Хозяин Оков XII (СИ), стр. 48

Периодически Хоран грязно ругался, а Лейна успокаивала его и просила потерпеть. Проклятье — тяжелый недуг, и его лечение легко не проходит. Судя по всему, Мрадишу пришлось потратить несколько желтых осколков на себя и ученицу, чтобы вывести хворь.

Кшанти обнаружилась неподалеку на большом валуне. Эльфийка равнодушно взирала в никуда, поджав колени. Лиетарис показалось, словно Ночная переживает некий крайне болезненный момент. Завидев гостей, Кшанти подобралась и снова принялась источать едкую кровожадность с легкой полуулыбкой.

— Симпатичный хвостик, — заметила она с иронией. — Прямо как у Пламенных Обезьян.

— Не хочешь потренироваться?

— Мне будет сложно одолеть Воительницу.

— Я не буду применять силы Воителя. Мне просто надо опробовать свой доспех, а ты из всего отряда лучший фехтовальщик.

— Всегда готова!

Зачарованное оружие они портить не стали, заменив деревянными макетами. Лиетарис взяла короткую палку и в свой хвост, имитируя кинжал.

Бой с Кшанти получился скомканным. Лиетарис часто отвлекалась на лесной доспех и свои новые возможности. Хвостом получалось управлять так себе. Но один раз она достала Ночную новой конечностью.

— Интересно, — выдала Кшанти, тяжело дыша от интенсивной схватки. — К тебе будет сложно подобраться со спины.

— Жаль только, что у меня нет глаз на затылке, — утерла Лия пот.

— Доверься слуху. Если наловчиться, то можно и с закрытыми глазами определить, где твой враг. Слушай шелест одежд, биение сердца и перезвон клинка, рассекающего воздух. Нас тренировали сражаться в полной темноте, в которой даже наше ночное зрение выручить не может.

— Благодарю за совет, Эмиссар, — кивнула Лия.

— Я больше не Эмиссар, — скривилась Кшанти. — Я проиграла, подвела свой народ. Сумеречные эльфы не примут меня назад.

— Выходит, путь домой для тебя закрыт?

Ночная эльфийка промолчала.

— Я понимаю, что ты злишься на Мрадиша. Он из той породы людей, что способны выводить из себя одним своим видом. А уж когда он открывает рот и начинает говорить, даже самый стойкий эльф приходит в ярость. Но только попробуй доставить мастеру или кому-то из отряда проблемы, — пригрозила Лиетарис. — Пытки Ночных эльфов покажутся сказкой в сравнении с тем, что ждет тебя!

— Подобное бы звучало солиднее из уст Ночного эльфа, а не миролюбивой Призывающей эльфы, — фыркнула Кшанти.

Лиетарис поняла, что легко с Ночной эльфийкой не будет.

— Похоже, мы не договоримся. Я посоветую мастеру продать тебя на первом же невольничьем рынке.

— Попробуй.

Разговор с Ночной не заладился, о чем Лиетарис догадывалась с самого начала. Эмиссара Сумеречного Леса невозможно перевоспитать. Хоран взвалил на себя непосильную задачу.

Лиетарис оставила Кшанти наедине со своими грустными думами и направилась к чародеям. Посмотрела за мельтешением увеличительных заклинаний и разноцветных магических контуров, которые формировали маги. На вид Лейна действовала как опытный целитель проклятий. Хоран ее направлял и корректировал.

Спустя несколько часов лечебные процедуры завершились. Домовой наложил на истощенного Мрадиша несколько целебных печатей. Прямо на глазах окружающих черные пятна на теле Хорана начали таять. Вскоре его кожа приобрела нормальный оттенок. Лишь небольшие рубцы на месте наиболее глубоких черных язв напоминали о пережитом ужасе.

— Все прошло удачно? — поинтересовалась она.

— Как сказать. С телесной частью мы справились. Пятна ушли, ногу можно будет исцелить с помощью Высшего Восстановления. Вот с аурой полностью пока справиться не удалось. Слишком мелкие контуры. Я еще голубой ранг взял как назло, так что вычищать заразу стало сложнее. Что смог почистил, но до идеала далеко. Завтра проверим… — пробормотал чародей и широко зевнул, после чего заметил обновленную Лиетарис. — О, хвостатая! Дай потрогать!

Эльфийка пожала плечами и повернулась спиной. Мрадиш принялся трогать ее лианохвост с большим интересом.

— Так ты и хватать им можешь?

— Решила, что зачарованный наконечник будет эффективнее древесного лезвия.

— Разумно. Интересные вещи можно творить с этим тентаклем, кши-уш…

— С чем?

— Не бери в голову. Так может сразу штуки четыре надо было отрастить? Одним держала бы щит, двумя другими перезаряжала арбалет, а третьим можно почесывать себе задницу! Кайф!

— Не уверена, что смогу совладать с одной конечностью, — качнула она головой. — Пока что мне этого хватит. Но идея и впрямь была полезной. Спасибо за помощь в возвышении, мастер, — обозначила она поклон.

— Чего это ты такая покладистая? Еще осколок хочешь? Нет уж, голубой ранг ты будешь брать явно не скоро… Вздремну, пожалуй… — заявил Мрадиш устало и уже спустя несколько минут провалился в глубокий сон. Изможденный лечением проклятья чародей храпел, словно горный гоблин.

На следующее утро отряд продолжил путь через степные прерии Вольных Городов. Которые постепенно сменялись холмистыми грядами и горными перевалами. Они не стали покамест заезжать в поселения, поскольку те были расположены не совсем по пути. Припасов им хватало.

Лия верхом на Мякотке сумела нагнать отделившего от стада Облачного Буйвола. Растительноядный монстр, обладающий способностями стихии Воздуха. Ветер помогал ему носиться по степи будто пикирующей птице, а вихревые удары могли убить зазевавшегося путника. К счастью, Мякотка благодаря высокому рангу не отставала от зверя, да еще и помогала блокировать его атаки магическими волнами. Несколько точных ударов зачарованным клинком, и монстр пал.

Мяса им теперь хватит на несколько дней пути. Вот с водой в этих засушливых землях было туго. К счастью, Хоран частично восстановил доступ к утраченным стихиям. Нормальную призму с точным спектром он сформировать не мог, но обычный лед создавал с горем пополам. Из него же получалась вода. Плюс Лейна освоила Водную Стрелу, из которой тоже можно было извлекать жидкость.

Отряд приблизился к Нирдхолду, расположенному на обширном плато. Местность стала гористой, со множеством оврагов и ущелий. Высокоранговые гурды ловко взбирались по уклонным поверхностям.

— Я вижу впереди отряд, — заметила зоркая Лиетарис, когда они взобрались на холм.

Хоран подошел поближе и выглянул из-за укрытия в подзорную трубу.

— Ошейники… Темноволосые эльфы… Выглядят отощавшими… — оповестил он.

— Караван Призывающих эльфов, которых захватили в рабство в одном из набегов на Высоколесье! — сжала зубы Адарис. — Нуэзийцы иногда пополняют свои войска рабами из одаренных Призывающих…

— Вот как. Нас это не касается… — пробормотал Мрадиш.

— Мы должны помочь им! — заявила Эббот.

— С чего бы?

— Но ведь…

— Подумай о возможных трофеях, Хоран, — взяла слово Лиетарис, которая знала чародея лучше остальных.

— Какие там трофеи? Всего пара гурдов и немного припасов. Вот если бы мы перехватили рабов и затем продали на рынке, то другое дело. Но вы ведь будете против продажи сородичей…

— Разумеется! — вспыхнула Адарис.

— Разве ты не желал отомстить нуэзийцам? — вопросила Лия.

— Недругам уже отомстил. Велариос и Туенгоро мертвы. В любом случае по меркам империи это будет мелкой пакостью.

— Ты ведь хотел измениться, не так ли? Стать лучшей версией себя? — продолжила давить Лиетарис.

— Да, но… когда-нибудь позже. Прямо сейчас начинать, что ли?

— Нельзя откладывать до бесконечности. Ты просто обманываешь себя.

— Все равно риск того не стоит. Что я получу, если атакую рабский караван? Я же работорговец, а не борец с рабством!

— Добрые дела обязательно вознаграждаются, — заявила Лиетарис уверенно и посмотрела Хорану в глаза.

— Звучит красиво, но в реальности такое случается далеко не всегда.

— Вознаграждаются! — настояла на своем эльфийка.

Хоран бросил на брюнетку оценивающий взгляд и что-то принялся просчитывать у себя в уме. Спустя минуту лидер отряда выдал:

— Похрен, погнали! Покажем нуэзийцам, почему нельзя враждовать с Резонансным магом!