Проклятье Мидаса (СИ), стр. 24

К обеду среды, они у меня появились. И общий вид моих сбережений стал выглядеть следующим образом: доллары — 60 миллионов, воны — 57,6 миллиарда, акции Korea Electric Terminal — на 236,8 миллиардов вон. Последнее число довольно примерное, так как — это акции, а их цена постоянно колеблется, так что, с ними всё сложно. Но, я запросил у менеджера Сима точную цифру в процентах от общего числа акций, и получил шокировавшие меня числа: 25,1%!

Вот так вот, не задумываясь, походя, выкупил половину всего «фри-флоат» и стал крупнейшим акционером с правом созыва внеочередного собрания акционеров компании… охренеть, нежданчик.

К вечеру, снова позвонил менеджер Сим и сообщил, что инвестиционный отдел договорился о встрече с руководством YG Entertainment по поводу моих инвестиций. И встреча эта назначена на утро четверга. Лично CEO компании — Ян Мин Сок, будет ждать меня и менеджера Сима в своём кабинете в компании.

Что ж! Как раз, вовремя!

И, хорошо, что менеджер Сим позвонил мне ещё до того, как я ушёл с работы. Мне не пришлось тревожить своего начальника поздним звонком в его нерабочее время. Сам такие звонки терпеть не могу, и с другими стараюсь этим не злоупотреблять. Не всегда получается, но я, хотя бы, стараюсь.

В Южной Корее, отпроситься с работы второй раз за одну неделю — это что-то за гранью между реальностью и фантастикой. Это прекрасно понимали и я, и мой начальник. Но я к нему, всё равно, пришёл. И начал просить отгул.

Что тут сказать — я наглый. А ещё, до ужаса настойчивый. Я свои полдня утром в четверг получил. Возможно, потому, что — по жизни такой «красавчЕг». А, возможно, свою роль сыграл нехилый такой магарыч в виде пары бутылок элитного соджу, который я проставил своему начальнику в понедельник, после прошлого своего отгула. И то, что оба мы прекрасно понимали: в четверг я проставлюсь круче… обычная мелкая бытовая коррупция — что тут скажешь? Люди не без слабостей…

В головной офис YG Entertainment мы приехали с менеджером Симом вместе, на моём «Генезисе». Для этого я, сначала, заехал в офис KB Securities и забрал его оттуда в комплекте со всеми нужными для переговоров, а, главное, непосредственно сделки, бумажками, подготовленными инвестиционным отделом.

И, должно быть, идя в своём «парадном» костюме через холл здания, сопровождаемый идущим чуть позади, за моим плечом менеджером Симом, одетым тоже далеко не бедно, несущим в руке качественный кожаный портфель, я выглядел настолько внушительно, что на меня даже оборачивались окружающие. А ведь YG Entertainment — компания не маленькая, и тут всяких людей повидали. И это чувство… ну, честно признаюсь — было приятно.

Кабинет генерального директора, как это и положено, располагался наверху. И нас туда сопроводила специально отправленная для встречи секретарша. Было бы, конечно, куда уважительней, если бы встретил лично директор Ян, но это, пока, был бы слишком яркий жест. Не по статусу яркий — инвестиция в двадцать миллионов вечнозелёных, это, конечно, не мелочь, но капитализация YG — больше миллиарда. А здесь, в Хангук, все просто помешаны на всяческом ранжировании, субординации и жёсткой иерархичности с обязательным соблюдением всех её внешних атрибутов.

Так что, пригнать за нами личного секретаря — это, как раз, под наш нынешний статус. Всё-так, действую-то я сейчас не лично, а через KB Securities — которая является вообще частью настоящего финансового гиганта.

Кабинет CEO был настолько же роскошным, насколько и стандартным: панорамные окна, дорогие ковры, дубовый стол напротив входной двери, большое кожаное кресло за ним, экзотические растения в больших цветочных горшках по углам… ну и куча наград, фотографий и «платиновых дисков», развешанных по стенам.

Сам директор Ян встретил, сидя за этим столом, в этом кресле. Но, при нашем приходе, со своего места поднялся, что было жестом выражения уважения.

Дальше… а, что дальше? Расселись: он в своё кресло, мы с менеджером Симом напротив, в гостевых. Менеджер Сим достал документы, директор Ян их просмотрел для порядка, хоть это и было не обязательно, ведь все основные пункты и юридические вопросы были давно согласованы их инвестиционным отделом с инвестиционным отделом KB Securities. Главы встречаются только тогда, когда всё уже готово к подписанию — это общее правило… ну, или, когда что-то идёт не так.

— Итак, инвестор Ким, — обратился ко мне, подняв от бумаг глаза хозяин кабинета. — Безусловно, мне приятно, что вы выбрали для вложения денег именно нас, и сумма, о которой шла речь, внушительна, но ваши представители в разговоре намекнули, что у вас, возможно, будет какое-то дополнительное условие?

— Вас это настораживает? — улыбнулся я.

— Да нет, пожалуй, даже наоборот. Меня бы насторожило, если бы такого условия не было, — ответил улыбкой на улыбку Ян Мин Сок. — Всё-таки, мы же — развлекательная компания из «большой четвёрки», а не какой-нибудь технологический стартап. Никто не стал бы вкладывать в нас деньги, не имея какого-то… не прописанного в контракте интереса.

— И, как вы к подобной практике относитесь? — искренне заинтересовался я.

— Предельно осторожно, — аккуратно подбирая слова, ответил Мин Сок. — Скандалы смертельно опасны для тех, кто живёт в нашей индустрии… И, сразу предупреждаю — никакого принуждения или насилия. Если, что и случится, то только добровольно, по согласию и только с разрешённого законом возраста. И сумма здесь не имеет значения.

Я даже вскинул брови в изумлении.

— Вы это о чём? — удивлённо задал вопрос ему я.

— А вы, разве, не с кем-то из наших Айдолов желали познакомиться? — ответно «удивился» Ян Мин Сок, не отводя от моего лица своего внимательного взгляда. Очень цепкого, очень внимательного.

— Вы считаете, что у меня могут быть проблемы с тем, чтобы познакомиться и уговорить девушку? — хмыкнул я, жестом двух рук показав на себя, привлекая тем самым его внимание к своей внешности и достатку.

— Нет, — ответил он. — Не считаю. Но Айдолы — не обычные девушки, на них множество ограничений, познакомиться с ними как-то иначе, чем через агентство — проблематично. Бывает, что они месяцами не покидают тренировочных «казарм», куда ограничен доступ любым посторонним. Про «уговорить» — я уже сказал: никакого принуждения — это моя твёрдая позиция.

— И, что же, действительно есть возможность вот так познакомиться с любой из ваших Айдолов? Даже из тех, что «первой величины»? — даже слегка заинтересовался я.

— Познакомиться — почему бы и нет, — пожал плечами Ян Мин Сок. — В конце концов, они тоже люди, и ничто человеческое им не чуждо. Но, что-то большее — только по их согласию. И я бы даже больше сказал: только по их инициативе.

— Что ж, — улыбнулся я. — Это было познавательно. Но, мне это не нужно. Я, если честно, и Айдолов-то ваших никого не знаю.

— И, что же, в таком случае, вас интересует?

— Меня бы порадовало, — продолжил улыбаться я. — Если бы ваше агентство обратило внимание на одного интересного новичка.

— Вот оно как, — откинулся на спинку своего кресла CEO корпорации.

— Не думаю, что для вас подобная просьба будет чем-то действительно новым и необычным, — произнёс я. — И, уж, тем более, в ней нет ничего предосудительного или криминального.

— И… насколько «пристальным» должно быть это внимание? — кивнул он.

— Она должна пройти на YG Global Audition.

— Всё-таки «она»? — хмыкнул Ян Мин Сок.

— А, разве могло быть иначе? — пожал плечами я в ответ. Затем продолжил. — Я поспрашивал, и мне подсказали, что обучение, тренировки и первоначальная раскрутка новичка обходятся агентству где-то в районе двадцати миллионов долларов. Поэтому и дал поручение инвестиционному отделу начать переговоры с такой суммы.

— Это… — задумчиво протянул Ян Мин Сок.

— Так вот, я готов эту сумму удвоить.

— Но, надеюсь вы понимаете, инвестор Ким, что успех не гарантирован? И любой новый артист — это риск?