Bleach: Император душ. Том 1 (СИ), стр. 9

Леса на горизонте не было видно. Возможно, именно поэтому дерево здесь выглядело настолько ценным и дома собирали из любого пригодного хлама. Возможно — потому что нормальный лес находился просто за ближайшей грядой холмов. Делать выводы по одной панораме было рано.

То же самое касалось власти. Внизу явно существовали свои правила и люди, чьё появление меняло поведение улицы даже без оружия и свиты. А вот признаков сильной внешней администрации я пока не увидел. Всё выглядело так, будто она либо находится далеко, либо почти не вмешивается в жизнь этой окраины. Но «выглядело» — не значит «так и есть».

Я нашёл нагретый солнцем валун и сел, вытянув босые ноги. Ветер шевелил траву и настырно лез под тогу. Внизу продолжал жить серый комок трущоб — грязный, голодный и, как выяснилось, совсем не бесформенный.

Декорации опять сменились.

Можно было пройти мимо.

Но тогда зачем вообще проживать следующую жизнь?

Я усмехнулся и откинулся ладонями на камень.

— Ладно, — сказал я тихо. — Новый квест принят.

Для начала придётся понять правила этого места. Потом — ресурсы, людей и тех, кто считает себя хозяевами. А уже после решать, что именно здесь можно изменить и насколько далеко я действительно захочу зайти.

С этим определились.

Глава 3

Я сидел на нагретом камне и не спешил вставать.

Поселение внизу уже перестало быть просто грязным пятном на карте. За последние часы оно успело разложиться в голове на вполне конкретные составляющие: вода, страх, обмен, чужие ножи, слабые зачатки порядка и люди, которые ещё не окончательно забыли, как помогать друг другу. Этого хватало, чтобы сделать первый вывод: место можно брать в работу.

Не сегодня целиком, не красивым жестом и не с торжественной речью перед благодарными оборванцами. Сначала нужно было понять, на чём вообще стою я сам. Любые планы про воду, еду, дома, охрану и местных авторитетов быстро заканчивались там, где начинался первый противник, которому плевать на мой голос, рост и размер плеч. Сила у меня была, но я пока знал о ней примерно столько же, сколько босая нога знает о камне за секунду до встречи.

Я пошевелил ступней, вспомнил весь недавний гравий и поморщился. Обувь уверенно выходила в список первоочередных задач, только перед ней стоял пункт покрупнее. Если я собираюсь лезть в этот бардак не как очередной разодетый хищник, а как человек, который хочет переделать правила под себя, нужно понять собственный инструмент. Не по ощущениям «много и страшно», не по реакции уличной шпаны, а хоть немного точнее: что внутри, как откликается, где границы и что можно выпустить наружу, не устроив вокруг себя маленький праздник идиотизма.

Я устроился удобнее, упёр локти в колени и позволил внешнему миру отступить на второй план.

Посёлок шумел внизу. Ветер тянул по склону пыль и кислый запах трущоб. Камень подо мной держал дневное тепло. Всё это можно было оставить снаружи.

— Начнём с базы, — негромко сказал я и прикрыл глаза.

Сначала — тело: дыхание, ритм сердца, тяжесть мышц, лёгкое покалывание в пальцах, движение крови или того, что в духовном теле изображало кровь с подозрительной убедительностью. По привычке внимание метнулось по старым маршрутам: вниз, к животу; выше, к сердцу; вдоль воображаемых каналов; к месту, где в других мирах обычно пряталось ядро. Мимо. Всё мимо.

Все эти практики я видел, многие пробовал, и некоторые, как ни странно, работали. Но сейчас я был в мире душ, а значит, одних мышц было мало. Тело Императора Человечества — приятная вещь, спору нет, очень приятная, но в духовной реальности вес мяса решал далеко не всё. Здесь важнее было то, что лежало глубже.

Я позволил внешнему миру не исчезнуть, а стать фоном, как шум улицы за закрытой дверью. Шорох травы ушёл куда-то в сторону, крик птицы превратился в далёкую точку, даже ветер перестал цепляться за внимание и стал ровным движением на краю восприятия. Тишина не стала полной. Она стала удобной.

И в этой тишине я пошёл внутрь.

Не вслепую. Дорожка уже была — та самая, по которой я раньше выпускал наружу капли силы, чтобы отгонять местную шпану. Я просто развернул внимание и пошёл в обратную сторону. Сначала пришло ощущение тяжести под рёбрами, потом — глубина.

А затем я ухнул в океан.

И сразу понял, что ошибся. Не в способе поиска, а в самом отношении к тому, что нашёл. Я ожидал источник, канал, ядро, запас — что-то, к чему можно подойти со стороны, измерить, открыть, закрыть и направить. Привычная схема не собиралась. Обычно быстро находились носитель, резервуар, точка контроля и место, куда лучше не лезть, если не хочешь умереть глупо и с дымом из ушей.

Здесь не было границы. Я искал её автоматически, по старой привычке, но чем сильнее пытался отделить себя от этого океана, тем яснее становилось: отделять нечего.

Я завис в этом ощущении. Секунды растянулись, где-то на краю мысли шевельнулась тревога — не паника, до неё мне было далеко, а тихое и очень разумное: «а вот это уже странно».

Потом до меня дошло. Этот океан не принадлежал мне. Он был мной, просто больше.

Я мысленно выругался. Прошлый опыт — полезная штука, пока не начинает подсовывать старые схемы туда, где они не работают. Я слишком привык к энергиям, которые можно воспринимать как ресурс: магия, ци, мана, прана, жизненная сила, божественная искра, кровь дракона, благословение какого-нибудь рогатого ублюдка — всё это можно было отделить от себя хотя бы мысленно. А тут отделять было нечего.

В Bleach сила не в теле, а в душе, и моя душа, кажется, за сорок с лишним жизней успела прилично потолстеть.

Я хмыкнул и попробовал мысленно отступить от океана на шаг, посмотреть на него со стороны. Не вышло. Отступать было некуда: это не лежало внутри меня, это было мной, только слишком большим, чтобы удобно помещаться в голове. Рейрёку, кажется, так это называлось.

Некоторое время я просто оставался в этом состоянии. Не пытался «освоить силу» за пять минут, не открывал третий глаз до обеда и не искал тайные врата, небесные меридианы или прочую красоту, на которой так любят срывать голос наставники в дешёвых романах. Рука уже тянулась попробовать больше. Я мысленно хлопнул её по пальцам. Понять, где лежит меч, — ещё не значит научиться им махать.

Я смотрел, привыкая к масштабу, отклику и неприятному факту, что вся эта махина теперь моя проблема. Не инструмент, который можно положить на стол и убрать в ножны. Я сам. Просто версия чуть больше, чем обычно.

Потом я осторожно пошевелился. Океан ответил сразу.

На условной поверхности энергия была лёгкой, подвижной, почти воздушной. Достаточно небольшого волевого усилия — и она готова была выплеснуться наружу, стать давлением, присутствием, тем самым ощущением, от которого у местных гопарей внезапно появлялись срочные дела в другом конце улицы.

Я попробовал ещё раз, очень аккуратно. Наружу выпускал только крохи, а всё серьёзное держал под кожей: меньше ряби на воде, меньше шансов, что где-то далеко кто-то поднимет бровь. В паре шагов от меня воздух чуть сгустился. Не так сильно, чтобы напугать всё живое вокруг, а просто отметить: да, связь есть.