Айнгеру, стр. 9

— Сказал же, — раздраженно заявил мужчина, — больше такого не повторится!

— Благодарю, — кивнул Даниэль.

Они все-таки съели шашлык, он даже пригубил вино, но неловкость не исчезла. Кажется, друга он потерял. Бывает.

Не первый раз он сталкивается с тем, что люди считают: ради друзей можно сильно не стараться, подсунуть просроченные продукты, опоздать, привезти чуть помятые пирожные. Если, для того чтобы давать клиентам качественные продукты, нужно потерять напарника, Даниэль сделает это. Чего стоит такая дружба?

Даниэль не слишком заморачивался с антуражем кафе — здесь было светло, спокойно, уютно, но без изысков. Но качеству продуктов он уделял большое внимание.

Кафе пользовалось спросом и в холодное время года, хотя посетителей становилось меньше, потому что исчезали туристы. Зимой он расширял ассортимент чая, кофе. Клал шарик мороженого к всевозможным горячим кексам и сладким пирогам. Были и такие клиенты, кто ел мороженое круглый год. Зимой на него Даниэль еще и скидки делал.

А еще в холодное время люди чаще замечали, что в кафе есть книжные полки. Он поставил стеллажи с классикой русской и зарубежной, фантастикой и фэнтези, детективами, приключениями, рассказами о путешествиях, увлекательными книгами о животных и растениях, научно-популярными книгами по психологии и истории, — словом, всё, что понравилось когда-то ему самому. Читать Даниэль начал рано, поэтому почти всё, что стояло на полках, уже прочел. Часть порекомендовал отец. Сейчас читать было некогда, но он часто слушал книги, пока выполнял какую-то механическую работу или ожидал клиентов.

Иногда казалось, что с каждым годом люди читали меньше. Но зимой, когда не хотелось возвращаться на холод, нет-нет да и брал кто-то книгу, оставался на час-другой, запивая увлекательное повествование ароматным напитком.

Даниэлю нравилось обслуживать клиентов. Он не оценивал их по внешности или интеллекту. Каждый из них был целой вселенной, в которой причудливо сочетались связи между планетами, красота и ужасы этого мира. Его мороженое делало эту вселенную стабильнее, светлее. А иногда, как в случае с Егник, нужна была сильная магия, чтобы удержать чей-то мир от апокалипсиса, чтобы он выжил и перестал дышать тьмой.

Он не мог помочь всем. Это утопия. Но он поддерживал тех, до кого мог дотянуться, кто был более отзывчив к его магии. Кого притягивало кафе и не отпугивали цены. Кто был готов к экспериментам и переменам в жизни.

Почему так важно было спасти Егник и как она связана с его жизнью, Даниэль еще не понял. Может быть, и никогда не поймет. Бывают события, которые не случаются, и именно поэтому всё идет хорошо, как прежде. Может, и с этой дроу так же: она будет жить дальше, где-то на другом конце страны, и поэтому у Даниэля ничего не произойдет, а вот если бы не спас, случилась бы какая-нибудь катастрофа.

Хотя вмешиваться в реальность так прямо и грубо, как он сделал вчера, Даниэль не любил. Это отнимало много сил и привлекало ненужное внимание. Он не удивится, если вскоре здесь появится кто-нибудь из полиции, чтобы выяснить, зачем он использовал магию. За такими, как он, всегда присматривали.

Но Даниэль не жил в ожидании плохого. Зачем? Плохое непременно придет. И обязательно тогда, когда готов к этому меньше всего. Тогда и нужно переживать, решать проблемы, напрягаться. А сейчас лучше приготовиться к сюрпризам. Кого сегодня привлечет необычное мороженое?

Как только приходит нужное время, он открывает дверь и в зал врывается Юля.

— Наконец-то! — волосы ее растрепаны, глаза блестят азартом. — Даниэль, мне срочно нужно мороженое. Что-нибудь экзотическое, неповторимое, выносящее мозг! Я вчера с та-а-аким парнем познакомилась! Это просто фантастика.

Он улыбается. Вчерашняя порция подействовала даже лучше, чем он ожидал. И да, девушка права, сейчас ей нужно нечто, что встряхнет ее сознание, а потом поставит на место. Даниэль идет за прилавок:

— Доброе утро! Выберете сами или доверитесь мне?

— На твой вкус! И кофе тоже на твой вкус. И еще запеканку. И сырники! А-а-а-а! Я готова съесть всё в этом кафе!

— Давайте начнем с мороженого и кофе, — мягко улыбается он. — Если этого не хватит, потом закажете еще что-то.

Через минуту он ставит перед ней шарик бледно-желтого мороженого. Юля тут же кладет ложечку в рот. Глаза ее вылезают из орбит, словно готовы повиснуть на зрительных нервах. По телу пробегает дрожь.

— Что это? — голос, напротив, становится спокойным.

— Мороженое с хреном, — он судорожно сдерживает мышцы лица, чтобы не расхохотаться.

Юля сидит пару мгновений, хлопая слезящимися глазами. Даниэль опускает чашку кофе. Девушка тут же делает глоток, наконец начинает дышать.

— А это? — показывает глазами на кофе.

— Бамбл.

— Интересно.

Теперь она берет мороженое на кончике ложки и сразу запивает кофе с ощутимым вкусом апельсина и меда. Движения спокойные, дыхание глубокое, взгляд наполняется усталой нежностью. Кажется, сегодня это действительно любовь, хотя и разгорелась она так внезапно. Еще через два глотка Юля начинает рассказывать.

— Вадим приехал на своей огромной машине из Тамбова. Работает дальнобойщиком, но устроил себе отпуск. Ночует прямо в кузове: матрас бросил и спит, — девушка замолчала, мечтательно глядя куда-то вдаль, продолжила еле слышно: — Мы всю ночь гуляли по пляжу, купались, хохотали. Я ему понравилась, я чувствовала… Но он не пытался облапать или напоить... — Юля замерла, будто стояла на краю обрыва и готовилась прыгнуть в море. — Мне кажется, я готова уехать с ним в Тамбов. Это очень глупо? — она робко смотрит на Даниэля.

— Есть немного, — кивнул он. — Мне кажется, с такими решениями не стоит торопиться. Он еще долго будет в Лазаревском?

Девушка берет слишком много мороженого и какое-то время опять сидит со слезами на глазах, быстро хлопая ресницами.

— Еще неделю, — говорит Юля сипло и прокашливается, затем торопливо допивает кофе. — Можно еще?

— Конечно, — улыбается Даниэль. — Этот же или другой на мой вкус?

— Латте.

— Хорошо.

Вскоре он ставит перед ней еще одну чашку, а пустую убирает, быстро смахивая со стола капли. Небрежно продолжает разговор:

— У вас еще есть время познакомиться с Вадимом поближе. В любом случае было бы здорово, если бы вы пообщались на расстоянии, а после этого определились, готовы ли жить вместе.

— Да, — печально опускает голову Юля, и он понимает: уедет. Через неделю уедет.

Даниэль мог бы заглянуть в ее будущее и узнать, чем это всё закончится, но не делает этого. Есть глубинное ощущение, что Вадим не маньяк и не бабник. Он обычный человек, а значит, с большой долей вероятности можно предположить, что сначала у них всё будет хорошо, а потом не очень хорошо. И дальше они все-таки найдут путь друг ко другу и останутся вместе. Или расстанутся, унося разорванное в клочья сердце.

Но, если бы люди всегда думали о том, чем всё закончится, человечество бы вымерло. «Мы начинаем отношения, потому что нам хорошо, — думал Даниэль, — хорошо именно сейчас, в данный момент. И, когда станет плохо, эти воспоминания будут поддерживать и давать уверенность: всё было не зря. Стоило попробовать. Ради этих захватывающих мгновений стоило».

Юля поднимает взгляд, слезы катятся на этот раз точно не от мороженого.

— Иногда я чувствую себя такой никчемной!

Так, хренового мороженого на сегодня достаточно. Даниэль решительно забирает розетку, уходит к себе, и вскоре перед девушкой появляется шарик с шоколадом и мятой — сладость и свежесть одновременно.

Юля машинально съедает одну ложечку, и взгляд ее светлеет, снова наполняется томной лаской.

— Так ведь все иногда себя чувствуют, правда?

— Правда, — спокойно заверяет Даниэль.

— И ты? — она кокетливо вскидывает брови.

— И я по пять раз на дню.

— Почему? — удивляется девушка. — Ты красивый, умный, богатый, успешный…

Даниэль хмыкнул.

— Чтобы почувствовать себя ничтожеством, довольно знать, что есть нечто, в чем ты бессилен, что ты никогда не исправишь. У вас такого пока нет, и, даст Бог, не будет. Поэтому живите и будьте счастливы.