Медведев. Пограничье. Ноналогия (СИ), стр. 135

Я махнул ему рукой с той самой лёгкой снисходительностью, которую он так любил использовать сам.

– Продолжайте, Пётр Ильич. Я закончил.

Осипов медленно выдохнул, будто собирался нырять с моста в ледяную воду.

– Кто «против» предложения «Бастиона»? – произнёс он чуть тише, чем раньше. И как‑то без прежней бодрости.

В этот раз проголосовали купцы и мастеровые. Я тоже поднял руку, поддерживая их.

Осипов сжал губы и уже собрался что‑то сказать, но не успел.

– Равное число голосов, – произнёс я спокойно. – Решение будет приостановлено. Пока мы не получим заключения всех ведомств и не убедимся, что проект не вредит княжеству.

Аристократы посмотрели на меня с явной досадой. И я заметил, как некоторые скривились, словно им подали к обеду постный суп вместо фазана. Старосты испуганно косились на меня, явно не зная, чем им грозит голосование.

Осипов же посмотрел на меня с плохо скрываемой неприязнью. Вежливой улыбки на его лице больше не было. И я понял, что время холодной войны осталось в прошлом. Отныне у меня начнется открытое противостояние с лояльной Осипову частью Совета.

– Как прикажете, мастер‑регент, – сказал он холодно.

Я довольно улыбнулся и хлопнул ладонью по столу:

– Ну, раз на повестке дня нет других вопросов – тогда заседание окончено. Все свободны. И Петр Ильич, – я повернулся к главе Совета, – не стоит забывать приглашать меня на заседания. В следующий раз я могу подумать, что вы намерено исключаете меня из принятия важных решений для края.

– Мы собирались просто посовещаться… – промямлил мужчина, отчаянно бледнея.

– Это Совет, а не ваша гостиная. И все, что здесь обсуждается, касается края. Следовательно, напрямую касается меня. Если в следующий раз вы не уведомите меня надлежащим образом, я буду вынужден подать официальную жалобу на работу Совета и правомерность ваших действий. Я понятно пояснил?

Осипов кивнул и опустил голову.

Я встал из‑за стола и неспешно направился к выходу, чувствуя спиной холодный, полный ненависти взгляд Осипова.

Я вышел из здания Совета, спустился по каменным ступеням, чувствуя, как порывы прохладного ветра обдувают лицо. И только на нижней ступени я заметил, что площадь была пуста. Казалось, город замер выжидая. Что ж, сегодня мне удалось выиграть время. Но выигрыш этот был похож на глоток воздуха перед бурей.

Морозов ждал меня в авто. И едва я сел на пассажирское сиденье, он повернулся ко мне и уточнил:

– Ну? Как прошло заседание, мастер‑князь?

– Мнения по поводу промышленников разделились, – ответил я и откинулся на спинку сиденья. – Аристократы и старосты поддержали проект.

– А купцы и мастеровые? – уточнил воевода.

– Эти выступили против, – произнес я. – Так что мне удалось заморозить предложение промышленников.

– Хорошо же, – подытожил воевода и завел двигатель.

Я вздохнул:

– Это временное решение. Судя по недовольным лицам аристократии и Осипова, промышленники собираются вложить в этот проект очень большие деньги. И просто так не отстанут. У них, например, есть возможность подать жалобу на решение, потому что голоса разделились поровну…

– Не понимаю, зачем им Северск? – покачал головой воевода. – Как будто на княжестве свет клином сошелся.

Я кивнул, глядя в окно. За стеклом тянулись дома. И произнес:

– Земля здесь богатая. Леса густые, реки. Вот и прутся желающие присвоить добро.

– Так‑то здесь и нечисть есть, – заметил воевода. – Которая просто так эти земли не отдаст.

Я промолчал. И в салоне на время повисла тишина.

– Куда едем, Николай Арсентьевич? – уточнил воевода. – Домой?

Я открыл было рот, что неплохо было бы заехать в управу, но в этот момент в кармане зазвонил телефон. Я вынул аппарат. Нахмурился, тяжело вздохнул. На экране высвечивался номер приказчика промышленников:

– Домой пока рано, – пробормотал я и принял вызов:

– У аппарата.

– Доброе утро, Николай Арсентьевич, – послышался в динамике голос приказчика. – Мне доложили, что вы отклонили наш проект.

Он замолчал, ожидая моей реакции. Надеялся, что я начну оправдываться. Но вместо этого я поинтересовался:

– Кто вам доложил?

Как мне показалось, этот безобидный вопрос на несколько мгновений поставил собеседника в тупик. Но приказчик быстро сориентировался:

– Один добрый человек, который переживает за будущее вашего княжества, – уклончиво ответил он. – Тот, кому небезразлична судьба Северска. Жаль, что мы с вами не смогли найти общего языка.

В последней фразе прозвучало слишком много показного сожаления. Но я снова не стал реагировать на эту попытку манипуляции.

– Хотя может быть у нас есть шанс договориться? – уточнил промышленник. – Просто я прибыл в вашу ды…

Он с трудом удержался, чтобы не сказать «дыру», но вовремя замолк и быстро поправился:

– В ваш город, чтобы решить этот вопрос на дружеской ноте.

– И я не отказываюсь от мира, – ответил я. – Просто ваша группа компаний не единственная, кто хочет работать в княжестве. И я пока выбираю, кто может предложить наиболее… интересные условия. Как вы понимаете, мне тоже небезразлична судьба княжества. И я очень хочу, чтобы оно получило как можно лучшие условия.

– Поверьте, наши условия будут самыми лучшими, – торопливо заверил меня приказчик. – Рабочие места, работные дома, дороги. Я слышал, что вы хотите восстановить порт. Очень хорошая идея. Если вы нуждаетесь в спонсорах – мы можем даже стать меценатами этого мероприятия. Сколько денег вам нужно по смете? Все это без требований возврата. Порт пригодится нашей группе компаний.

– Я уже нашел меценатов, – перебил я промышленника. – Мне просто нужно ознакомиться с остальными предложениями.

В динамике послышался тяжелый вздох:

– Хорошо, Николай Арсентьевич, – ответил промышленник после недолгой паузы. – Буду ждать вашего решения.

– Ожидайте, – произнес я и завершил вызов. Убрал аппарат в карман.

– Промышленники? – не поворачиваясь ко мне уточнил воевода, и я кивнул, глядя в окно. Город постепенно оживал. Торговцы уже открывали лавки, но при всём этом в воздухе витало что‑то тревожное:

– Осипов, похоже, доложил, как прошел совет, – пробормотал я. – И приказчики начали искать другие способы, чтобы продавить решение.

– Вот же упрямые, – вздохнул Морозов. – Даже отказ на них не повлиял.

Воевода повернулся ко мне и уточнил:

– А зачем вы сказали, что приостановили рассмотрение, пока не ознакомитесь с остальными проектами?

– Потому что после такого ответа, в Северск могут отправить проверки из столицы, – глядя в окно, хмуро ответил я. – Нас этим не напугать. А если проверки ничего не найдут, начнутся другие способы взаимодействия.

Воевода покачал головой. Произнес:

– Так куда едем, князь? Домой?

Я покачал головой:

– В управу.

Морозов кивнул, не задавая лишних вопросов, и повернул руль. Машина мягко выехала на главную улицу, ведущую к зданию управы.

Авто остановилось у входа в Управу. Морозов заглушил двигатель, повернулся ко мне и уточнил:

– Вы надолго, мастер‑князь?

Я пожал плечами:

– Хочу доделать один проект. А затем попытаться попасть на прием в экологическое ведомство.

Я задумался от пришедшей в голову идеи и добавил:

– А еще нам нужно найти здание для нового министерства по контролю нечисти.

– Это несложно, – ответил Морозов. – Пустующих зданий в Северске полно.

– Значит, нужно выбрать подходящее, оформить заявку аренды, и подумать, как провести новое ведомство по бумагам, – заключил я и повернулся к Морозову. – В управе же есть список зданий, из которых можно выбирать?

– Где‑то был, – ответил воевода, но мне показалось, что его голос прозвучал очень неуверенно.