Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской (СИ), стр. 24
Последними Саша взялась набирать прачек. Норм стирки в этом мире она совсем не знала, но понимала, что стирать придется изрядно и каждый день. Да еще гладить. И кипятить белье. Пройдясь по кабинету в раздумьях, она решила, что трех прачек будет достаточно — две работают, третья на подхвате. Перебрала присланные герцогиней бумаги и выбрала трех женщин разного возраста — постарше, помоложе и совсем молоденькую, чтобы и шустрости на все хватало, и опыта.
А вот с преподавателями дело, кажется, затянется.
Ее светлость составила список предметов, которые она хотела бы видеть в дипломе. Министерство просвещения прислало свой — гораздо более примитивный. По сути, девочек предлагалось учить письму, чтению, счету, рукоделию, этикету и танцам. Минимальный набор для пустоголовой барышни, способной красиво сидеть в гостиной и брякать одним пальцем на фортепьяно.
Но Саша видела, что ее светлость желает другого — женщин образованных, с широким кругозором и обширным эмоциональным опытом. Не безупречно-истеричных «смолянок», не искусственно укрытых от мира «куколок», перемещаемых из одной «коробочки» — школы — в другую — во дворец.
А значит, ей нужны преподаватели, горящие своим предметом. Что редкость даже в этом времени. Чаще всего тут преподают мужчины, и все они страшные мизогины, считающие, что женщина не способна к обучению точным наукам или высокому пониманию искусства.
Плюс выпускницам с талантом понадобятся языки, живопись, театральное искусство, верховая езда и, возможно, боевые навыки… Где брать специалистов?
Повздыхав, Саша все же выбрала из одобренных несколько претендентов и отложила их бумаги в сторону — с утра на свежую голову почитает еще раз, вспомнит, как они вели себя на собеседовании, и примет решение. Не все сразу. В Особый отдел как раз отправлен целый пакет новых кандидатов!
Сон не принес облегчения — до рассвета Саша и Шурочка спорили, стоило ли читать записку Медведева и что такого случилось у самого поручика. Не сидел же он у кроватки наследника герцога?
На следующий день дворник получил стопку писем и, крякнув, пообещал разнести их к обеду. Горничные явились за деньгами на еду и воду. Первой примчалась кухарка и, кланяясь в ноги, пообещала немедля привести кухню в порядок и приготовить еду для всех.
Александра ее урезонила — сказала, что будет вторая кухарка «для людей», но если кто заболеет, будут они друг друга менять. А пока да, нужно печь в кухне вычистить, подмазать да побелить. Полы выскрести, потолки выбелить — скоро Пасха, а на кухню и заглянуть страшно.
— Вот, Евфросинья, тебе Матрена и Фекла в помощницы, наводите порядок. Глядишь, к вечеру еще тебе помощников найду.
С поклонами новая кухарка убежала, и внизу тотчас загремели ухваты — новенькая изучала территорию. Саша вздохнула и села в кабинете — продолжила писать отчет для герцогини, аргументируя найм работников и вписывая приблизительные расходные суммы на подготовку школы к открытию.
Медведев появился в сумерках, когда пустующее прежде здание наполнилось голосами.
В цокольном этаже вдова чиновника Курочкина командовала новенькими горничными, строила кухонных мальчишек, которых посоветовала нанять тут же, поблизости, чтобы в случае нужды сдать шалопутов родителям.
Генриетта Карловна сидела в кабинете Александры, и вместе они пытались составить список необходимого количества белья, формы и прочего необходимого для школы полотняного запаса.
— Конечно, выгоднее брать полотно и самим шить, — вздыхала аккуратная немка, — но если девочки из бедных семей да сироты, их, скорее всего, не учили ничему.
— А если и учили, то шестилетки нам такого нашьют! — понимающе вздыхала в ответ Александра. — Так что по одному комплекту на каждую точно нужно сразу, плюс… вы же понимаете, Генриетта Карловна, что маленькие дети, когда волнуются, плохо спят и мочат простыни… Нам нужны будут клеенки и пеленки!
— Совершенно верно, Александра Николаевна! И клеенки, и пеленки, и я бы еще нижних юбок запас пошила… У детей иногда от страха или болезни и днем случается…
В общем, работа шла, список рос, и прерваться дамы решили только часа в два после полудня, когда новая кухарка уже прислала мальчонку с известием, что обед готов и надо бы всем собраться потрапезничать.
Для директрисы и ее ближайших помощниц накрыли в гостиной — большая столовая пустовала, в ней не осталось мебели. Горничных и прочих работников кормили на кухне.
Не успела Александра проглотить первую ложку грибного супа с восхитительными «ушками», как у парадной загремел колокольчик, и, судя по дробному стуку сапог, один из свеженанятых мальчишек побежал открывать.
А еще через несколько минут в гостиную вошел Медведев.
— Господин прапорщик! — Александра, как хозяйка застолья, поднялась ему навстречу. — Изволите отобедать с нами?
— Буду рад, — глухо ответил Медведев.
Саша обратила внимание на темные круги под глазами мужчины, но вопросов задавать не стала — просто в быстром темпе представила мужчину дамам, потом взяла чистую тарелку из стопки на сервировочном столике и налила мужчине суп.
Пока ели первое блюдо, все молчали. На второе были рыбные котлетки и «сарацинское пшено» — рис. Вот за вторым блюдом прапорщик и уточнил — собирается ли мадемуазель Пешкова ехать в мастерскую? Ее светлость очень хотела бы посмотреть на образцы формы и вообще оценить место, где планировался пошив.
Александра с готовностью заверила господина Медведева, что готова ехать после обеда, помощницы справятся без нее. Впрочем, если Генриетта Карловна составит компанию — она будет благодарна. Выбор полотна дело ответственное!
Тянуть не стали — пока дамы пили чай с баранками, прапорщик отправил герцогине записочку, и вскоре у ворот остановилась карета с гербами.
— Мадемуазель Пешкова! Прошу вас, — лакей, спрыгнувший с запяток, отворил дверцу, и Терезия Борисовна замахала рукой, приглашая Сашу поторопиться.
— Ваше сиятельство, — Александра присела в книксене, — позвольте вам представить Генриетту Карловну Малиновскую, кастеляншу вашей будущей школы!
Кажется, герцогине очень понравилось то, что на столь ответственную должность директор выбрала немку. Она благосклонно взглянула на Генриетту Карловну, а Саша тут же продолжила:
— Если позволите, ваша светлость, Генриетта Карловна поедет с нами, чтобы выбрать полотно для белья и шерсть для формы.
— Буду рада хорошей компании, — милостиво ответила герцогиня, приглашая всю компанию в свою карету.
— Боюсь, это неудобно, ваша светлость… Мы возьмем извозчика!
— Глупости, медам! Прошу вас, садитесь скорее, сегодня на удивление мерзкий ветер с воды!
Споры закончились — дамы сели, а прапорщик сопровождал их в том скромном экипаже без опознавательных знаков, в котором возил по делам Александру.
В мастерской их ждали — Медведев ничего не оставлял без внимания, Саша заметила, что, отправляя записку в особняк Ольденбургских, он отправил и вторую — хозяйке мастерской, и третью, вероятно, кому-то из Особого отдела.
Сияя улыбками, хозяйка пригласила высокопоставленную гостью в святая святых своего ателье — в небольшую комнату с раскроечным столом и тем самым кристаллом-артефактом. Герцогиня тут же пожелала увидеть, как он работает, и сама наполнила кристалл силой.
— Вот, ваша светлость, взгляните! Благодаря этому артефакту я очень быстро сшиваю любые ткани, даже самые плотные или тонкие!
Мастерица продемонстрировала свое умение, и герцогиня тут же заинтересовалась самим артефактом:
— Я понимаю, — сказала она с легким акцентом, который, кажется, появлялся лишь в моменты большого волнения, — что эту вещицу вы не продадите, потому что это ваш хлеб, но вы позволите снять с артефакта… размеры, чтобы можно было изготовить подобный для нашей школы?
Женщина нахмурилась. Она надеялась на большой заказ, а вовсе не на потерю эксклюзива.
— Ваша светлость, — сказала она с поклоном, — этот артефакт уже не раз пытались выкупить, скопировать и даже украсть, должна вам сказать, что без меня этот кристалл бесполезен. Не знаю, что за мастер его сделал, но этот кристалл находится в нашей семье уже давно, и в чужих руках работать не будет.