Вселенные Высоцкого. На серебряных струнах времени. Поэзия, театр, концерт, кино, стр. 11

Ещё один важный, на мой взгляд, момент, касающийся выбора для пародии, вышедшей на пластинке фирмы «Мелодия», именно этого текста-источника, песни «Москва – Одесса», связан с тем, что она – одна из немногих, официально изданных в Советском Союзе в авторском исполнении. Напомню, что при жизни Высоцкого в нашей стране вышло всего лишь семь его персональных пластинок-миньонов.

И «Москва – Одесса» была на двух из них: на гибкой пластинке «В. Высоцкий. Песни» (код Г62–04737, Г62–04738; состав: сторона 1: «Кони привередливые», сторона 2: «Скалолазка», «Москва – Одесса») и на виниловой пластинке «Песни Владимира Высоцкого» (код М62–37515, М62–37516; состав: сторона 1: «Она была в Париже», «Кони привередливые», сторона 2: «Скалолазка», «Москва – Одесса»). Обе пластинки вышли в 1975 году и имелись во многих советских семьях. Остаётся напомнить, что песни на этих пластинках звучали в сопровождении ансамбля «Мелодия» под управлением Г.Г. Гараняна. Думается, официальное издание песни «Москва – Одесса» стало поводом для того, чтобы именно её использовать в качестве объекта пародии официальным артистом и последующего издания на «Мелодии».

В пародии, помимо отсылок к самой песне Высоцкого, можно увидеть и некоторые черты «биографического мифа» Высоцкого, сформировавшиеся при жизни поэта. Прежде всего, это упомянутая уже во вступлении к пародии гитара («Наверняка много песен на Олимпийских играх прозвучит в сопровождении гитары»); она упоминается и в первом куплете пародии («А тут мне скажут: „Лезет он с гитарой“»). Прижизненный извод «биографического мифа» Высоцкого непременно включал в себя гитару. И хотя зачастую записи делались в сопровождении оркестра, тем не менее со сценическим образом Высоцкого слилась именно она. Связано это с его многочисленными сольными концертами под гитару, а также с желанием отнести поэта к определённому направлению в искусстве – к авторской (или, как её ещё называют, бардовской) песне, для которой гитара была непременным атрибутом. Сразу после смерти Высоцкого гитара тоже оказалась востребована «биографическим мифом»; во всяком случае, бытовали устные рассказы «очевидцев» о том, что в гроб Высоцкому положили гитару, а дорога от Таганки до Ваганьковского кладбища была вся устелена гитарами. В традиции поэтических некрологов Высоцкому гитара тоже нередкий гость. Вот лишь несколько примеров-отрывков:

Наряду с гитарой не менее важным элементом «биографического мифа» Высоцкого и в прижизненном, и в посмертном изводе оказывается Театр на Таганке, часто обозначаемый одним и всем понятным словом – «Таганка». В пародии Винокура этот элемент не просто оказался востребован, но и занял место в сильной позиции, оказавшись последним словом всего текста:

Действительно, образ Высоцкого и при жизни, и потом для многих соотносился с «Таганкой». И если Высоцкий-певец, Высоцкий-поэт фактически не был официально признан в Советском Союзе, то Высоцкий-актёр, служивший в государственном театре и снимавшийся на государственных киностудиях, находился во вполне официальном статусе. Вероятно, он и позволил в официально изданной пародии поставить связанное с Высоцким название театра в сильную позицию.

Таким образом, в пародии Винокура присутствуют характерные для «биографического мифа» Высоцкого и для его образа в сознании аудитории знаки – гитара и «Таганка». Помимо этого отмечу ещё один важный момент, присутствующий в тексте пародии уже не прямо, а, скажем так, подспудно, между строк. Ключевая мысль всего текста пародии на Высоцкого заключается в том, что герой, под которым подразумевается сам объект пародии (действительно, звучащие пародии обычно строятся на том, что речевой субъект оказывается одновременно и пародируемым объектом), во время Олимпиады не может попасть туда, куда он хочет, то есть почти никуда. Зная репутацию Высоцкого среди советских людей, представить такое невозможно – известно, что популярность поэта открывала любые двери. То есть в реальности то, что происходит в пародии, случиться, разумеется, не могло. Не могло, если речь идёт о прямом значении – Высоцкий не может попасть на спортивные соревнования. Однако если представить ситуацию пародии Винокура как метафору, тогда описанное в песне в полной мере представимо в реальности. Речь может идти о метафоре положения Высоцкого относительно официальной культуры: песни и стихи не издаются, роли в кино далеко не всегда достаются те, каких хочется и каких он заслуживает; короче, «нет на трибунах места для меня», или, из текста пародируемого оригинала: «Отсюда не пускают, а туда не принимают». Исключение – только театральные работы, но это всего лишь исключение, а всё остальное – правило. Таким образом, в тексте пародии Винокура можно увидеть и переносный, метафорический смысл, связанный с положением субъекта-объекта пародии в советской культуре. Это не значит, что такой смысл осознанно вводился авторами пародии, но и вовсе не отменяет того, что он может возникать у слушателя.

Однако куда как важнее всего вышесказанного для «биографического мифа» Высоцкого сам факт появления этой пародии в контексте предстоящей в Москве Олимпиады. Восприятие публикой и самого этого факта, и текста пародии отчётливо распадается на время до и после Олимпиады; ещё точнее – до 25 июля 1980 года и после этого дня. До 25 июля, дня смерти Высоцкого, пародия воспринималась как ещё один из немногочисленных фактов появления его песен на носителях, представляющих официальную культуру. Дело в том, что каждый факт из этого ряда ввиду малого их количества воспринимался поклонниками поэта как непременно нечто значительное, как нечто важное и заслуживающее внимания, как то, что можно свернуть до фразы «Песни Высоцкого разрешили в Советском Союзе». Тем более что на пластинке Винокура не просто пародия на Высоцкого, стоящая отдельным номером, а пародия в ряду других пародий, субъектами-объектами большинства из которых выступают официальные лица советской популярной культуры; эти лица – частые гости на телевидении, их зовут участвовать в концертах, приуроченных к государственным праздникам, они сопровождают советских спортсменов на важных турнирах: Штоколов, Магомаев, Сличенко, Лещенко, Хазанов, даже Военный ансамбль песни и пляски. И вдруг среди них – Высоцкий. То есть по одному этому факту появления пародии на него на пластинке «Мелодии» можно было сделать вывод о предстоящем очень скоро признании Высоцкого-певца (упоминание гитары в пародии очень важно) и, может быть, Высоцкого-поэта. Случилось бы это или нет, мы никогда не узнаем (разве что обнаружится директива КГБ, согласно которой с такого-то числа такого-то месяца такого-то года певца и поэта Владимира Высоцкого следует считать официально признанным); случилось же то, что случилось: 25 июля, в разгар Олимпиады в Москве, поэта не стало. С этого момента и пародия Винокура стала восприниматься иначе. Теперь её можно осмыслить как невероятную нелепость, проявление гротеска, рождённого в симбиозе искусства и жизни: Высоцкий в тексте пародии занят тем, что во время Олимпиады стремится попасть на соревнования, но у него это не получается (ситуация применительно к физической реальности, как я отметил выше, абсурдная); Высоцкий в реальном мире во время Олимпиады умирает. И смерть его навсегда становится главным событием московской Олимпиады. И только толпа и в пародии, и в реальном мире устремлена в одно и то же место – на Таганку. То есть между художественным миром и физической реальностью складываются отношения, благодаря которым и формируется «биографический миф». Владимир Винокур же, многократно и разнообразно изображая в последующие годы всех тех, чьи образы были использованы в номере «Пародия-80», никогда больше Высоцкого, по понятным причинам, не пародировал.