Проклятье Мидаса (СИ), стр. 25

— Понимаю, — кивнул ему я. — Но, почему-то очень верю в возможности и профессионализм вашей компании. Не зря же вы являетесь частью «большой четвёрки»? Да и, будем честны: сделать популярной можно и козу, если вложить в неё достаточно ресурсов. Не Тэйлор Свифт, конечно, но уж сделать лицо узнаваемым на отечественной сцене — вполне возможно.

— Сразу видно, что в развлекательной индустрии вы не слишком разбираетесь.

— Естественно. Я же технарь. Но, зато, в этой индустрии разбираетесь вы. И это главное. Вашему профессионализму я доверяю. Иначе бы и не пришёл.

— Что ж… — постучал пальцами по столу он. — В целом, ваша просьба понятна. И она, кстати, не из тех, которые нельзя прописать на бумаге. Почему вы сразу не включили её в инвестиционный договор?

— Потому что мне бы хотелось, чтобы она пока не знала о моём участии в этом. Пусть считает, что это она сама такая талантливая и замечательная, что ей просто повезло, и в ней рассмотрели что-то особенное.

— Если не секрет, то кто она вам? — с задумчивым видом посмотрел на меня Ян Мин Сок.

— Не секрет: бывшая, — ответил я.

— Крайне… необычное отношение, — показал настоящее удивление и даже недоумение он.

— В общем, мы же можем говорить прямо, директор Ян?

— Да, конечно, — кивнул он.

— Пусть она пройдёт на этом прослушивании. Не обязательно победит, просто пройдёт. Возьмите её к себе, подпишите какой-нибудь контракт, загрузите её учёбой и тренировками так, что б ей вздохнуть было некогда. Пусть пашет над своей мечтой, как проклятая. Пусть старается и выкладывается. И, когда посчитаете, что она готова, устройте ей дебют. А я за всё это буду платить. И за обучение, и за тренировки, и за организацию дебюта, и за раскрутку. Рисков компании — никаких.

— Но, зачем это вам?

— В «чистую и возвышенную любовь» вы же не поверите? — ухмыльнулся я.

— Возраст не позволяет. И годы пребывания в индустрии. «Чистая любовь» стоит тысяч сто пятьдесят долларов. От силы, триста. Двадцать, и тем более, сорок миллионов не стоит уже никакая «любовь». Такие суммы — это уже бизнес. Так, в чём ваш интерес? — серьёзно и внимательно посмотрел на меня Ян Мин Сок.

— Я хочу долю, — выдержав его взгляд, ответил я. — Долю от прибыли компании, которую она получит от продвижения Ли Ён Соль.

— Двадцать пять процентов, по моему мнению, будет справедливо. Учитывая, что это именно я плачу за весь её старт.

— То есть… вы действительно… в неё верите? — удивился Ян Мин Сок.

— Почему бы и нет? Ей контракты «трейни» предлагали ещё в университете, — пожал плечами я. — И, не абы кто предлагал. Просто, сейчас ей уже двадцать четыре — последний шанс заскочить на подножку уходящего поезда. Сами понимаете, без… дополнительной помощи, шанс дебютировать стремится к нулю, хоть какой ты талантливый не будь. У шоубизнеса слишком высокий порог входа.

— Что ж, — постучав пальцами по столу, вновь откинулся на спинку своего кресла он. — Ваше условие… выполнимо. Обговорим детали?

— Хорошо, — кивнул я, придвигаясь ближе. — Приступим…

Глава 11

Бумаги переработать пришлось полностью. Ян Мин Сок настоял на том, чтобы составить полноценный чёткий контракт, в котором было прописано не всё, что я ему до этого озвучил, то есть: обучение, проживание, тренировки, раскрутка, организация дебюта. Конкретно, подробно, по пунктам, с указанием конкретных сумм, сроков, условий. Отдельно выделен пункт о том, что я получаю двадцать пять процентов прибыли компании от продвижения Ён Соль.

Не то, чтобы мне самому был так уж нужен этот пункт, я его и придумал-то только во время разговора, просто, чтобы хоть что-то Ян Мин Соку ответить на его вопрос о моём интересе, но, если бы пошёл на попятную, это вызвало бы, как минимум, недопонимание. А так — ну, есть он и есть. Прибыл будет — хорошо. Не будет — и ладно. Как будто, мне вообще чьи-то деньги нужны с моей «Системой»? С этими-то, не знаю теперь, что делать.

Оставить их лежать на банковском счету? Не хорошо как-то — деньги должны работать. Тот же инвестиционный отдел KB Securities не поймёт меня. Отдать их отделу, чтобы они их куда-то вложили? Так, как только они их вложат, это будет считаться тратой, и мгновенно прилетит «кешбэк» — проверено на той же YG.

И — да, как только деньги были переведены на их счёт, тут же пиликнуло оповещение о поступлении новых восьмидесяти миллионов долларов. И их на моём долларовом счету стало — сто. Красивое, круглое число.

Контракт оказался делом не быстрым. Над его составлением пришлось потрудиться и юристам KB Securities, и юр-отделу YG. Пока они переводили наш с Ян Мин Соком черновой набросок в официальный, готовый к подписанию формат, прошло не меньше двух часов. Которые мне пришлось подождать здесь, в их компании. Нет, был вариант и не ждать. Можно было спокойно уехать, но в таком случае, пришлось бы приезжать ещё раз позже. А с выбиванием себе выходных, у меня довольно сложно всё обстоит — не хочется уж запредельно-то наглеть. Отложить до выходных? Так, прослушивание уже завтра — в пятницу. Не то, чтобы я не доверял слову директора Ян, но, когда контракт уже подписан, деньги уплачены — мне как-то спокойнее. Ён Соль ведь сейчас на взводе, нервы до предела натянуты — не знаю, насколько отказов и «неприемлемых условий» её ещё хватит, прежде чем она сорвётся и начнёт делать глупости. Не хочется рисковать — всё должно получиться с первой попытки.

Чтобы я не скучал это время, ожидая, пока юристы закончат работу, Ян Мин Сок распорядился провести для меня экскурсию по их производственным помещениям, расположенным в здании — показать, в каких условиях у них здесь артисты записываются, снимаются, готовятся, тренируются перед записью.

Основное обучение и тренировки, естественно, в другом месте происходят — для этого у компании несколько тренировочных баз имеется, больших, хорошо охраняемых (от журналистов, фанатов и психов), оборудованных по всем правилам и последнему слову техники, однако, и здесь, в штаб-квартире было на что посмотреть.

По крайней мере, мне было интересно, и даже слегка пробивало на ностальгические настроения. То, что здесь в коридорах, комнатах, студиях звёзды, в том числе и первой величины… меня не поражало. Я был тут, практически, как Данила Багров из «Брата-2» — я ж их, всё одно, никого не знаю. Телевизор-то не смотрю совсем, да и в интернете, если музыкой и интересуюсь, то совершенно другой, не местной. K-pop меня как-то совсем не зацепляет. У меня иные предпочтения… страновые.

Да — лица попадались знакомые: в рекламе вроде бы видел, да с плакатов, уличных экранов и билбордов на меня похожие смотрели. Всё ж, нельзя жить в Сеуле и не сталкиваться с изображениями местных «Айдолов», это просто нереально. Но какого-то эффекта «Уау!», на который, возможно, рассчитывала секретарша Ян Мин Сока, которую он отрядил мне в сопровождающие, не было. Люди они и люди. Красивые, но… обычные. Вот, если бы я тут, вдруг, Цоя встретил, или Бутусова, к примеру — тогда, да, тогда было бы «Вау!», но эти… не знаю я их.

Поэтому, по этим красивым лицам скользил взглядом я довольно равнодушно. А вот они на меня… Мной они интересовались довольно живо. И, наверное, я могу это понять — выгляжу… дорого, сопровождает меня секретарша генерального директора, обращается с максимальным почтением и уважением.

А ещё, в один из моментов, когда секретарша передала меня с рук на руки одному из продюсеров звукозаписывающей студии, который принялся рассказывать и пояснять мне по поводу установленного у них оборудования и его особенностей, я краем глаза успел заметить, как одна из девушек-картинок, подошла к ней и о чём-то тихо поинтересовалась. Ну, тупым надо быть, чтобы не догадаться, о чём именно. Ну и ответ я краем уха тоже расслышал. Короткий, но максимально емкий и информативный: «Инвестор. Крупный. Сам — лично распорядился». И это «сам» такое многозначительное, что к нему не хватало только перед собой палец, смотрящий в потолок поднять.