О нимфах, сильфах, пигмеях, саламандрах и о прочих духах, стр. 3
Итак, они суть люди и племя: умирают вместе со зверьми, ходят вместе с духами, едят и пьют вместе с людьми. То есть они умирают подобно зверям, так что ничего не остается; ни вода, ни огонь не могут причинить им вреда, как и духам, и никто не может замкнуть их, как и духов, но они воспроизводятся как люди, и вследствие этого разделяют участь человека. Они имеют человеческие заболевания и здоровье, но их лекарства не из земли, из которой сотворен человек, но из стихии, в которой они сами живут. Они умирают подобно людям, но мертвы подобно зверям. Их плоть разлагается как любая другая плоть, а их кости — как кости иных людей, и ничего не остается от них. Их обычаи и поведение человеческие, что справедливо и в отношении их способа говорить, лучше или хуже, нежнее или грубее. То же самое применимо и к их телосложению: они различны, как и люди. В еде они подобны людям, они едят и наслаждаются плодами своего труда, прядут и ткут свои собственные одежды. Они знают, как пользоваться вещами, обладают мудростью общественного управления, правосудием, чтобы сохранять и защищать общину.
Ибо, хоть они и звери, все они обладают разумом человека, за исключением души. Вот почему у них нет завета служить Богу, ходить по Его стопам, так как они не имеют души. Зверь, рожденный по природе, требует справедливого подхода к себе, так же поступают и они, но они имеют высший разум, превосходя всех прочих животных. Точно так же, как человек на земле превыше всех тварей и ближе к Богу в способностях рассудка и возможностях, так и они, среди всех зверей, ближе всего к человеку, и столь близки, что их именуют племенем и людьми и принимают за таковых. Так что нет другого отличия от людей, кроме как их подобного духам образа действий и отсутствия души. О причудливые и удивительные творения!
Трактат 2
Об их среде обитания
Их среда обитания четырех видов, а именно — соответственно четырем стихиям: одна обитель в воде, одна обитель в воздухе, одна обитель в земле и одна обитель в огне.
Те, которые обитают в воде, суть нимфы, те, которые в воздухе, — сильфы, те, которые в земле, — пигмеи, а те, которые в огне, — саламандры.
Эти имена не слишком хороши, но тем не менее я использую их. Эти имена были даны им людьми, которые не понимали их сущности. Но, поскольку они обозначают этих существ и поскольку их можно распознать по их именам, я оставлю все как есть.
Именем водного племени является также ундина, воздушного племени — сильвестры, горного племени — гномы, а огненного племени — скорее вулканы, чем саламандры. Как бы ни понимать это различение, пусть оно так останется.
Теперь же вам следует знать, что если их области обитания необходимо разделять, то и их самих следует подразделять на группы. Ибо водное племя не имеет сношений с горным народцем, а горное племя — ни с ними, ни с саламандрами. Каждое племя имеет особенное пристанище, но они являются и человеку, о чем уже упоминалось, так, чтобы он мог распознать и узреть, как удивителен Бог в Его творениях, что не оставил ни одну из стихий праздной и пустой, без того, чтобы она не имела в себе великих чудес.
А теперь следуй за четырьмя стихиями, что объясняет различие среды обитания, а также обличие, сущность и вид, как они, отличаясь один от другого, все же более подобны человеку, чем друг другу, и, однако же, все они люди, как было разъяснено в первом трактате.
Вы знаете, что существует четыре стихии: воздух, вода, земля и огонь; вы также знаете, что мы, люди от Адама, стоим и ходим в воздухе и окружены им, как рыба водой, и мы можем существовать без него ровно столько, сколько рыба без воды. Так как рыба имеет свое обиталище в воде, то и вода, в которой она живет, занимает для нее место воздуха. Поэтому воздух занимает место воды для человека, по сравнению с рыбой. Таким образом, все было сотворено в своей стихии, чтобы передвигаться в ней. Из этого примера вы понимаете, что ундины имеют свое жилище в воде, и вода дана им, как нам воздух. И как мы удивлены тем, что им приходится жить в воде, так и они удивлены тем, что мы существуем в воздухе.
То же применимо и по отношению к гномам в горах: земля — их воздух и их свободное пространство. Ибо все живет в пространстве, то есть все имеет свое обиталище в пространстве, движется и покоится внутри него. Вот почему земля — не более чем простое пространство для горного народца. Ибо они проходят сквозь монолитные стены, сквозь скалы и камни, подобно духу; вот почему эти предметы — всего лишь простое пространство для них, то есть пустота (ничто). Из этого следует, что, сколь мало нам препятствует воздух, столь же мало им — гора, скалы или земля. И сколь легко нам проходить сквозь воздух (и воздух не может остановить нас), столь же легко преодолимы для них утесы и скалы. И, следовательно, те предметы, что все суть пространство для них, не пространство для нас. Ибо стена, перегородка останавливают нас, так что мы не можем пройти сквозь них, а для гномов это свободное пространство. Вот почему они проходят сквозь нее (стену); для них это их воздух, в котором они живут и ходят, как человек в воздухе, что расположен между небом и землей.
И чем тверже пространство, тем тоньше существо, обитающее в нем, и чем тоньше пространство, тем грубее существо. Горное племя обладает грубым пространством, поэтому они должны быть самыми нежными существами; а человек имеет нежную среду обитания, вот почему он все же более груб. Итак, имеются разные виды среды обитания, и их обитатели приспособлены жить в них по своей природе и качеству.
Таким образом, одно из чудес объяснено — чудо их обиталища. И вы теперь знаете, что их обиталища в четырех стихиях, в их свободных пространствах, точно таких же, как для нас воздух, и с ними не может произойти ни утопление, ни удушение, ни горение в своей стихии, ибо их стихии суть не что иное, как воздух для существ, живущих в нем. Поскольку вода есть рыбий воздух, рыба не тонет, и так же ундина вовсе не тонет. Как в воде, так и в земле: земля есть воздух для гномов; вот почему они не задыхаются. Им наш воздух не потребен, а нам — их. Точно так же обстоит дело с саламандрами: огонь есть их воздух, как наш воздух есть наш воздух. А сильвестры — ближайшие к нам, ибо они также пребывают в нашем воздухе и они подвержены тому же виду смерти, что и мы, а именно: они горят в огне — и мы тоже; они тонут в воде — и мы тоже; они задыхаются в земле — и мы тоже. Ибо всякий остается целым и невредимым только в своей среде обитания; в других средах он умирает.
Вот почему вы не должны изумляться по поводу вещей, кажущихся нам невероятными: у Бога все возможно. Он сотворил всякие вещи для нас не согласно нашим мыслям и разумению, но превыше наших представлений и разумения. Ибо Он желает, чтобы мы на Него взирали как на Бога, который удивителен в Его созданиях. Если бы Он сотворил лишь то, во что поверить было бы просто для человека, Бог оказался бы слишком слабым, а человек стал бы равен Ему. Вот потому Он сотворил вещи как Бог и позволил человеку изумляться им, и сделал так, чтобы Его дела были столь велики, что никто не может в достаточной мере изумиться также этим существам. Богу угодно, чтобы это было так.
Давайте поразмыслим далее об их пище. Знайте, что всякая среда имеет свои две сферы — небеса и твердь. У нас, людей, земля и небо дают нам нашу пищу, а среда находится между этими двумя. Таким образом, мы кормимся в промежутке между двумя сферами. Точно так же те, кто живет в воде, имеют землю в основании, воду в качестве среды и небеса также в воде; так что они существуют между небом и землей, а вода — это их среда. Их обиталище соответствует их виду. Точно так же и у гномов, чья твердь — это вода и чья среда обитания земля, и небо есть их сфера. То есть земля стоит в воде. Для них земля — среда обитания, а вода — твердь. Пища произрастает для них таким же образом. Сильфы подобны людям, они питаются как люди на просторе — травами в лесу. Для саламандр твердь — это земля, их небо — воздух, а огонь — их среда обитания. Так что пища произрастает для них из земли и огня, а созвездия из воздуха — это их небеса.