Я стал рабом ведьм шестого полка морской пехоты (СИ), стр. 66

— Я отойду ненадолго, — шепнула мне Тейма. — Надо проверить Петровича: что-то он с тассийками у танка не то делает!

Действительно, из толпы на танк залезло сразу несколько мелких девчонок. Причем Петрович сам подавал детворе сверху руки, помогая затащить их на броню, пока Нейма что-то вещала их мамашам, и теперь наш ветеран что-то рассказывал восторженным девчушкам. Наверное, ТТХ танка, кто его знает? Рядом стояла на земле Тайка и время от времени тоже что-то говорила. Была в толпе у танка и пара мальчиков, но они вели себя боязливее девчонок, и лезть к машине боялись. А может, их мамы не пускали, всех деталей я не видел…

— Леша? Ты? — услышав вдруг рядом негромкий знакомый голос, я аж вздрогнул от неожиданности и резко повернул голову. И в первую секунду, узнав стоящего передо мной мужчину, даже не поверил своим глазам.

— Антон Степанович? Вы? — опешил я.

— Я, я, — смущенно улыбнулся наш «барин», мой бывший одноклассник и владелец клуба «Барсучья нора». — Тише говори, Леша, а то мои мегеры услышат. Я от них в толпе как-то улизнул, но они где-то рядом, — почти прошептал он, вздрагивая и оглядываясь.

— Так вы женились? — глупо спросил я.

— Да, — мрачно ответил «барин». — Женился, млять… на свою голову. А что мне оставалось делать, а? ЦВСиО просватал, продал и женил. А ты как? Женат? Как Ким и Петрович?

— Не-а, — мотнул я головой. — Не женат. Служу, вот. И Ким с Петровичем со мной. Мы вместе, в одном полку. Все холостяки.

— И как, в ведьмовской армии нормально служится? Война же?

— По-разному бывает, — честно ответил я. — Но жить в целом можно. Я ещё ни разу о своем решении не пожалел.

— Как же я вам завидую! — искренне ответил «барин». — А у меня не жизнь, а сплошной мрак. Выдали за аристократок, етить их! Ужас сплошной — никакой свободы, я как игрушка! Живу хуже болонки, всегда на поводке! Одевают, хрен знает во что, никуда не пускают. Мне даже пищу принимать одному нельзя! Если я случайно поел на завтраке быстрее или медленнее своей главной госпожи — то это залет! Не подстроился под жену, значит, виноват… А по выходным выпороть могут запросто. Я к вам в армию хочу!!!

— Так я не против, — развел я руками.

— Антоша⁈ Антошик⁈ Антоша, вот ты где! — из толпы вперед протиснулись две богато одетые женщины лет пятидесяти на вид. — Ты куда от нас сбежал, негодник⁈ И с кем это ты разговариваешь?

— Я на секунду отвлекся. Я не хотел убегать госпожа Мальда, вы всё не так поняли, — залебезил было «барин», но его дама ловко ухватила его рукой за ухо, и строго сказала — а ну пошли! Я не разрешала тебе разговаривать с незнакомыми мужчинами!

Потом она бросила на меня внимательный взгляд, но, разглядев погоны, так ничего и не сказала, уведя моего одноклассника и оставив меня размышлять над тем, что же это было. Ндя… похоже, наш Антон Степанович просчитался и рулить собственным гаремом у него не вышло.

Выставка между тем шла своим чередом. Ближе к обеду пожаловала пресса, но с ней общались в основном официры и Лигия. Разве что у Петровича взяли интервью о его знаменитой обороне пляжа — картинка мужчины с пулеметом стала в местной сети чем-то вроде патриотического мема и журналисты не могли упустить возможность расспросить главного героя. Мы же с Кимом больше работали манекенами для съемки, улыбались и делали геройский вид.

Потом нас ненадолго отвели на обед к расположенной рядом полевой кухне гвардеек, которая кормила кашей с тушенкой одновременно участниц выставки и посетительниц, желающих опробовать натуральный ведьмовской фронтовой обед «с дымком», как гласил рекламный плакат у кухни на колесах. Нас кормили бесплатно, а с посетительниц брали по пятнадцать талов за миску каши, и от желающих попробовать её не было отбоя. Учитывая, что входные билеты продавались по пять талов, с коммерческой стороны вопроса выставка техники вполне себя оправдывала. Пропаганда — пропагандой, а деньги — деньгами, что уж тут…

После обеда я настраивался, что мы будем работать до самого вечера, но нет. Еще через пару часов Лигия велела всей нашей группе кроме тассиек и Ульды с Ваймой садиться в микроавтобус.

— Вы все молодцы, и в целом я довольна, — пояснила она. — Дальше наши гвардейки справятся и без вас. А вас сейчас хочет видеть одна важная особа, так что поторапливаемся, госпожи официры. Не надо заставлять её ждать. И шторки на окнах автобуса задерните, пожалуйста. Запоминать маршрут не нужно.

В этот раз автобус кружил по улицам минут двадцать, пока нас не высадили где-то на огражденной глухим бетонным забором территории у серого трехэтажного невзрачного здания непонятного назначения и без всяких вывесок. Провели внутрь и сразу же за входной дверью, мы прошли через пост охраны из четырех вооруженных ведьм в небольшом зале, которые внимательно разглядели предоставленные Лигией документы и всю нашу группу. Любое оружие было велено оставить здесь же. Впрочем, у нас и так ничего с собой не было, на выставку личное оружие Лигия запретила брать категорически. Тем не менее, ведьмы нас проверили каким-то артефактом, поводив вдоль тела каждого сияющим синим цветом шаром, а потом дали команду спускаться внутрь.

Всего мы одолели шестнадцать глухих лестничных пролетов, идущих вниз. И я понял, что мы спускаемся в глубокий бункер, особенно когда лестница закончилась, а за ней последовал ещё один пост охраны, распахнутые створки герметичных железных дверей и длинный коридор с зелеными стенами, шириной метров пять и с высоким полукруглым потолком, под которым виднелись вентиляционные трубы. В стенах коридора было несколько закрытых дверей, но мы прошли мимо, пока не вышли прямо к дверям, перед которыми был еще один пост с ведьмой — официрой. Она сделала нам знак подождать, зашла внутрь, и почти сразу вышла, предлагая жестом войти.

Кабинет не выглядел роскошным: из мебели в нем имелся лишь массивный стол для совещаний буквой «Т», с обитой зеленой бархатной тканью столешницей и несколькими телефонами, простые деревянные стулья за ним, а в углу стоял кожаный диванчик и пара кресел. За столом сидели две ведьмы средних лет в парадной военной форме со звездами стратиг на погонах, рассматривая какие-то бумаги. Но все взгляды к себе сразу привлекла хозяйка кабинета — молоденькая худенькая девчушка в черно-синей военной форме, вышедшая нам навстречу. Её Величество Императрица Асталии Кальтиния Четвертая собственной персоной!

— Ваше Величество! — стоявшая рядом со мной Тейма тут же опустилась на одно колено, и замерла так, склонив голову вниз. То же самое сделали и Вейна с Неймой и Арией. Недолго думая, мы с Кимом и Петровичем последовали их примеру.

— Встаньте официры, давайте без церемоний, — махнула рукой Императрица. — У нас с вами не официальный прием, а рабочая встреча. Можете чувствовать себя свободно.

— Перейду сразу к делу, — продолжила Кальтиния деловым тоном, когда мы поднялись. — Во-первых, я хотела бы лично поблагодарить вас всех, госпожи ведьмы и… парни. Мне известно, как повел себя ваш полк в начале войны. Пожалуй, ваше подразделение было лучшим на побережье. Вы не дрогнули и не отступили, дав бой превосходящим силам конфедераток. Я бы сказала, что в тот момент вы спасли репутацию вооруженных сил! На фоне многих, кто проявил себя не лучшим образом или вообще изменил присяге.

— Это наш долг, Ваше Величество, — склонила голову Тейма.

— Да. Это ваш долг, официра, — согласилась с ней Императрица. — А мой долг — замечать тех, кто верно служит Родине и мне, награждать их, благодарить и продвигать по службе. Кроме того, я наслышана и о том, как вы действовали дальше, при обороне Алькоры и при подавлении мятежа. И это тоже достойно самых высоких оценок. Удержание города — во многом ваша заслуга. А так же — ваших «корсетов» с парнями, которые показали себя с наилучшей стороны. О «корсетах» мы бы и хотели с вами поговорить подробнее. Я и мои стратиги — кивнула Кальтиния на сидящих за столом ведьм. — Я хочу знать подробности: как эта магия работает в реальных боевых условиях, как с ней справляются парни, какие существуют проблемы и сложности, что нужно для улучшения действующих «корсетов» и создания новых.