Апорт (ЛП), стр. 14

Джунипер вскакивает.

— Вот именно. И, по крайней мере, ты наконец-то кончила не только со своим вибратором.

Я игриво бью её по ноге.

— Очень смешно. Тебе надо выступать со стендапом.

Мы обнимаемся, и я провожаю её до двери, наблюдая, пока она не сядет в машину. Когда я остаюсь одна, по спине пробегает холодная дрожь, поднимаясь к затылку.

Из любопытства я включаю консоль, но ставлю статус «офлайн».

У меня внутри всё обрывается.

Блядь. У меня семь сообщений от Джека.

Я не решаюсь их открывать, потому что он поймёт, что я их прочитала. Вместо этого я всё вырубаю и забираюсь под одеяло в свою постель с эффектом памяти. Я ещё несколько часов не могу уснуть.

Сердце колотится, адреналин не даёт расслабиться, и от каждого шороха я вздрагиваю.

В голове снова и снова звучит его голос:

Ты не сможешь убежать или спрятаться, потому что я поймаю тебя раньше, чем твои ноги коснутся земли.

Звук будильника заставляет меня резко дёрнуться. Чёрт, не помню, чтобы он был таким громким. Должно быть, я очень крепко спала. Я вырубаю все три будильника на телефоне и переворачиваюсь на другой бок. Сегодня мне не нужно на работу, так что можно ещё немного поспать. Прошлая ночь выжала из меня все соки во всех смыслах.

Но расслабиться не получается. Стоит закрыть глаза, и я чувствую его руки на себе. Слышу его голос у самого уха, его дыхание на шее и щеке. Мои соки пропитывают трусики. Блядь. По коже пробегает жаркая волна, а тянущая боль в киске нарастает. Я никогда в жизни… никогда так сильно не кончала.

Мой бывший, Аарон, обычно делал несколько движений, а потом дёргался и изливался мне на живот. Его никогда не волновало, кончила я или нет. Он даже не спрашивал, полагая, что я удовлетворена так же, как и он. Ну конечно, кому бы не понравилось, когда тебя целых три минуты подряд тыкают членом среднего размера? Я закатываю глаза, глядя в потолок, раздражённая этим воспоминанием.

Я заставляю себя встать с кровати и тащусь на кухню. Только запах свежего кофе заставляет мои сонные глаза раскрыться, но именно первый восхитительный глоток возвращает меня к жизни.

В лучах солнечного света, льющегося из эркера, события прошлой ночи кажутся уже не такими опасными. Я просто перебрала с выпивкой и слишком остро на всё среагировала. Да, странно, что он знал, где я нахожусь. Но, как сказала Джунипер, Rage и Skat, скорее всего, проболтались. Нельзя доверять парням секреты — они сплетничают похлеще книжного клуба моей тёти Миртл после воскресной службы.

Но вот что до сих пор свежо в памяти — так это то, как он меня трогал. Ощущения, которые он из меня вытягивал. Это было похоже на воплощение моих самых диких фантазий. Я никогда не встречала таких мужчин, как Джек. Он требовательный и властный, но при этом он хочет, чтобы я кончала до искр из глаз. К этому новому чувству сексуального удовлетворения легко привыкнуть. Вот только я не совсем уверена, что готова платить за это назначенную цену. Как далеко Джек зайдёт в своих требованиях?

Меня передёргивает, и я тут же ставлю ещё одну порцию кофе, так как первая уже почти закончилась. Я наполняю свою кружку, которая больше похожа на миску с ручкой, и плюхаюсь на диван. Набрасываю на колени розовый пушистый плед и считаю до десяти.

Мне нужно прочитать его сообщения. Я хочу этого. Его прямолинейность немного пугает, но я всё равно хочу вернуться обратно.

Пальцы дрожат на контроллере, когда я открываю первое сообщение.

Ты была такой вкусной на моих пальцах, что мне пришлось их облизать.

Ох, чёрт. У меня перехватывает дыхание. Почему это, чёрт возьми, так возбуждает? Тепло разливается по телу, когда я открываю второе сообщение.

Твоя киска скучает по мне? Поиграй с ней для меня, пока мы снова не встретимся.

Я ерзаю на диване, по коже бегут мурашки. Святые угодники. Этот мужчина одновременно и грешник, и святой. Но в глубине души шевелится тревога. «Пока мы снова не встретимся».

Джек говорит так, будто уверен, что мы ещё увидимся. И это немного пугает.

Следующие три сообщения становятся только горячее… и куда более порочными.

Ты будешь выглядеть так мило, пытаясь заглотить мой член. А я буду слизывать слёзы с твоих щёк.

А потом я свяжу тебя… завяжу глаза… и буду смотреть, как ты извиваешься в темноте. Пока ты не начнёшь выкрикивать моё имя, умоляя о малейшем прикосновении. Ты будешь так истощена жаждой ласки, что кончишь от одного лишь прикосновения моих губ к твоей шее.

Я позабочусь о тебе, красавица. Я смою с тебя грязь всех, кто когда-либо к тебе прикасался. Теперь ты моя, Рокси.

Я задыхаюсь и чуть не роняю контроллер. Блядь. Я натягиваю плед до самого подбородка, дрожа от прочитанного. Если бы это был любовный роман, я бы обзавидовалась главной героине. Но это реальная жизнь. Моя жизнь. И фантазии существуют не просто так — они не подчиняются логике вне наших мыслей.

Я глубоко выдыхаю и открываю предпоследнее сообщение.

У меня есть для тебя подарок, красавица. Кое-что, что поможет тебе расслабиться.

Блядь. Ладони потеют.

Последнее сообщение.

Проверь свою входную дверь.

Я замираю. Волна тошноты поднимается из глубины живота к самому горлу, угрожая моему равновесию. Я зажмуриваюсь и считаю до десяти. Наверняка он просто издевается надо мной, да?

Всё-таки я встаю с дивана и, пошатываясь, иду к двери. С каждым шагом дрожь в теле усиливается. Сначала я смотрю в глазок, чтобы убедиться, что на крыльце не стоит человек в маске. Пальцы трясутся, когда я снимаю цепочку, затем засов, и, наконец, поворачиваю нижний замок и ручку.

Я быстро оглядываю улицу, пытаясь заметить что-нибудь подозрительное. Но район тихий, как обычно по воскресным утрам. Я опускаю взгляд и вижу маленькую розовую коробочку в форме сердца с бантом сверху. Клянусь богом, хоть бы это не был чей-то палец. Но это было бы абсурдно. Мне реально пора завязывать смотреть тру-крайм шоу в одиночку.

Быстро хватаю коробку, вбегаю обратно в квартиру и снова запираю все замки. Тяжело дыша, я прижимаюсь к двери, держа коробку перед собой так, будто это бомба.

Ох, чёрт. А что, если это реально, мать её, бомба? Он сказал, что хочет, чтобы я «расслабилась». Может, он имел в виду, что части моего тела разлетятся по всей квартире? Блядь. Дыши, Рокси. Просто дыши.

И всё же я держу коробку на вытянутой руке, пока иду к кухонному столу. Ставлю её и, сделав очередной глубокий вдох, снимаю крышку. О Боже. Накатывает новая волна тошноты. Это грёбаная анальная пробка. И тюбик лубриканта.

Там также лежит записка:

Хорошенько намокни, прежде чем вставить это, красавица. И не вынимай. Я сам вытащу её, когда мы снова увидимся.

Колени подкашиваются, пока я перечитываю его слова снова и снова. Мозг отказывается это осознавать. Этот человек действительно знает, где я, блядь, живу. Он был прямо за порогом, пока я спала. Чёрт. У меня грёбаный сталкер. Когда я умоляла вселенную послать мне кого-то, кто будет мной одержим, я не имела в виду это буквально!

Выброс адреналина бьёт по венам. Я бросаюсь к дивану и хватаю контроллер. Кликаю на его профиль и замираю курсором над кнопкой «заблокировать». Дыхание становится частым и прерывистым. Сердце колотится. Если я это сделаю, то он может разозлиться. Я не знаю, на что он способен, но нутром чувствую, что он опасен.

И в то же время он тот, о ком я мечтаю. Первый, о ком я думаю, когда просыпаюсь, и последний перед тем, как засыпаю. Я представляю его маску, когда трахаю себя вибратором. Слышу его голос в голове каждый раз, когда кончаю.

Мне стоит заблокировать его и пойти в полицию. Но я им тоже не верю. Они не поверили мне тогда. Вместо этого они упекли меня в колонию для несовершеннолетних, пока мне не исполнилось восемнадцать. Покушение на убийство без достаточных оснований. Грёбаный бред. Это была самооборона. Моя мама знала это. Этот монстр, её муженёк, тоже знал это, когда я вонзила нож ему в живот. Но это не имело значения. Он был сыном шефа полиции. А я — дочерью сидящего за решёткой наркодилера.