Пустой II - 5 часть (СИ), стр. 49

— Чем ослабить? — Тавр посмотрел на трещину.

Светлая трещина шла через стоймя поставленный обломок почти до середины. Голыми руками его не сдвинуть.

— Тем, что уже есть, — ответил я.

Своё копьё положил вдоль основания опоры, наконечником в сторону северного выхода. Вытащил нож и передал Сарну рукоятью вперёд.

— Загоняй в трещину. Только не стой перед плитой. Если подпорка уйдёт раньше времени, она ляжет прямо сюда.

Сарн поднял голову, посмотрел на нависший камень и сместился к самому краю опоры. Тавр остался у правого прохода. Копьё он держал вдоль стены, прижав древко локтем к боку, чтобы не зацепить кладку при повороте.

— Следи за головой, — сказал я ему. — Повернёт сюда — сразу говори.

— Я и без тебя собирался.

Сарн подобрал у основания опоры обломок размером с кулак и приложил остриё ножа к светлой трещине. Ждать пришлось недолго. С противоположной стороны заскребли пластины полоза. Камень задрожал под ладонью.

Первый удар Сарна почти утонул в этом звуке. Второй загнал клинок на треть ладони.

Над правым проходом тихо хрустнуло. Из трещины посыпалась белая пыль. Плита просела совсем немного, но осталась лежать на подпорке.

— Хватит, — бросил я.

Сарн отложил камень и потянулся к рукояти моего школьного ножа, но я поймал его за запястье.

— Оставь. Теперь это клин.

— Голова! — крикнул Тавр.

Справа из-за опоры показался край широкой морды. Слева по плите уже шёл хвост. Между ними оставалось шагов пять, не больше. Полоз продолжал стягивать вокруг нас тело, и нижняя половина петли на его горле наливалась светом.

Плана мы не успевали даже договорить.

— В северный разрыв! — рявкнул я. — Тавр первый!

Сын дружины выскочил наружу, развернулся и сразу отступил ещё на два шага, освобождая место. Я прошёл следом. Сарн задержался всего на мгновение: подхватил свой меч, который положил у ноги, и рванул за мной.

Голова полоза качнулась в его сторону. Сарн успевал пройти между ней и хвостом, но тварь вдруг подалась вперёд не всей длиной, а одной шеей. Разрыв сузился с трёх шагов до одного. Сарн затормозил так резко, что сапог проехал по каменной крошке. Справа от него раскрылась пасть, слева наползал хвост. За спиной оставалась опора, которую зверь уже начал сдавливать телом.

— Назад! — крикнул Тавр.

Назад было некуда. Тавр перехватил копьё двумя руками и шагнул к разрыву. Наконечник упёр в пластину за нижней челюстью, тупой конец поставил на камень перед хвостом. Древко легло по диагонали между сходящимися частями тела.

— Ты что делаешь⁈ — заорал Сарн.

— Вылезай!

Тавр поставил Корень под обе стопы и навалился на копьё. Древко выгнулось. Не остановило ни голову, ни хвост, только отняло у них половину пульсации. И Сарну её хватило.

Он ушёл Рваным шагом. Смазался между двумя песочными боками и вылетел к нам плечом вперёд. Я поймал его за куртку, дёрнул на себя. Мы столкнулись и вместе отступили.

— Бросай! — крикнул я Тавру.

Тот отпустил копьё и сорвал Корень. Голова с хвостом сошлись.

Древко хрустнуло посередине. Одна половина взлетела, переворачиваясь, и ударилась о стену. Вторая исчезла между пластинами. Нижняя петля вспыхнула целиком.

Внутри кольца находилась только каменная опора. Сначала из неё вышел воздух. Из всех швов одновременно вырвало пыль, будто кто-то дунул изнутри. Затем кладка загудела, и четыре шага камня начали сжиматься. Не осыпаться под весом тела. Именно сжиматься. Один блок треснул пополам, соседний вдавило глубже, обломок перемычки наверху лопнул и рухнул внутрь кольца.

Пол под ногами дёрнулся.

Северный угол опоры разлетелся. Каменная крошка прошла по нам россыпью. Я закрыл лицо предплечьем, но один осколок попал в висок, другой рассёк щёку. Рядом выругался Сарн.

Тавр стоял и смотрел на то место, где только что находился.

— Если бы копьё не… — начал он.

— Тогда Сарн остался бы внутри, — закончил я.

— Моё копьё, — выдохнул сын дружины.

— Я тоже рад, что ты меня спас, — огрызнулся Сарн.

Тавр перевёл на него взгляд.

— Я не тебя спасал. Я не хотел потом объяснять остальным, почему позволил тебе сдохнуть.

Полоз разомкнул кольцо.

— Потом поругаетесь, — оборвал я их.

Зверю требовалось вытянуть голову из груды раздробленного камня, а затем растащить в стороны собственные кольца. Хвост застрял между двумя рухнувшими блоками. Полоз рванул его один раз, второй. Камень сдвинулся, но не отпустил сразу.

Вот откуда у нас появилось время. Не много. Несколько десятков пульсаций, пока длинное тело распрямится и снова соберёт изгибы.

Северный выход оставался за нашими спинами. До него было меньше двадцати пяти шагов. Можно было побежать.

Посмотрел на Тавра. Он держал повреждённую руку прижатой к животу, после удара полоза дышал мелко. Двадцать пять шагов по голой плите тварь уже почти перекрыла одним броском. За выходом шла такая же открытая улица, а полоз чувствовал нас через камень. Быстрее него мы не были, да и скрыться от него тоже не могли.

Значит, плита.

— Слушайте, — сказал я. — Сейчас он высвободит хвост. После этого времени не будет.

Показал на правый проход. Нависшая плита перекрывала его сверху на пять шагов. Один край лежал на стене, второй всё ещё держала треснувшая подпорка с моим ножом внутри.

— Сарн, ты уходишь за плиту и становишься на продолжении прохода. Когда будешь готов, поднимаешь Короткую Черту.

— Приманка, значит? — хмыкнул он.

— Да.

Сарн покосился на сына дружины и спорить не стал.

— Тавр, встанешь сбоку, за тем низким обломком. Не напротив прохода. Корень ставишь только после того, как голова минует плиту.

— Чтобы он повернул на меня?

— Если он снова выберет вспышку техники — да. Повернёт голову, ударив изгибом в камень. Тогда середина тела ляжет под плитой поперёк.

— А если не повернёт? — спросил Сарн.

— Уходишь. Я ничего не роняю.

— А если он повернёт дважды?

На это ответа у меня не было.

— Мы видели только один второй толчок, — сказал я. — После него полоз вытянулся полностью и не смог сразу броситься ещё раз. Возможно, второго изгиба ему не хватает. Возможно, он просто не понадобился. Поэтому не стойте рядом друг с другом и не бегите назад по линии броска.

Тавр вынул из-за голенища один нож. Второй оставил на месте.

— Отлично, — произнёс он. — Значит, мы проверим это на мне.

— На мне, — поправил Сарн.

— На нас обоих.

— Закончили, — сказал я. — Двигайтесь.

Полоз дёрнул хвост. Один из зажавших его блоков вылетел и прокатился почти до наших ног.

Сарн пригнулся и пошёл вдоль левой стены. Меч держал остриём назад, прижав клинок к предплечью, чтобы не задеть камень. Пока он двигался без техники, голова полоза продолжала смотреть на меня и Тавра. Две ямки на морде поворачивались вместе с каждым нашим шагом.

Тавр первым поднял Покров. Не на всём теле, а короткой вспышкой. Ямки дёрнулись к нему. Сарн в этот момент пересёк узкий левый проход и оказался по другую сторону рухнувшей опоры. Оттуда до места за нависшей плитой оставалось семь или восемь шагов.

Я поднял своё копьё. До рукояти ножа-клина было одно движение древком. Поставить Корень, ударить тупым концом. Если подпорка не уйдёт сразу, придётся бить ещё раз.

Полоз наконец выдернул хвост из камней. Тавр отпустил Покров и нырнул за низкий обломок. Голова зверя двинулась следом, но тут с дальней стороны плиты вспыхнула Короткая Черта. Светлая полоса легла на меч Сарна и погасла.

Ямки повернулись к нему.

Полоз не бросился. Он медленно повёл головой в сторону правого прохода, но тело за ней не собиралось. Наоборот, хвост начал заворачиваться к левой стене.

Нижняя половина петли проступила на горле.

Снова кольцо.

— Сарн, гаси! — крикнул я. — Не идёт!

Короткая Черта исчезла. Сарн сразу сместился в сторону. Тавр показался из-за обломка, не понимая, что изменилось.