Вселенные Высоцкого. На серебряных струнах времени. Поэзия, театр, концерт, кино, стр. 12

Памяти Высоцкого

Но продолжим разговор об Олимпиаде-80 в «биографическом мифе» Высоцкого. Она прочно вошла в этот миф, проявившись, например, в многочисленных стихах, посвящённых памяти поэта. Стихи эти в разные годы писались почитателями его таланта и затем были собраны в двух книгах под общим названием «Светлой памяти Владимира Высоцкого»; первая вышла в 1998 году, вторая – в 2000-м. Вот некоторые примеры обращения самодеятельных поэтов к Олимпиаде-80 из этих книг:

Если попытаться обобщить соотнесение осмысления смерти и похорон Высоцкого и олимпийского контекста к этим событиям в приведённых фрагментах, то можно сказать, что в основе всех этих текстов лежит контраст «всемирного» спортивного праздника и всенародного горя. Логика мифологического текста здесь такова: Олимпиада простым москвичам и так не нужна и даже вредна, учитывая активизацию сил правопорядка, вот и получили вместо навязанного сверху праздника великую трагедию; и пусть запомнятся Игры не рекордами, а только тем, что в дни их проведения умер сам Высоцкий; запомнятся не аншлагами на трибунах стадионов и спортивными рекордами, а огромным количеством тех, кто пришёл на похороны поэта, и той великой печалью, которой были поражены сердца людей при получении трагической новости.

«Более или менее вечные ценности»

Несколько иначе реализовалась Олимпиада в художественной прозе о Высоцком. Примером здесь может служить рассказ В.С. Белоброва и О.В. Попова «Более или менее вечные ценности» (2001).

Герой рассказа Вадим из 2150 года на машине времени «прилетел в Москву-80, чтобы спасти великого барда прошлого Владимира Высоцкого» при помощи универсального лекарства. Это Вадиму не удаётся: герой напивается с новыми друзьями, будущими олигархами, а в 1980-м – пациентами психиатрической больницы Борей и Володей, и попадает в милицию, где просыпается только утром 25 июля, когда Высоцкий уже умер.

Вадим улетает назад в будущее, оставляя лекарство своим собутыльникам, и говорит: «…Разлейте лучше на три части… Одну Брежневу, вторую отнесите в американское посольство и скажите там, что Джона Леннона должны застрелить в декабре этого года. Пусть сразу польют ему этой жидкостью на рану и дадут выпить! А третью отнесите во французское посольство для Джо Дассена, пусть тоже недельку попьёт» (напомню, что в 1980 году, уже после Высоцкого, умрёт Джо Дассен и будет убит Джон Леннон; Брежнева же не станет в 1982-м). Конечно, ни один из этих заветов тоже выполнить не удалось – по закону жанра прошлое изменить нельзя, ведь тогда изменится и будущее, то есть сработает знаменитый эффект бабочки, до которого, как известно, лучше не доводить.