.

КОЛОБОК: Леночка, вам для этой автоколонны потребуется гараж.

ЕЛЕНА: Прошу всех в гостиную. Пожалуйста, знакомьтесь друг с другом, кто не знаком. А я на минутку вас покину. Яков Петрович, рассаживайте гостей! (Заглядывает в кухню.) Таисия Богдановна, как здорово получилось, что все пришли в один и тот же день? Это такой неожиданный сюрприз!

ТАИСИЯ БОГДАНОВНА: Этот сюрприз от меня. Вчера всех обзвонила.

ЕЛЕНА: Спасибо! То-то я гляжу, сколько вы всего наготовили! Ой, нужно же поставить ещё четыре прибора!

ТАИСИЯ БОГДАНОВНА: Уже стоят.

ЕЛЕНА (обнимает её): Вы мне самый большой подарок!

Возвращается в гостиную.

ЖИВИДЗЕ: Друзья мои! В жизни часто случаются очень тяжёлые моменты — надо иметь большой запас физических и нравственных сил, чтобы их преодолеть. Я пью за вас, Леночка, на вас свалилось так много бед, но вы сумели выстоять и не сломаться. И мы все, и я, и моя жена Натела, и доктор Мишуня, и его жена Маруся, гордимся вами. Вас любили наши сыновья, ваш сын мог быть моим внуком или внуком Мишуни, поэтому вы для нас навсегда останетесь родным человеком. И, мамой клянусь, я примчусь к вам по вашему первому зову или зову вашего сына!

МИШУНЯ: А я обещаю быть пожизненным хранителем его зубов, начиная от молочных, кончая вставной челюстью.

Звонок. Елена открывает. Входит жена Пахомова Тина, несёт на руках спящую Дашеньку.

ТИНА: Невесту привезли, познакомить с будущим женихом.

За ней Пахомов, вкатывает голубую коляску.

ПАХОМОВ: А это подарок новорождённому!

Общий смех.

АНДРЕЙ АНДРЕЕВИЧ: Какое счастье, что я оставил свою коляску внизу у дежурного!

Все уже хохочут. Елена здоровается с гостями, кладёт спящую Дашеньку в привезённую коляску:

ЕЛЕНА: Пусть пока поспит в ней. (Пахомову) Везите её в спальню. (Вместе с ним укатывают коляску. Проезжая мимо кухни, командует.) Таисия Богдановна, ещё два прибора родителям и соску для невесты! (Спрашивает у Пахомова.) Ну, как движется расследование?

ПАХОМОВ: Завершилось. Влепили строгий выговор, но в должности оставили — Лукоперец за меня дрался, как лев.

ЕЛЕНА: Поздравляю!

Возвращаются в гостиную.

ДУБИНСКИЙ: Теперь, Леночка, я за тебя спокоен: если, не дай бог, твоя фирма лопнет, ты сможешь открыть прокат детских колясок.

Все смеются.

МАРУСЯ: Но пирожки печь ты так и не научилась! Искусница-невкусница! Ничего, я тобой займусь!

Снова смех, весёлые возгласы, звон бокалов — застолье продолжается.

Клянусь Аполлоном!

ОТ АВТОРА: Следующий сценарий по одноимённому рассказу, написанному вместе с покойным Робертом Виккерсом. Перед моим отъездом в Израиль его обсуждали на киностудии, появился заинтересованный режиссёр, дело шло к подписанию договора, но мой отъезд в Израиль всё это приостановил. А в Израиле эта тема не очень актуальна, поэтому я его никому не предлагал и не публиковал. Делаю это сейчас, в этом сборнике.

Радостная атмосфера выпускного вечера. Солидный президиум. В зале — нарядные студенты и педагоги. Над сценой лозунг: «Медицинский врач лечит человека, ветеринарный — человечество. И. Павлов».

— …Диплом с отличием вручается Баландину Олегу Валерьяновичу, — объявил ректор.

Под аплодисменты зала Олег принял диплом и подошел к микрофону. Помолчал.

— Давай, Валерьяныч, не стесняйся! — подбодрил его ректор.

Баландин вдохнул воздуха и торжественно произнёс:

— Клянусь Аполлоном, врачом Асклепием, Гигиеей и Панацеей и всеми богами и богинями…

— Во дает!.. — донеслось из зала.

— …исполнять честно, соответственно моим силам и разумению следующую присягу.

У декана от удивления брови поползли вверх.

— Клятва Гиппократа, — пояснил ректор.

— Но мы — не мединститут!

— …Куда бы я ни пришёл, — продолжал Олег, — я приду туда только для пользы собак, коз, лошадей…

— И куриц, — подсказали из зала.

— …и куриц! — серьезно повторил он.

Вид Баландина был так величествен, что институтский художник не удержался и стал что-то быстро набрасывать в блокноте.

— Молодец, Валерьяныч, — сказала девушка, сидящая в первом ряду. — Только при чём тут Аполлон? — лучше: «Клянусь Министерством сельского хозяйства».

— …Я направлю режим больных животных к их выгоде, воздерживаясь от причинения им всякого вреда и несправедливости.

— А если меня на мясокомбинат направили?! — пробасил круглощекий парень, сосед девушки.

Художник вырвал страничку из блокнота и пустил её по рядам. Ребята улыбались, девушки прыскали.

— …Клянусь не жалеть сил своих, помыслов и искусства, а если понадобится, и самой крови для спасения братьев наших меньших…

— Где ж тут Гиппократ? — ворчал декан. — Сплошная отсебятина!

— …Если же я нарушу эту клятву, да будут мне позор и бесчестье на вечные времена! — закончил Валерьяныч.

Ректор, улыбнувшись, протянул ему рисунок, который уже дошёл до президиума:

— Приложи к диплому.

Валерьяныч увидел на листке себя, изображенным в тоге, с венком на голове, и подпись: «Клянусь Аполлоном».

Эта картинка сообщит название фильма, с неё и начнутся титры.

Ветстанция располагалась в старом уютном особнячке.

— Лидия Андреевна! — загремел главный ветеринар района Мирзоян. — Лидия Андреевна!

Та прибежала, запыхавшись.

— Что случилось?

— Знакомьтесь, смена прибыла.