Следователь по особо важным… телам 2 (СИ), стр. 11

— Ну⁈ — Сафира подалась вперёд. — Что там? Не томи! Говори давай! — она глянула на меня пристальнее и, ухмыльнувшись, спросила: — Неужели… что-то особенно интересное?

Я откашлялся и наконец прочитал вслух: «Провести языком… Десять секунд». Голос прозвучал глухо, будто не мой.

В комнате мгновенно повисла тишина — ровно на секунду, а потом Оля и Сафира взорвались одновременно.

— Да ладно!!! — Оля схватилась за голову. — Языком⁈ Вы серьёзно⁈

— Офигеть! — Сафира уже откровенно хохотала, запрокинув голову. — Илюш, там реально так написано? Или ты просто сам этого хочешь?

— Я не… — начал я, но осёкся.

Сафира уже смеялась так, будто уже представляла, как я это делаю. И вся эта ситуация ей явно чертовски нравилась.

— Дай-ка сюда. — Её грудь качнулась прямо перед моими глазами — сочная, упругая, с торчащими сосками. Она пробежала глазами по карте и зачитала вслух, будто не веря: — «Провести языком… Десять секунд». Ха! Ну ничего себе! — она протянула карту подруге, задорно сказав: — Ты только глянь!

Оля заулыбалась, присоединившись к веселью Сафиры, но я заметил, как в её глазах мелькнуло что-то ещё. Лёгкая, почти незаметная тень сожаления, будто она хотела быть на месте подруги, но в то же время всеми силами старалась не подавать виду.

Сафира тем временем, отсмеявшись, отставила бокал и поднялась с дивана. А встав прямо передо мной — полуголая, с этими чёртовыми шариками в сосках, — склонила голову набок:

— Ну что? Ты готов? — она выдержала паузу и добавила с пьяным вызовом: — Только учти: я люблю, чтобы с чувством. Не надо просто так чирикнул и всё. Это не засчитается.

Я смотрел на неё и не мог понять, как она умудряется сочетать в себе две совершенно разные интонации.

С одной стороны — простая, даже немного развязная: «чирикнул и всё», как будто речь шла о том, чтобы поцеловать в щёку. С другой — строгая, почти требовательная: «я люблю, чтобы с чувством». Как будто она была не пьяной участницей пошлой игры, а экзаменатором на квалификационном тесте по оральным ласкам. И это сбивало с толку.

Перевёл взгляд на Олю — она сидела, обхватив колено руками, и улыбалась. Но я слишком хорошо знал этот тип улыбки. Она была нервной, вымученной, совсем не такой, как раньше, когда Оля сама с удовольствием прикусывала мою губу или гладила животик. Тогда в её глазах горел азарт. А сейчас там было что-то другое. Что-то похожее на… страх? Или ожидание…

Неужели она и правда боится, что я сейчас наклонюсь и сделаю это с Сафирой? При ней? — задумался я, и в следующую же секунду до меня наконец дошло.

Оля смотрела на меня так, будто я сейчас должен был сделать выбор. Не между картами. А между ней и Сафирой. И если я сейчас возьму и проведу языком между ног её подруги — это будет значить для неё что-то совсем не игровое. Что-то, чего она мне, возможно, не простит.

Женская… конкуренция… — пронеслось в голове, и я выдохнул, после чего принял решение, и оно было связано не только с чувствами Оли, которые я, как мне казалось, смог прочитать.

— Я, пожалуй, просто разденусь.

— Что-о-о⁈ — Сафира возмущённо всплеснула руками. — Э-эй, так нельзя! Ты! Ты! Ты должен!

— Правила, — напомнил я. — Либо выполняешь, либо раздеваешься. Я выбираю второе.

Чёрт, а повезло, что я вообще вспомнил об этом правиле! — пронеслось в голове. — За весь час игры им толком никто так и не воспользовался. А теперь, когда я сам сказал это вслух, обе уставились на меня так, будто я только что объявил шах и мат.

— Правила! Точно! — Оля тут же оживилась, и я заметил, как в её глазах промелькнуло облегчение. Но она тут же спохватилась и подыграла подруге: — Хотя! Илюш! Ну ты чего? Это же всего десять секунд! Мог бы и лизнуть!

— Ты про десять секунд лизать между ног? — уточнил я. — Это ведь не «ерунда».

— Ну и что? — Сафира упёрла руки в бока и с вызовом посмотрела на меня. — Брезгуешь, что-ли? Я же чистенькая! Да оттуда у меня даже есть можно!

— Эээм… нет. — я замялся, подбирая слова. — Просто… можно же и отказаться. Правила позволяют.

— Ой, да ладно! — фыркнула Оля, присаживаясь обратно. — Саф, ну скажи ему!

— А что я скажу? — Сафира пожала плечами и вдруг хитро прищурилась. — Ладно, раз не хочешь, то раздевайся. Но… тогда я сама скажу, что снимать.

— Договорились, — кивнул я.

— Ну вы даёте! — Оля расхохоталась и захлопала в ладоши. — Саф, как ты так легко сдалась-то? Прям не узнаю тебя!

Сафира ничего не ответила.

В этот момент она уже смотрела туда, где ткань брюк предательски натянулась, и на губах заиграла та самая хитрая улыбка, от которой у любого нормального мужика должны были бы подкоситься колени.

— Снимай штаны, — сказала она просто.

— Может, лучше… носки? — хмыкнул я. — Или рубашку? У меня, между прочим, пиджак ещё есть. Могу пиджак снять.

— Штаны, и точка, — Сафира показательно скрестила руки на груди и улыбнулась ещё шире. — Не торгуйся.

— Да, Илюш, не стесняйся, — подхватила Оля, сверкая глазами. — Мы перед тобой вон уже как полчаса с голыми сиськами сидим. Так что давай тоже показывай, что там у тебя есть.

— Ничего такого, чего бы вы не видели, — пробормотал я.

— Вот и проверим, — Сафира кивнула на мои брюки и начала весело скандировать. — Снимай! Снимай! Снимай!

Оля к ней тут же подключилась, и под этот радостный аккомпанемент я выдохнул и поднялся, оказавшись прямо перед Сафирой, после чего, глядя ей в глаза, расстегнул ремень и стянул брюки.

Оля присвистнула. Сафира, не отводя взгляда, удовлетворённо кивнула и, вернувшись на своё место, взяла бокал.

— Ну вот, — сказала она, сделав глоток, — теперь всё честно. Почти. Кстати, чья там теперь очередь?

Я опустился обратно на диван, и девушки тут же дружно уставились на мои чёрные боксеры — простые, из плотного хлопка.

— Оля, ты следующая, — сказал я, поправив резинку на поясе и пожелав перевести их внимание на колоды. — Ходи.

— Ну наконец-то! — Оля просияла. — А то я уже заждалась! Та-а-ак, кого бы мне выбрать… — она сделала вид, что задумалась, переводя взгляд с меня на Сафиру и обратно, но я уже знал: выбор падёт на меня. — … конечно же я выберу… — сказала она с той самой хитрой улыбкой, от которой у меня внутри всё сжималось. — … Илюшу.

— Ожидаемо, — хмыкнула Сафира и отсалютовала ей бокалом. — Давай, подружаня, хотя бы ты покажи класс.

Оля потянулась к красной колоде. Её пальцы с темно-синим маникюром скользнули по рубашке карты, перевернули её — и она замерла.

— Так-так-так… — повторяла она, пока в её зелёных глазах играли искры. — Тут написано: «Игрок сам выбирает часть тела».

— Да ну? Пиздишь же⁈ — выпалила Сафира. — Сама выбираешь? Реально? — Оля довольно кивнула, и Сафира, лукаво усмехнувшись, добавила: — Вот это повезло. Так еще интереснее.

— Ага, — Оля уже тянулась к чёрной колоде. — Сейчас вторую открою. — она перевернула чёрную карту, и в комнате повисла тишина. Даже музыка, казалось, стала тише. — «Поцеловать с языком. Пятнадцать секунд», — прочитала она вслух и подняла на меня глаза.

Я сглотнул, а Сафира присвистнула.

Чёрт, у Оли сейчас такое лицо, будто она выиграла в лотерею, — пронеслось в голове, а после я задумался. — И куда она сейчас собралась целовать меня при подруге? Ещё и с языком.

— И что будешь целовать? — с любопытством спросила Сафира, подаваясь вперёд.

Оля выдержала паузу, наслаждаясь эффектом. Она перевела взгляд с карты на меня, потом ниже — туда, где под тканью боксеров уже отчётливо угадывалось напряжение, — и вдруг снова посмотрела мне в глаза.

— А давай так, — сказала она, чуть растягивая слова. — Илюш, ты закроешь глаза, а я…

— Зачем? — я насторожился.

— Затем, — ответила Оля и улыбнулась. — Так же интереснее, разве нет? — она пожала плечами, и в её голосе прозвучала та самая игривая интонация, с которой она сегодня утром просила подвезти её до спортзала. — А что я выбрала… ты узнаешь, когда всё случится.