Опричник-4. Канцелярия Государственной Безопасности (СИ), стр. 19

Последняя атака, взмах, удар. Меня тряхнуло от напряжения и силы гигантской волны силы, что рванула в мою сторону. Я с трудом удержался на ногах, выпрямился и перехватил оба клинка, зажав между своими ладонями, одновременно подавая энергию в точки напряжения.

Искусство Оружейников не подвело, сработало идеально, катаны снова рассыпались на кусочки, оседая серебряной пылью на черный стеклянный песок Арены.

И тогда я ударил, не касаясь женского тела.

Арена загудела, заорала, завыла, застонала в радостном ужасе, когда я впечатал Кровавую Графиню со всей дури в песок Арены. Амфитеатр содрогнулся от силы удара. В сердце колизея образовалась воронка, в которую провалилось тело Колокольчика.

На секунду Арена захлебнулась нечеловеческой тишиной, а затем разразилась воплями и криками:

— Убей! Убей! Убей! Убей! — орали потрясенные зрители.

Я кинул короткий взгляд в сторону существа на троне из черепов. Изумление, мелькнувшее на его потрясенном лице, вызвало на моем кривую улыбку. Заметив, что я наблюдаю, хозяин Арены сверкнул глазами, растянул губы в холодной улыбке, демонстрируя острый оскал. Но ничего не сказал, продолжая наблюдать за медленными попытками Колокольчика выбраться из ямы, что образовалась при падении.

— Убей! Убей! Убей! Убей! — продолжала скандировать толпа, беснуясь на скамейках амфитеатра.

Я стоял на Арене, широко расставив ноги, стараясь удержать невозмутимое выражение на лице, и поглощал безумный бушующий океан энергии, который корёжил, взламывал, сокрушал и размывал сознание поверженной почти богини.

В прошлый раз это заняло несколько секунд. Сейчас же я надеялся на одно: мне достанет сил вобрать в себя все, что выплёскивалось из уставшего женского тела и разума.

Колокольчик все-таки поднялась на ноги, хоть и с трудом. Раздвинула губы в окровавленной улыбке, оскалила зубы.

— Убей! Убей! Убей! Убей! — визжали неугомонные зрители.

Повелитель Арены никак не реагировал на происходящее, внимательно наблюдая только за нами двоими. И то хлеб, не уверен, что после целого дня сражений, безумной схватки с Ло у меня хватит выдержки выстоять хотя бы один раунд против хозяина трона из черепов.

Надеюсь, в правилах не сказано, что я обязан убить противника? Впрочем, мне глубоко наплевать, что написано в местных правилах. Колокольчик не умрет, во всяком случае, не здесь и не сейчас, не на этой черной Арене.

Я улыбнулся, глядя, как Ло пытается выбраться из гигантской воронки. И снова ударил, на этот раз убрав силу вполовину. Колокольчик упала на спину, широко раскинув руки и ноги. Непослушная прядка платиновых волос легла на лицо, словно разрезая его напополам.

Потоки безумной энергии стали меньше и теперь шли толчками, словно в Вербене не осталось больше никаких сил. Я снова испытал благодарность к Ягине за помощь и науку, которую оценил только теперь.

На лице Кровавой Графини вдруг расцвела изумлённо-счастливая улыбка. С губ сорвался потрясенный выдох:

— Это… лучше секса, — буквально промурлыкала поверженная графиня, и сознание Ло из пучины оранжево-алого безумия рухнуло в ослепительно-белую нирвану.

Белая волна света вырвалась из воронки и прокатилась по Арене, сжигая все на своем пути. Защитный барьер, отделяющий зрителей от черного песка, испарился, как капли воды на солнце. Мой выдержал, хоть и подозрительно пульсировал, отражая последнюю атаку.

Жители Нави отпрянули в едином порыве, на секунду заткнулись, а затем принялись орать с утроенной силой:

— Убей! Убей! Убей! Убей!

— Заткнитесь все! — негромко приказал я, выпуская собственную ауру.

Существа захлебнулись своими криками, кое-кто забился в конвульсиях, глотая собственную кровь.

Я подошел к краю воронки. Ло лежала счастливая и безмятежная. В ее широко раскрытых глазах плескалось небо нашей Яви.

— За такое ты должен на ней жениться, — раздался отчетливый голос в моей голове, я даже оглянулся, ожидая увидеть за спиной поручика Беляева. Но нет, показалось, просто память продолжает шутить шутки, а может и кое-кто другой.

Я покосился на повелителя Арены. Божественный Бхарн, лэрд крови, титан, сын Хаоса, высший демон, покровитель воинов и сражений чуть подался вперед и очень внимательно наблюдал за моими передвижениями. Чего он ждет? Впрочем, неважно.

— Ну что, надобно привести в сознание нашу спящую красавицу, но без женитьбы, — усмехнулся я, припоминая давний разговор.

Я поднял с черного песка ножны. Колокольчики тихо звякнули, словно извиняясь за свою хозяйку, безмятежно раскинувшуюся в огромной воронке. Отряхнул артефакты от черной пыли, оглядел со всех сторон. Удовлетворенный увиденным, шагнул к самому краю и швырнул оба футляра в кратер.

Женская рука стремительно взметнулась вверх, не позволив ножнам коснуться обожжённого стеклянного песка.

— Замуж за тебя не пойду, и не проси, — прохрипела Кровавая Графиня.

— Только через мой труп, — ухмыльнулся я.

— Договорились… — улыбнулась Колокольчик, в ее глазах наконец-то вспыхнуло полное узнавание.

Одним отточенным движением Ло поднялась на ноги, покачнулась и выдохнула:

— Шеф, ты пришел!

— Как видишь.

— Что? — нахмурилась Колокольчик, заметив мой взгляд.

— У тебя ноготь сломался. Извини, не хотел, — хмыкнул я.

Колокольчик недоуменно моргнула, затем посмотрела на свои руки, оглядела всю себя, облизнула губы, посмаковала собственную кровь и проворковала с предвкушением:

— Кого убить?

«Хвала Сварогу, Ло вернулась», — довольно улыбнулся я в ответ.

Глава 10

— Божественный Бхарн, лэард крови, титан, сын Хаоса, высший демон, покровитель воинов и сражений желает видеть вас, — склонив голову в уважительном поклоне, объявил слуга, едва мы покинули Арену и оказались за пределами видимости толпы беснующихся зрителей.

— Свар… — нейтральным тоном окликнула меня Колокольчик с едва заметной тревогой в голосе.

Я кинул на опричницу короткий предупреждающий взгляд. «Это ловушка», — читалось в глазах Ло. Я одобряюще улыбнулся, подтвердив, что осознаю риски, и ответил ожидающему слуге:

— Куда идти?

— Ты уверен? — поравнявшись со мной, шепнула графиня. — Я вполне восстановилась, можем прогуляться как в старые добрые времена, — в голосе Кровавой Графини послышались отголоски жажды и предвкушение.

— Сначала поговорим, там видно будет, — остановил я свою кровожадную напарницу. — Уважаемый, нельзя ли побыстрее, у нас еще много дел.

Слуга бросил на нас непроницаемый взгляд, но я успел заметить легкое изумление, мелькнувшее где-то глубоко. Ну да, похоже, вариант, что мы с Ло покинем это замечательное место прямо сейчас или даже вообще, прислужником явно не рассматривался.

«Надеюсь, Гринпис удалось уйти с нашими деньгами, — вспомнил я о ставках и тут же попытался окликнуть княжну. — Доложи обстановку», — велел по ментальной связи.

«Обстановка по кайфу, — внезапно пропела Гринпис. — Ой, Свар, извини, просто тут на ярмарке какие-то бродячие музыканты песни поют, вот и прилипло. Я за Ареной. Жду в условленном месте. У вас все в порядке?»

«Понял, принял, не отсвечивай и будь на связи. Все в порядке, жди», — приказал я девушке, одобряюще кивнул Ло, и всё это по дороге к великому и ужасному повелителю черепов.

Мы шли длинными мрачными коридорами, больше похожими на тоннели. Потолки терялись где-то высоко за пределами видимости. Черные стены украшали фрески с изображениями самых воинов, разных народностей и рас, которые сражались с бесчисленными ордами не менее странныхуродливых существ, монстров, титанов и демонов. Ощущения не из приятных, картины как будто оживали, живые и мертвые провожали нас с Колокольчиком тяжелыми взглядами.

Слуга остановился перед высокой стрельчатой массивной двухстворчатой дверью, украшенной изображениями древних богов. чудищ, незнакомыми символами и знаками. Служка повернулся к нам, в его глазах я заметил тень сочувствия. Эта странная эмоция вызвала у слуги легкую панику, которая мелькнула и тут же растворилась в темных глазах без зрачков.