Командор. Том 3 (СИ), стр. 46

Этим пощады не будет.

— Сдаёмся, саади? — спросил начальник разведки.

В былое время генерал ответил бы резко, но сейчас достал револьвер.

Море бушевало, видны обломки катеров и спасательных шлюпок. Видно пляж, где сдавались в плен не успевшие эвакуироваться части Железного Легиона и Чёрной Стражи.

— Свяжись с имперским штабом, — он проверил барабан. — Передай им условия капитуляции. Только с ними. Лично полковнику Варга. Этот может согласиться. Люди выживут.

— А вы, саади?

— Меня они повесят. Так что… — генерал перехватил револьвер.

— Стой! — раздались крики. — Куда идёшь? Стоять!

Дайрин с начальником разведки обернулись. Пустынники рядом с ним готовили оружие, нацеливая на вышедшую из леса группу людей.

Они увидели женщину в чёрном мундире Железного Легиона и несколько человек, её сопровождающих. Они шли к ним на холм. Телохранители остановились, а женщина подошла к ним одна.

— Господин генерал, — произнесла она и легко кивнула.

— А. Ты же невеста узурпатора, — Дайрин усмехнулся. — А когда-то мы воевали против него.

Про себя подумал, будто прошло очень много времени после этого. Будто прошли годы, а не месяцы.

— Это неправда, господин генерал. Вы всегда воевали за Дискрем, даже не зная этого. Цели разные, но суть всегда была одна. Вы окружены, думаете о том, чтобы застрелиться, но вас останавливает только то, что вы не знаете, что будет с вашими людьми. И знаете, что Накамура поступит с ними ещё хуже, чем имперцы.

— Что вам нужно? — спросил генерал.

— У нас остался небольшой флот из катеров. Есть несколько вертолётов. Пока всё утихло, есть возможность убраться отсюда.

— И для чего?

— Чтобы служить истинному императору, — сказала Анна Хардален. — Тому, кто должен был править сразу двумя империями. А он вознаградит тех, кто был за него. Вы получите свободу для Инфиналии. А сейчас же вас и ваших людей вывезут отсюда. Нужно только сказать «да».

Дайрин посмотрел в её холодные глаза, а затем окинул взглядом остатки своих людей…

Глава 21

Битва на реке Ларва (744 год) — одно из последних сражений Второй Гражданской войны. Силы лоялистов, включающие в себя объединённые армии Огрании, Бинхая и Нарландии под командованием генерала Романа Загорского, в ходе дерзкой атаки уничтожили экспериментальный Исполин «Палач», форсировали реку и нанесли поражение войскам мятежного Совета и экспедиционному корпусу империи Дискрем…

После этой битвы исход гражданской войны был предрешён, а захват в плен наследников Высших Домов Хардален и Ямадзаки вызвал политический кризис в империи Дискрем…

— Новейшая история Юнитума, учебник для вузов, 869 год…

Разумеется, что за один момент битва не заканчивалась. Кто-то из врагов сдавался, кто-то паниковал и пытался сбежать на обломках кораблей и самодельных плотах, кто-то держал оборону до последнего, а кто-то укрылся в джунглях вместе с партизанами, которые в один час не собирались прекращать сопротивление.

Эти воевали против нас пятьдесят лет, и одна проигранная битва для них не имела значения. Даже наоборот, теперь они усилят сопротивление, обвинив империю в бедах острова и гибели гражданских. Но сюда прибывали новые соединения имперской армии, а внутренние войска и полицейские силы в зачистке понимают лучше, чем обычные армейцы.

Ну а мы занимали позиции и считали потери. В этот раз потеряли больше, что убитыми, что ранеными, чем во время прошлой битвы, когда мы только прибыли на архипелаг. Но и сражение было куда масштабнее, а десант всё ещё боеспособен, как и другие союзные части.

Я сидел рядом с пунктом узловой связи, принимал отчёты и расставлял людей. А то кто знает, вдруг Накамура начнёт палить со своих кораблей. Но позже разведка доложила, что флот уходил домой, и никаких признаков контратаки не было.

Санитар сменил мне повязку на плече. Уже легче, но я понимал, что с пулевой раной никто не оставит меня в строю, особенно когда стало спокойно. Да и небольшой отдых я заслужил. Несколько дней перерыва, а затем продолжить с новыми силами.

Ну а командование, узнав об этом, засуетилось.

— Твой друг идёт, Лёша, — пошутил я, увидев, как из остановившегося перед нами армейского внедорожника без крыши выпрыгнул толстый штабной полковник в мундире имперской армии.

Мундир чёрный, и к этой жаре, которая снова вернулась, он совсем не подходил, поэтому лицо полковника блестело от пота, а на спине можно было разглядеть тёмное пятно.

Припоминаю, что в прошлый раз он был в мундире огранских РВС, но Владимир Загорский взял его с собой, когда уходил на повышение. И теперь полковник портил всем кровь, но уже на другом уровне.

— Опять он, — простонал Зорин, отвлекаясь от бумаг.

— Это же ему ты машину тогда раздавил на танке? — спросил Бронин. — Когда он твою колонну хотел остановить, ещё во Фледскарте.

— Угу. Он точно это не забыл.

Бронин выпустил дым из трубки, которую сразу закурил, едва закончились активные бои. Дым густой, но запах табака почти не чувствовался. Всё вокруг пропахло игниумом, ведь слишком много военной техники проходило мимо нас.

Сюда даже танки подтянули, а один корабль привёз двух «Уланов» — древних небольших боевых ригг из Бинхая, которые действовали, как мобильные радиоантенны, ПВО и машины поддержки для пехоты. Пятиметровые шагоходы деловито шли через сгоревшие джунгли, а их скорострельные автопушки иногда прочёсывали холмы длинными очередями.

— Господин командор, — произнёс штабной полковник, подходя ближе. Тон очень официальный, а взгляд напыщенный. — Генерал Загорский приказал вам убыть на лечение в госпиталь, — объявил он противным голосом. — Командование над десантом принимаю я.

Зорин издал крякающий звук досады, Бронин приоткрыл глаза шире от удивления. Ну а полковник выглядел довольным. Ещё бы, так и в десант пролезет, и с протекции Загорского ещё станет командором.

Нет уж, мы элита, и нам тыловые крысы не нужны. У нас даже повары и музыканты воевать умеют, а наши собственные штабисты бывали в боях поголовно.

— Невозможно, — отказал я. — У имперского десанта иерархия закреплена в уставе и императорских приказах, командующий группировкой не может её менять. Вместо меня должен быть начальник штаба. Но раз начштаба ранен, то командовать будет самый опытный командир первого батальона, — я кивнул на Бронина.

— Но командор, генерал приказывает… — начал спорить полковник.

Весь бой о генерале Загорском не было слышно, хотя все этому радовались. Но когда дело пошло к победе, генерал прибыл на остров лично и теперь отдавал противоречащие приказы, усложняя всем жизнь.

Хорошо, что это остров, откуда враг большей частью убрался, и контратаку организовывать некому, но даже так беспорядок усилился. А если бы такое началось в бою, мы бы живо поменялись местами с армией Дискрема, и это они бы тут уже хозяйничали, не мы.

— Вы не правы, полковник, согласно уставу… — к нам подошёл Кеннет и сразу вступил в спор.

Устав — это его конёк, так что время на бесполезный спор тратить не буду. Вместо этого я спокойно продолжил объяснять Бронину, что и как делать в моё отсутствие.

Впрочем, он и сам всё знает, да и я не думаю, что буду отсутствовать долго. Знаю по опыту прошлой раны, что через несколько дней я буду свеж, а от раны останется только шрам.

— Мы тут разминулись с подкреплением, — продолжал я. — Но думаю, что та рота с крепости «Молот империи» должна поступить к нам на днях. Наверняка прибудут без меня. Распредели их по уму вместе с Брюсом, чтобы боеспособность не падала, и они поняли, как мы действуем.

— Сделаю, — Бронин кивнул, держа трубку в зубах.

Продолжал говорить о раненых, убитых, пропавших. Раненым помочь, убитых собрать, пропавших найти. Говорили о боеприпасах и военном имуществе, которое в бою исчезало с огромной скоростью, но которое было записано за нами. О наградах и наказаниях, благо, первых ожидалось много, а вторых было мало.