Я стал рабом ведьм шестого полка морской пехоты (СИ), стр. 57

— Плоя Вада я, — неохотно ответила та, что постарше. — А со мной Анка Верга. Мы ведьмы из второй саперной дивизии.

— Бывшие ведьмы, — уточнила Тания. — Сейчас вы изменницы её Величеству и враги народа. Поэтому я советую отвечать на все вопросы без утайки и сотрудничать с нами. Тогда у вас будет шанс хоть на какое-то снисхождение и возможность избежать виселицы.

— Какая виселица? С чего это вдруг мы изменницы⁈ — вскинула голову и возмущенно посмотрела на Танию Плоя Вада. — Глупости вы говорите, госпожа! Что мы такого сделали? Мы никого не убивали и ничего не воровали, против властей не шли. Мы порядочные женщины!

— Ты дура? Или правда не понимаешь? — вступила в разговор Тейма. — Как это вы не шли против властей? Вы вступили в сговор с техносами и перешли на их сторону и сторону ЧКСА! Даже погоны спороли! Это измена и предательство!

— Экая вы злая, госпожа официра, — покачала головой пленница. — Нету в вас понимания ни на тал… А что нам было делать, а? Солдатки нас в казармах застали даже не одетыми! У них пулеметы! Машины всякие страшные, автомат у каждой. А у нас ни у кого дара сильного нет. Посохи плохие, оружие тоже. Как с ними драться? Мы жить хотим. Наше дело работать, а не кровь проливать. Вам надо — вы с солдатками и воюйте.

— Вас призвали в армию! Вы приняли присягу и обязаны были защищать родину! — отчеканила Тания. — В крайнем случае, вы могли бы просто сдаться в плен. Раз уж настолько боялись драться, — вздохнула она.

— Оно бы так, — поморщилась Плоя. — Но солдатки сказали, что власти благородных больше нет. Что теперя у нас свобода, и техносы — теперя власть! А раз техносы нынче власть, то мы против власти не пойдем, мы послушные. Тем более, что всем общинницам от солдаток воля вышла, — так нам ихняя официра сказала. А еще она сказала, что если мы хотим сами жить как пожелаем, то надо спороть погоны и вступать в эти, как их… вспомогательные силы Конфедерации. Ну, мы и вступили…

— Лучше бы вы в дерьмо вступили, — поморщилась Тания. — По самую шею. Дуры общинные! От дерьма отмыться можно, а от измены — нет.

— Обижаете вы нас, госпожа официра! А ведь мы на Алькору идти отказались! Говорят, в столице новая императрица, так мы не против неё.

— Как это вы отказались? — поинтересовалась Тейма.

— Давайте я расскажу, тетка Плоя, — подала голос молодая пленница. — Когда нас солдатки записали во вспомогательные силы, мы не возражали, — сказала она. — А куда деваться? Но потом их официры сказали, что в Алькоре засела старая власть, и надо помочь её оттуда выгнать. А мы должны идти в бой за свою свободу, вот. Только мы отказались! Мы драться ни за какую свободу не хотим! Наши официры собрались вместе, посовещались и сказали солдаткам — во вспомогательные силы запишемся, раз так надо! А воевать не пойдем, шиш! Ишь, чего удумали — нам с боевыми ведьмами воевать. Не наше это дело.

— Экие вы интересные бабы, — фыркнула Тейма. — За родину и Императрицу, значит, воевать вы не хотите. И за техносов и их свободу тоже воевать не хотите. А что вы хотите, вообще?

— Дык понятно, что — ответила тетка Плоя. — Демобилизацию мы хотим. Работать на своей земле хотим. И чтобы от нас все отстали. И чтобы у нас городские перекупы вино, фрукты и зерно по нормальной цене покупали, а не по дешевке как сейчас. И чтобы парней в общину из города привезли. И чтобы налогов столько не брали. Солярку и бензин дешевый хотим, и чтобы за технику банк платежи уменьшил! А то городские и благородные нас обдирают как могут — зерно берут задешево, а за каждый трактор требуют с общины две цены за кредит отдать! А еще…

— Хватит, — резко остановила общинницу Тания. — Ваше нытье слушать нет никакого желания. Можешь сказать что-нибудь ценное, чтобы спасти свою жизнь?

— У нас сейчас в Ульмаре комитет общинниц заседает, — живо вступила в разговор Анка. — Они требования к Кальтинии Четвертой обсуждают. После того как мы в Алькору идти воевать отказались, нам техносы велели в Ульмаре стоять и держать оборону. А сами солдатки вчера куда-то уехали. Но мы слышали, что в столице новая Императрица появилась. И решили, что можно ей снова присягнуть, но только после того как она нам вольную даст. И требования наши удовлетворит. Вот. А сейчас у нас тут не Асталия, а вольная общинная земля Ульмара — так наши старшие сказали. Нас с теткой и еще двумя женщинами старшие отправили на холм в караул, а сами в городе совет держат в доме городской администрации.

— Хреновые из вас караульные, — поморщилась Тания. — Еще на холмах кто-то есть?

— Должны быть, — ответила Анка. — Мы не знаем. Мы пришли, поели и спать легли. На часах тетя Кайла стояла, но вы её зачем-то убили…

— А с чего ваши старшие вообще взяли, что её Величество Кальтиния Четвертая будет с вами о чем-то договариваться? И, тем более, удовлетворять требования изменниц из самозваного комитета? — удивилась Тейма.

— Не знаю. Они говорят — она сейчас слабая и молодая, а, значит, будет общинниц слушать. Потому что нас много и мы всех кормим.

— Понятно, — махнула рукой комбата.

— Если хотите, я покажу дом, где наши старшие заседают. И помогу в город пробраться. Нам с теткой за это будет снисхождение? — спросила Анка.

— Я думаю, планировать долгую и правильную войсковую операцию против изменниц нет смысла, — вдруг подал голос Петрович, молча слушавший весь допрос. — Надо всё закончить быстро и одним ударом. Боеспособность общинниц сомнительна. Обстреливать и разрушать город глупо. Если мы захватим их так называемый «комитет», они сами разбегутся или сдадутся.

— Верно, — подумав, поддержал я ветерана. — Устроим что-то вроде Лбищенского рейда. Ударить можно «корсетами», на рассвете. Захватим или перебьем руководство мятежниц, и все кончится. Не нужно лишней крови.

— Что за Лбищенский рейд? — поинтересовалась Тания.

— Внезапная атака на дезорганизованного и не ожидающего её противника, — пояснил Петрович. — В свое время на Земле уральские казаки так Лбищенск взяли. Начнем под утро, часа в четыре. Тараном пойдут «корсеты» и танк, наша цель прорваться сходу к администрации и нейтрализовать командование. За нами пойдут остальные ведьмы, их задача — зачищать дворы. Если упремся в сильное сопротивление, — отступим, «корсеты» прикроют обычных ведьм. Но, судя по допросу мятежниц, — Петрович кивнул на молчавших пленниц, — у нас должно получиться.

— С идеей в целом согласна, — подумав, ответила Тания. — У самой схожие мысли. Но надо проработать план получше…

В итоге план атаки наши командиры одобрили, пусть он и отменял на сегодня ночной сон. Анка оказалась родом из местной общины, мобилизованной по рекрутскому жребию из ближайшего хутора. Она показала нам старую грунтовку для общинной сельхозтехники, которая вела через сады, виноградники и подножье ближайшего холма, выходя на равнину с городом. По ней и поехала в три часа утра колонна полка с выключенными фарами, прикрывая плетениями тишины звук моторов. Шоферки, с наложенными на них заклятьями ночного зрения, ехали медленно, на разбитой грунтовке машины нещадно трясло, но в половине четвертого мы оказались на равнине в трех километрах от города, а качество дороги стало чуть получше. Собственно, город был перед нами, а полк так и не был обнаружен. Поэтому, никаких особых затей и не потребовалось — мы просто въехали своим ходом в Ульмар. Ведьмы стали выпрыгивать из грузовиков лишь оказавшись на городских улицах.

Как такового боя даже не случилось. Блок-пост мятежниц стоял у въезда по главной асфальтовой дороге, а атаки со стороны виноградников и персиковых садов в четыре часа утра никто не ожидал. Первые заполошные выстрелы начали греметь на улицах, когда мы уже почти подъехали к зданию администрации. У его крыльца стоял караул из четырех мятежниц со споротыми погонами: у двух из них были в руках автоматы, ещё у парочки — боевые посохи. И все они во все глаза вылупились на невиданное зрелище — как к ним прямым ходом едет танк с мужиками на броне. Для асталиек сочетание нежных мужчин и техносовских танков было сродни фантастике, что-то вроде матросов на зебрах. И уж точно никто из караульщиц не мог подумать, что мы из асталийской армии.