Ты заслуживаешь знать (ЛП), стр. 56

— А кто?

— Его мать. Своим красивым почерком в собственном дневнике. После ее смерти Антон не просто черпал оттуда вдохновение, он дословно переписал целые страницы.

— Охренеть можно. Как ты узнала? — спрашивает Эйми, выруливая на кольцевую автостраду.

— На днях наткнулась на этот дневник. Он хранил его все эти годы. Полный абсурд. Казалось бы, сожги ты его к чертям, но нет.

— То есть ты даже не подозревала.

— Нет. До этой минуты, пока он не погиб. — Гвен глубоко вздыхает. — Должно быть, мысль о том, что он на самом деле не писал «Последний цикламен», терзала его день и ночь. Вся его личность держалась на статусе писателя. Не просто писателя, а признанного литературного деятеля. И все же в голове не укладывается, как он мог скрывать это даже от меня.

— Наверное, ему было стыдно. Боялся, что ты разочаруешься в нем.

Гвен откидывается на спинку кресла, глядя, как мимо со свистом проносится фура. Если так, худшего решения он придумать не мог. Был шанс, пусть ничтожно малый, что признайся он во всем годы назад, это сблизило бы их. Но Антон не умел быть честным даже с самим собой, куда уж там с ней.

— Похоже, оба наших мужа тщательно скрывали свое истинное нутро.

— И об этом написано в блокноте? Что-то о Скотте?

Гвен прекрасно понимает: ответив, она поставит под удар их дружбу. Их отношения и без того висят на волоске, и то, что она сейчас произнесет, может стать смертельным ударом. В лучшем случае Эйми воспримет эту правду как проявление солидарности — знак того, что они заодно, каким бы кошмаром все ни обернулось. Но куда вероятнее другое: Эйми придет в такую ярость, испытает такой ужас от услышанного о Скотте, не говоря уже о поступках Антона, что выместит весь свой гнев на Гвен.

В конце концов, всего несколько часов назад, вчитываясь в записи интервью Антона и его беллетризованные наброски, Гвен саму чуть не вывернуло наизнанку. Ее муж наживался на чужом горе, ковырялся в незаживающих ранах и вытаскивал из чужой души самую черную грязь и все это ради так называемого «искусства».

— С чего бы начать?.. Короче говоря, двадцать восемь лет назад двое парней в начале выпускного класса отправились в поход по калифорнийским горам. Назад не вернулся ни один. Одного звали Декстер Кол, второго — Майкл Финч. Антон каким-то образом вышел на мать Декстера и взял у нее интервью. Она свято убеждена, что Майкл убил ее сына в том походе и спрятал тело. Она уверена, что он бежал из штата, сменил имя и начал жизнь с чистого листа. И человек, которым он стал… это Скотт Краудер.

Эйми резко берет вправо и бьет по тормозам.

— Что за бред ты несешь?! Скотт никогда не был в Калифорнии. Он там не жил!

— Это еще не все. Мать зовут Кэти Стокер.

Из горла Эйми вырывается утробный крик. Она дважды с силой колотит ладонью по рулю:

— Черт! Черт!

Гвен сидит не шелохнувшись, не зная, как поступить. Сама недавно пережив крушение привычного мира, она знает: тут ничем не поможешь. Остается лишь быть рядом, молча разделить чужую боль и помочь Эйми пережить этот удар, когда та будет готова.

— Какая же я конченая идиотка, — Эйми роняет лоб на рулевое колесо.

— Ты не идиотка. Откуда ты могла знать? Она обвела вокруг пальца вообще всех.

Эйми резко вскидывает голову.

— Подумать только, Ноа была там… — ее передергивает от озноба. — Чего она от нас хочет?

— Погоди, давай я тебе кое-что зачитаю. — Гвен раскрывает блокнот. — Сразу предупреждаю, текст рваный. Антон явно набрасывал тезисы прямо во время разговора, но все же.«Майкл и Декс — друзья с начала десятого класса, когда Майкл с матерью переехали из Нью-Мексико… не разлей вода с первых дней… оба играли в бейсбольной команде…» — Гвен поднимает глаза на Эйми. Та смотрит прямо перед собой, побелевшими пальцами вцепившись в руль.

— Ну и что с того? — В голосе Эйми сквозит глухая защита, и Гвен ее не винит. Она всегда возносила Скотта на пьедестал, а теперь узнает, что он далеко не так безупречен.

Гвен продолжает читать по блокноту:

—«Полиция так и не нашла тела… свидетель слышал выстрелы в горах в тот день… свидетель тоже уехал из города… отследить не удалось… видела Майкла в горах спустя месяцы… уверена, что это он… пошла в полицию… люди Рэя Маккриди начали преследовать…»

— Это безумие! Ты хочешь, чтобы я поверила, будто Скотт — беглый преступник, который кого-то грохнул, а потом сменил имя?! Да эта баба чокнутая! Где ее доказательства?

Гвен поднимает взгляд.

— Судя по его заметкам, мать Декстера утверждает, что видела Майкла на склоне горы через несколько месяцев после их исчезновения, но стоило ей окликнуть его по имени, как он бросился бежать. А когда она попыталась возобновить расследование, этот Рэй Маккриди подослал людей, чтобы ее запугать. Видимо, в девяностых у Маккриди там была крупная плантация по выращиванию дури. Она отступилась, потому что испугалась за свою жизнь. По крайней мере, она так утверждает. А потом объявился Антон и разворошил это осиное гнездо: позвонил ей и заявил, что Майкл Финч превратился в Скотта и начал новую жизнь в Бетесде.

— А Антон-то откуда об этом пронюхал?

— Понятия не имею. — Гвен всматривается в виднеющиеся вдали горные хребты. — Возможно, наткнулся на какую-то зацепку и начал копать. В блокноте об этом ни слова.

— Нет, это полная чушь. Чушь собачья. — Эйми ожесточенно трясет головой, словно пытаясь физически выбить эту мысль из сознания. — Я не верю. Скотт не способен на убийство.

— Не так важно, веришь ли в это ты, если в это верит Кэти Стокер.

— Тут что-то не сходится, так просто не бывает. Она обозналась. Она приняла за него другого человека. — Эйми переключает передачу и плавно возвращает пикап на трассу: — Это не может быть Скотт. Она все перепутала.

— Зато это многое объясняет, — замечает Гвен. — Например, почему Антон шантажировал Скотта и зачем Кэти переехала сюда и наняла тебя. Посмотри на даты: Антон берет у Кэти несколько интервью в августе. А уже в сентябре она перебирается сюда и выходит на тебя.

Эйми упрямо качает головой.

— Она ошиблась человеком. Говорю тебе. Хотя…

— Что «хотя»?

— Она говорила мне, что у нее был сын. Сказала, что потеряла его, когда тот был еще маленьким.

— Она так и сказала?

— Да, у нее на кухне стояла фотография в рамке, где изображена она с младенцем на руках. Должно быть, она каждый день приносила этот снимок в дом Джин, а на ночь забирала с собой.

— Ничуть не удивлена.

— Что ты имеешь в виду?

— Из записей ясно, что ее единственной целью было узнать правду о сыне. Найти Майкла Финча. Уверена, фото ребенка служило ей постоянным напоминанием. У нее была миссия.

— Какая миссия?

— Возмездие. Призвать к ответу тех, кто виновен в гибели ее мальчика, — говорит Гвен. — В интервью она признавалась, что уже отчаялась когда-либо узнать, что на самом деле стряслось с Декстером. Потеряла всякую надежду на то, что кто-то ответит за его смерть. Пока с ней не связался Антон.

Через несколько минут Эйми заезжает на парковку небольшого торгового ряда. Кофейня«Маленький лис» занимает самое крайнее помещение в дальнем крыле, сразу за магазином пряжи «Уголок вязальщицы».

— Приехали. — Эйми глушит мотор.

Гвен выходит на улицу и жадно втягивает воздух. Здесь, на возвышенности, он на пару градусов прохладнее, чем на подъездах к округу Колумбия. Вдалеке проступают сизые волны Голубого хребта. До центра Фредерика отсюда несколько миль, вокруг раскинулись фермерские угодья, и эта неказистая торговая галерея — единственный оплот цивилизации у дороги, насколько хватает глаз.

Перед самыми дверями кофейни Эйми замирает.

— Я даже не знаю, с чего начать разговор.

— Давай лучше я поговорю? — предлагает Гвен. — У тебя есть фотография Кэти на телефоне?

Эйми находит снимок Кэти с котенком, который ей вчера скинула Джин, и пересылает его Гвен. Внутри «Маленького лиса» царит полумрак и уют. У стойки прислонена большая грифельная доска, расписанная цветными мелками с перечнем сезонных новинок: яблочно-карамельный капучино, овсяный чай латте. Из потолочных динамиков негромко звучит песняIndigo Girls . Гвен встает в очередь. Публика — стандартный контингент подобных заведений: несколько человек за столиками с раскрытыми ноутбуками (кто-то наверняка ваяет великий американский роман, кто-то сводит таблицы, а большинство просто залипает в Ютубе). Прямо перед ней стоит лишь плечистый мужик в бейсболке с видом человека, который целыми днями не слезает с трактора. Гвен ждет, пока он заказывает «копченый латте», что бы это ни значило, у хрупкой бариста с бледно-розовой челкой, падающей на глаза.