"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 97
В чем причина такого решения, я не до конца понимал до тех пор, пока сам спасаемый не прочитал мне двухчасовую лекцию о состоянии дел на родине, которая, опять же с его слов, не шибко изменилась за прошедшие столетия. Длительный срок жизни располагает к неторопливости в части изменения устоев. Так что, разительно ситуация изменится не успела.
Механоиды — изначально биологическая раса. Но условия жизни на материнской планете комфортом их отнюдь не баловали. И, чтобы не просто выживать, но и развиваться, хрупких костно-мясных тел обитателям сильно не хватало. Во всяко случае на долго. Потому, ученые народа сосредоточились на повышении выживаемости. Причем технология должна была быть массовой, доступной всем членам общества сразу. Народ, позже ставший мехами, с очень ранних этапов развития оказался очень консолидированным. Так сложились окружающие условия, что иного выхода для выживания вида на раннем этапе не нашлось.
Никакого разделения на разные государства, общественное преобладает над личным, понятие выгоды конкретной особи вычеркнуто из ценностного аппарата и генной памяти. Конечно, этому предшествовали огромные усилия, ибо доминирующий на планете вид разумной жизни, просто не может не скатываться к выяснению отношений. Так что были в истории расы Прото темные пятная глобальных кровавых конфликтов, ни раз и ни два, ставивших вид на грань выживания. Но происходили они уже очень давно относительно современной истории. Больно неприветлива оказалась родная планета, богата ресурсами, но для жизни максимально неудобная. Трудностей хватало и без массового истребления себе подобных. Это на бумаге. В реальности, конечно, все не так радужно, особенно в части личной выгоды. Но и не так, как у нас. Солидарность общества действительно на высочайшем уровне находится, а страсти кипят совсем в иных плоскостях, нежели привыкло человечество.
Кардинально отличный от людей путь, прошли эти ребята. Их общество сформировались совершенно в других условиях и под давлением иных обстоятельств. Так что глупо было бы ожидать от них схожих с нами общественных установок и принципов жизни. Но я отвлекся.
В какой-то момент, технология кибернизации организма, перешагнула ту планку, где биологическая плоть перестает играть жизненно важную роль. Плавно смещаясь вначале на вторые роли, а затем вообще на страницы истории. И произошло это не в единичных случаях, а приобрело массовый характер в силу максимальной доступности технологии для всего населения. Которая, в свою очередь, сложилась из давних императивов, консолидировавших разумных в однородную структуру. Сие событие имело ряд последствий. И не все из них положительны.
Резко увеличилась продолжительность жизни, но упала рождаемость. Пошли вверх показатели физического здоровья и покатились вниз такие же графики отражающие психологические проблемы. Глобализация плюс урбанизация добили и без того скудные островки живой природы материнской планеты, чудом выживающие в тяжелых условиях. И много чего еще. Все это, вкупе со стремительно разрастающимся комом психоэмоциональных проблем расы, еще больше подстегнуло процессы разработки и внедрения новых, и новых механизмов, в несовершенные тела представителей вида. Следствие выбранного пути — попытка исправить хрупкое, капризное и часто ломающееся изобретение природы. Что постепенно, с течением времени, в итоге привело к фактической смене формы жизни с биологической на полностью механическую. Почти вечная жизнь, расплатой за которую стала утрата репродуктивных функций. Совсем и полностью в привычном понимании процесса. Очень нелегкий выбор и страшная цена. Но мехи заплатили ее.
Естественное воспроизведение популяции ушло в небытие. Новых членов, общество создает искусственно. Процесс это длительный и крайне затратный. Включающий в себя и выращивание биологических тканей в том числе. Обойтись совсем без них, не получилось даже у мехов — признанных гениев генной инженерии и биологического перепрограммирования. Особенно на ранних этапах жизненного цикла.
С живым мозгом, выращенным в пробирке отдельно от основного, полностью механического тела, особь живет лишь первые семьдесят — сто лет. Затем всю информацию переносят на кристаллические банки памяти. Каким образом при этом выделяют и пересаживают все то, что в итоге составляет личность пациента — самый большой секрет, которым владеют не так много людей, большая часть из которых старые псионики, умеющие менять тела, как Вещий. Но там, с его слов, совсем иная химия процесса. Трансплантология за гранью возможностей людей, это еще один краеугольный камень соплеменников Прото.
В этот период, то есть до тех пор, пока существует биологический компонент, особь считается ребенком, ну, если в переводе на человеческий язык. И находится под абсолютным и непререкаемым запретом выезда с территории механоидов. Даже в пограничные секторы им ход строжайше закрыт.
Плюс еще сотню лет, всю партию «детей», отдельными группами наблюдают ученые головы. Пытаясь выявить критические дефекты и отклонения в модели поведения, и общественных установках. И пока не закончат проверять уже выпущенную серию, не обработают результаты все результаты до последнего, и, до тех пор, покуда не выявят точки улучшения и модернизации, новых не закладывают. Звучит жестоко. Дико и абсолютно чуждо человеческому уху и вообще понимаю мира вокруг себя. Но есть так, как есть, понимать мы совершенно не обязаны, это внутреннее дело мехов. Чужие соображения на тему справедливости в этом вопросе неуместны и ничье мнение, кроме самих «железных людей», их не интересует. Что вполне обоснованно и предельно логично. Как там на Терре говорили: в чужой монастырь со своим уставом не лезут? Так, кажется? Справедливо.
Итог — прирост численности идет не особо стремительно, так что спасение соотечественника для мехов дело важное. Не настолько, чтобы трястись над каждой личностью, оберегая от всех и вся. Но если это возможно сделать, да еще и с пользой для всех остальных, то почему бы и нет?
Особенно с учетом того, что раса, опять-таки из-за низкого темпа роста численности населения, еще не до конца оправилась от войны с чужими на стороне людей. Хотя и воевали они в основном как технические специалисты, то есть мало кто оказывался на передовой, но все равно, удар по популяции вышел значительным. Глобальных боевых действий с равным по силе противником, без потерь не бывает. А тут вполне себе живой и здоровый герой войны, носитель ценных знаний и прочая-прочая. Да в удобном, для какой-то внутренней силы, месте. Такого члена общества бросать на произвол судьбы — расточительство чистой воды. Тем более, что внутренний рынок расы уже заскрипел, требуя вливаний извне. Не только кредитов, но и продуктов другой технологической и технической культуры. В общем, мехи просто совместили приятное с полезным. И, что характерно, потенциальные торговые партнеры, не испытывали проблем с легализацией «проснувшихся» — иные общественные императивы.
Глава 12
В общем, как это обычно и бывает, губу я раскатал рано и слишком сильно. Никаких сделок, со все же прибывшими к Праху мехами, не состоялось. По одной простой, кристально прозрачной, словно дождевая капля на курортной планете, причине — жирно будет. Во всяком случае, именно такой подтекст читался между строк в циркуляре из главного штаба корпорации «Всезнаек». В нем они витиевато, со всеми положенными рюшечками и кружевами, крутили мне дулю на любые планы относительно торговли с затворниками в обход корпы. Что вполне логично и очень даже ожидаемо, но все равно обидно. Такой гешефт рваной пилоткой накрылся.
Что именно было сказано самим делегатам затворников, до меня естественно не довели, но их дипломаты все же заглянули в недра Франки дабы легализовать блудного родственника. Но и от любых разговоров о чем-то кроме вежливых экивоков — воздержались. Чем вообще только обосновали откровенно странное, в контексте визита, желание побывать на орбите покинутого мира?