Опричник-4. Канцелярия Государственной Безопасности (СИ), стр. 31

«Ты ведь знаешь, что не вернёшься, друг мой», — мелькнула неприятная мысль. Что-то изменилось в ауре Тони. Нечто, чему я не могу найти название, потому что столкнулся впервые. Но отчего-то мерзкая уверенность в том, что Призрак не вернется вместе с нами, останется в Нави навсегда, крепла, цепляя душу острыми краями.

Мы с Тони встретились взглядами, и я вдруг ясно осознал: Призрак знает и все равно идет с нами в последний свой поход.

«Молчи», — посоветовал голос отца.

«Молчу», — согласился я.

— Свар, — скупо улыбнулся Тони, словно прочёл мои мысли. — Все в порядке. Я знаю, что делаю.

— Я знаю, что ты знаешь, — кивнул я.

— Что? — забеспокоилась Гринпис, завертела головой, внимательно нас разглядывая. — Вы о чём? — княжна прищурилась. — Вы сейчас выглядит так, словно задумали какую-то пакость.

— Никаких пакостей, детка, — широко улыбнулся Бес, обнимая Гринпис. — Просто опричники друг друга с полуслова понимают. А эти оба два так и вовсе мысли читают, — неловко пошутил поручик. Шутка не зашла, это поняли все, даже Константин, от этого Гринпис еще больше напряглась.

— Отстань от девочки, Бес, — шикнула Колокольчик. — Не обращай на них внимания. Знаешь, что говорила моя бабушка о мужских загадочных лицах?

Я бегло окинул нас взглядом и мысленно чертыхнулся: лица у нас троих выглядели не просто загадочными, а прямо-таки таинственными. Спалились, короче. Колокольчик точно не забудет, в свое время потребует объяснений.

— Что? — Гринпис заинтересованно уставилась на графиню.

— Самые сложные в жизни мальчиков первые сорок лет, — хмыкнула Колокольчик.

Гринпис неуверенно хихикнула, но шутку Ло никто не поддержал, что выглядело еще более странным, чем неудачная попутка Беса разрядить обстановку.

— Сложный период, ага, — фыркнула Розалия, не дождавшись нашей реакции на реплику Ло, и потянулась за следующей булочкой из водорослей. — Вкусно, — блаженно прикрыв глаза, пробормотала княжна, на секунду превратившись в обычную юную девушку.

Тони мягко улыбнулся и хлопнул в ладоши. В тот же миг створки тронного зала распахнулись, и внутрь хлынуло море лиц. Не в прямом смысле, конечно, хотя на пару секунд я в этом усомнился. Просто во дворец, оказывается, набилось столько народу, что подданые Повелителя Океана Времён и Вечности текли нескончаемым потоком. Русалки, наяды, нингё, лоскотухи, мерроу — все те, кого Тони перечислял за столом, и ещё с десяток других, которых я не сумел определить, да и вряд ли отыщу в явьих энциклопедиях. Кто на ногах, кто на хвостах, кто-то висел в воздушных пузырях, как Водяница, а кто-то и вовсе полз, в смысле плыл, по каналу, прорезавшему пол тронного зала по периметру. Существ было много. Несколько сотен только в зале, и я подозревал, что снаружи стоит ещё столько же.

Все они смотрели на своего повелителя так, как, наверное, смотрят на солнце, которое впервые в жизни решило поменять направление и взошло на западе вместо востока.

— Подданные мои, — Тони поднялся с трона. Голос Призрака звучал ровно, без пафоса и торжественности. — На короткое время я оставляю Нижний Йоми, ухожу с друзьями.

Зал замер, тишина давила плотным слоем воды. Морские жители умеют молчать так, как сухопутным никогда не научиться: им просто не нужно дышать ртом.

— Дело необходимое, — продолжил Тони. — Ради того, чтобы и Нижний Йоми, и весь мир под водой, и верхний над водой — стояли. На время моего отсутствия Нижний город я оставляю на Первую Стражницу.

Закованная в зелёные латы русалка с выдающимися формами — та самая, что встречала нас с острогой у причала, — резко вскинула голову.

— Повелитель… — выдохнула она.

— Лэарда Первая Стражница, — Тони впервые назвал её полным титулом, и я заметил, как по чешуйкам у её виска прошла волна, как зыбь по воде. — Ты держала Нижний Йоми, пока меня не было. Ты удержишь его и теперь. Если я не вернусь к ледоставу, собираешь Совет ста хвостов и выбираешь нового повелителя.

— Я дождусь, — отрезала русалка.

— Ты сделаешь так, как я сказал, — мягко надавил Тони.

— Я дождусь, темнейший, — упрямо повторила Первая Стражница, стукнув острогой о пол. — И сделаю так, как ты сказал. Одно другому не мешает.

Бес удивленно приподнял бровь и тихо поинтересовался мне в ухо:

— Шеф, а наш Призрак не женился ли часом?

— Может и женился, — анализируя увиденное, согласился я.

Тони сошёл с возвышения и пошёл прямо в толпу. Подданные расступались перед ним, как расступается вода под носом корабля. Кто-то опускался на одно колено, кто-то на хвост, кто-то прижимал ладонь к груди. Призрак не торопился, с некоторыми обменивался короткими кивками, с другими фразами, перед самыми маленькими подданными приседал на корточки и улыбался той улыбкой, которой я у него за все годы знакомства ни разу не видел.

«Здесь ты настоящий, друг мой Тони», — подумал я. Мелькнула мысль развернутся, забрать команду и уйти, оставив Призрака в покое, но я не мог позволить себе роскошь разбрасываться опричниками. Каждый из них стоит целой армии. Кто его знает, что нас ждет в последнем походе.

Я обернулся к своим. Бес стоял с непривычно серьёзным лицом и впервые за весь вечер не строил глазки русалкам. Гринпис всё-таки не сдержала эмоций и одинокая слезинка дрожала на ресницах, грозя сорваться и превратиться в ручеек. Колокольчик невозмутимо разглядывала морских существ, внимательно наблюдала за Тони. Внезапно Ло посмотрела на меня, и я едва не выругался вслух: графиня понимала больше, чем показывала.

— Свар, — одними губами произнесла Ло. — Тони сделал свой выбор не от безысходности.

— Знаю.

— Это важно, — настойчиво повторила графиня.

— Знаю.

— Это значит, что мы не имеем права его жалеть. Ни ты, ни я. Никто.

Я молча кивнул.

Призрак закончил обход и вернулся к нам.

— Идёмте, — коротко сказал Тони и первым зашагал в сторону стены за троном, показывая выход.

И мы пошли.

Провожатый ждал нас у причала с неизменной трубкой во рту.

— Обратно, — сообщил я капитану.

— Вход, — буркнул русал.

— Выход, — поправила Гринпис.

— Вход, — отрезал капитан.

— Не спорь с морским народом, княжна, — посоветовал Бес, устраиваясь на скамье. — Похоже, у них выхода нет, только вход. Верно, дружище? — хмыкнул поручик. Капитан проигнорировал вопрос, повернулся нам спиной и прошел к штурвалу.

— А ты у нас, оказывается, философ, — фыркнула Колокольчик.

— Я практик, — пожал плечами Кощей и закрыл глаза. — Будите, когда приплывут русалки.

— Они уже приплыли и уплыли, — хихикнула Гринпис.

— Значит, нечего и просыпаться, — констатировал Бес и демонстративно захрапел.

Платформа отвалила от причала. Тони стоял на корме и смотрел на удаляющийся жемчужно-коралловый город. Даже когда показалась знакомая скала входа или выхода, Призрак не повернулся к нам, до последнего наблюдая за огнями Нижнего Йоми. И только когда сияние погасло, Тони отвернулся от горизонта и присел рядом со мной.

— Расскажешь? — спросил я негромко.

— Что рассказывать.

— Как ты её встретил.

— Первую Стражницу?

— Угу.

Призрак помолчал. Где-то впереди, словно из-под воды, слышался тяжелый гул: водоворот ждал нас с другой стороны, и теперь нам предстояло пройти его в обратную сторону. С точки зрения нашего провожатого — на вход, с нашей — на выход. Дело привычки.

— Ундина вытащила меня из-под Умибодзу, — заговорил негромко Тони. — Напоследок он меня знатно приложил, я ушел на дно. Здесь под водой очень сложно управлять слоями теней, к тому же морской божок выпустил какое-то чернильное облако перед тем как сдохнуть, я в нем и оказался, потерял ориентацию, полностью лишился способностей на какие-то секунды. Ну и… нахлебался, что называется, легкие-то у меня не приспособлены к жизни под водой. Были, — Призрак замолчал.- Ундина… Первая Стражница меня вытащила.

— А чего в драку-то полез? — не открывая глаз, поинтересовался Бес.