Учитель гениев (СИ), стр. 32

Здесь, уже можно было не бояться использовать свою ману. В этой комнатке барьер не работал. Иначе он бы постоянного реагировал на то количество маны, что хранило в себе это безумное плетение.

Я видел плетения, которые его защищали. Видел, как они переплетаются, как взаимодействуют друг с другом. И я вмешался в этот чудесный узор, став аккуратно, нить за нитью, расплетать этот шедевр. Сперва это казалось невозможным, но чем дольше я это делал, тем больше понимал, что я на верном пути.

Это было похоже на ювелирную работу — каждое движение должно быть точным, выверенным до миллиметра. Одно неверное движение, и я получу отдачу от плетения. А учитывая сколько в нём маны… Меня просто испепелит на месте. Пот заливал глаза, но я не останавливался. Двигал нить за нитью, и они превращались в совершенно новый узор, пока сейф не остался совсем без защиты. Ручка от дверцы сама проявилась на этом ровном кубе, будто и была тут всегда.

— «Фух», — выдохнул Широ.

— «Не расслабляйся», — ответил я и, взявшись за ручку, потянул на себя.

Дверца открылась с тяжёлым, металлическим скрипом. Внутри были деньги, драгоценности, какие-то бумаги. И, в самом центре, на бархатной подушке лежала книга. Толстая, в кожаном переплёте, с потёртым корешком и замком на серебряной цепочке.

Конторская книга барона Сильвестра.

Я взял её, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Вот она — награда за риск. Доказательство, которое могло уничтожить жизнь одного человека и спасти другого.

Впрочем, прихватил я не только книгу. Забрал всё что было внутри. Во–первых: чтобы не дать сразу понять, что пришёл именно за книгой. Пусть думают что я обычный вор. А во-вторых: а почему бы и нет? Имею право получить дополнительную награду за свой труд.

— «Уходим», — скомандовал Широ.

— «Уходим», — согласился я.

Я закрыл сейф и сдвинул линии плетения, чтобы, дверца вновь стала единым целым с сейфом. Затем вышел из хранилища. Коридор второго этажа всё так же был пуст и тих. Маги в комнатах спали мёртвым сном — ампулы с газом сделали своё дело. Я двинулся к лестнице, стараясь ступать так же бесшумно, как и при входе.

И тут я почувствовал это.

Мана. Густая, тяжёлая, давящая на плечи, как свинцовое одеяло. Она исходила из комнаты в конце коридора — той, которую я приметил как кабинет барона. Дверь была приоткрыта, и сквозь щель пробивался тусклый свет.

Я замер. Сердце пропустило удар. Восемь магов личной гвардии спали, но тот, кто был в кабинете, не спал. Газ не подействовал… И он меня ждал.

— «Уходи», — прошептал Широ. — «Быстро».

— «Не могу», — ответил я, чувствуя, как мана давит всё сильнее. — «Он меня уже заметил. Если побегу, он ударит в спину. А если останусь…»

Дверь распахнулась, и на пороге появился он. Не барон. Я сразу понял — это не хозяин дома. Лет сорока на вид, с жёстким, обветренным лицом и коротко стриженными тёмными волосами. Одет в простую чёрную куртку без опознавательных знаков, но на груди поблёскивает амулет — знак мага-наёмника высшей категории. Его глаза с холодом смотрели на меня без страха и без удивления, только с лёгким любопытством.

— А ты ловок, — сказал он, и его голос прозвучал удивительно спокойно. — Прошёл мимо внешней охраны, обманул барьер, усыпил гвардию, вскрыл сейф. Я такого давно не видел.

— Кто ты? — спросил я, не опуская клинков.

— Я? — он усмехнулся, и в этой усмешке не было ничего хорошего. — Я тот, кого барон нанял для особых поручений. Тот, кто не спит по ночам, потому что ему за это платят. И тот, кто сейчас убьёт тебя и вернёт украденное на место.

Он не стал ждать. Не стал угрожать. И не стал торговаться. Просто поднял руку, и комната взорвалась огнём.

Я едва успел выставить щит — плотный, многослойный, из спрессованного воздуха и маны. Огненная волна ударила в него, заставляя трещать, но я удержался. Больше ограничивать себя смысла не было. Так что я ответил ему волной ледышек.

Клинки свои применять не стал. Слишком уж палевно. Сейчас меня не должен был никто узнать и связать с учителем магической академии Фаустом.

— Неплохо, — сказал он, отбивая ледышки тыльной стороной ладони, которая за секунду покрылась каменной бронёй. — Но этого недостаточно.

Он атаковал снова — на этот раз землёй. Пол под моими ногами вздыбился, каменные шипы вырвались из-под плит, стремясь пронзить меня. Я прыгнул, создавая под собой воздушную подушку, и ушёл в сторону, перекатившись через плечо.

— Отдай награбленное, и я, может быть, отпущу тебя. С пустыми руками, но живым., — предложил он, и его губы растянулись в холодной улыбке.

— Не дождёшься, — ответил я, чувствуя, как мана бурлит внутри, готовая выплеснуться.

Он был силён. Очень силён. Конечно, не сравнится с Кроу, но мне и этого хватило… Его мана была грубой, но эффективной — никаких изящных плетений, только чистая, сконцентрированная сила. Земля, огонь, иногда воздух. Он не был специалистом в одной стихии — он был универсалом, и это делало его опасным.

Я уворачивался, блокировал, контратаковал. Мои плетения кружили вокруг него, как рой пчёл, но он отбивал их с завидной лёгкостью. Его каменная броня была почти непробиваемой — мои атаки оставляли на ней только царапины.

— Ты устал, — произнёс он. — Твои движения стали медленнее. Сдавайся.

Я промолчал, понимаю что он лишь тянет время, ожидая подкрепления. Время было на его стороне. Если я не сделаю что-то прямо сейчас, то проиграю. И я рискнул.

Вместо того чтобы атаковать, я расслабился. Выключил щит. Наёмник замер, не понимая, что происходит.

— Ты сдаёшься? — спросил он, и в его голосе послышалось недоверие.

— Лишь отдаю тебе должное. Ты хорошо сражался. Но зря ты выступил против меня, — вздохнул я.

А затем прямо в моих руках стал формироваться антрацитово-чёрный шар, засасывающий воздух вокруг, что с каждой секундой становился всё больше и больше. Он сам дал мне время на подготовку, за что и поплатится.

— Что ты… — начал он, но не договорил.

Я швырнул шар в его сторону, в то время как тот крайне быстро увеличивался в размерах, став уже с его голову, засасывая в себя всё вокруг.

Да, это была гравитация. Конечно, не чёрная дыра, но нечто очень похожее по свойствам.

Сперва наёмник попытался заблокировать моё заклинание, но у него ничего не получилось. Попытался ударить… В этом и была его ошибка. Его рука неестественно искривилась и сжалась, даже несмотря на каменную броню. Он закричал от боли и от ужаса непонимания. Он пытался сопротивляться, но его всё больше засасывало внутрь, ломая кости.

— Нет, нет, нет! — закричал он. — Я сдаюсь!

Но было уже поздно. Сам я в это время уже рванул подальше от своего же плетения. Оно не различало своих и чужих, уничтожая всё вокруг.

Я выпустил ударную волну прямо в стену здания и выпрыгнул со второго этажа, уходя как можно дальше от дома.

А гравитация за моей спиной сожрала уже половину дома, после чего просто прекратила своё действие и исчезла. Вложенный в плетении запас маны просто закончился. А от дома остались лишь одни руины.

Но так даже лучше, если честно. Зато теперь никто не подумает что их ограбили. Скорее уж про покушение на жизнь спишут. Благо самого барона в доме не было. Так что их договор с Морганом не нарушен. Они оба живы. Ну а мне пора сваливать…

Вскоре я уже сидел в комнате совещаний Гильдии, держа в руках книгу в кожаном переплёте. Шей смотрел на меня так, будто видел привидение. Астрид молча разливала чай, но её руки дрожали.

— Ты псих, грёбанный псих, — сказал Шей, и его голос звучал глухо, почти шёпотом. — Но ты сделал это.

— Сделал, — кивнул я и положил книгу на стол. — Громко, конечно, получилось. Но это был единственный выход.

— Да и плевать, — махнул рукой Шей. — Зато никто не подумает на нас. Решат что барона решили устранить. Так даже лучше. Зато теперь никто заранее не узнает, что книга похищена. Это даст Моргану время на подготовку.