Опричник-4. Канцелярия Государственной Безопасности (СИ), стр. 18
Запели мечи, зазвенели колокольчики, над Ареной вспыхнула двойная оранжево-алая дуга, когда столкнулись две наши ауры. Краем сознания я отметил абсолютную нечеловеческую тишину.
«Неужто всех зрителей раскатало?» — мелькнула мысль, но специально смотреть не стал. Через секунду понял: азартные жители Нави затаили дыхание, прилипнув к прозрачной защитной пленке, ловили каждый взмах, вздох, жест нашей легендарной битвы.
— Эй, Ло, — выдохнул я, когда наши ауры расцепились, яростно отплевываясь молниями, которые расходились короткими атакующими волнами по всей Арене, чтобы тут же вернуться по воле хозяев и заполыхать с новой силой.
— Эй, Ло, потанцуем? — улыбнулся я.
И мы продолжили свой танец смерти.
Колокольчик меня не узнала, это стало понятно почти сразу. Та милая, но смертельно-опасная девица, с которой я познакомился на заре создания отряда отморозков, исчезла напрочь. Вместо нее предо мной стояла сама Смерть — стремительная, опасная, непредсказуемая, яростная, невероятно сильная и прекрасная. Натянутая как струна. В сотни, нет, в тысячи раз сильнее той графини, которую я помнил, которую знал.
Но как и тогда, Кровавую Графиню обуревала жажда крови. Ло даже не старалась ее контролировать. Казалось, сила полностью поглотила разум Колокольчика, Вербена перестала быть человеком, превратившись в чистое неконтролируемое безумие.
«Интересно, сколько ей осталось до самого дна бездны? До уровня той самой богини, которую жаждет создать из Ло безумный псих на троне из черепов?»
Удивительно, но я все еще был в состоянии думать и анализировать, одновременно и наблюдая за графиней, атакуя и защищаясь. При этом смотрел словно со стороны, ни на секунду не забывая, где нахожусь и что делаю.
Цзинь-цзинь, разум отметил звук колокольчика, как приближение смерти.
«По ком звонит Колокольчик?» — усмехнулся про себя, не сводя глаз с Кровавой Графини, которая нежно мне улыбнулась и вместе со стремительным взмахом обеих катан выплеснула из себя жажду крови. Арену затопило бело-оранжевой лавой. Взгляд Ло, живой, но в то же время какой-то отрешенный, пугал до ледяного пота и завораживал. Как если бы я в каком-нибудь музее любовался совершенным произведением искусства гениального художника.
Ло выпустила на свободу всех своих безумных демонов и теперь наслаждалась каждым мгновением боя. Клинки Кровавой Графини пели, им вторили колокольчики. Их нежный тонкий звон гипнотизировал. Я качнул головой, прогоняя наваждение, и кинулся в атаку. Удар, второй, третий, поворот, прыжок, снова удар. Я практически умудрился дотянуться до плеча Вербены, но графиня, заливаясь счастливым смехом, буквально изогнулась и ушла с линии атаки, чтобы тут же начать собственное наступление.
Ярость боя, уже не граничащая с безумием. Безумие в чистом виде, берсерки нервно курят в сторонке. Сила Ло возрастала с каждым новым ударом. Катаны стали продолжением женских рук. Даже платиновая коса, забранная на макушке высоко в хвост, превратилась в опасное оружие. При желании, уверен, кому-то послабее Вербена вполне сумеет снести голову одним движением своей гривы, убранной в незамысловатую прическу. Кровавая Графиня окончательно исчезла, превратившись в чистую машину смерти.
И Ло по-прежнему не узнавала меня.
— Эй, Ло, поиграем? — приглашающе улыбнулся я.
Не отвечая, Колокольчик взвилась вверх, желая располовинить меня одним ударом в прыжке. Я увернулся в последний момент, резко крутанулся на месте и со всего размаха ударил Кровавую Графиню в спину энергетическим кнутом.
Защита Ло вспыхнула оранжевым всполохом, но, хвала Сварогу, зацепить тело мне не удалось. Зато умудрился ранить девичье самолюбие и гордость. Отчетливо и громко зашипев, Колокольчик взметнулась вверх яростной коброй и, буквально танцуя в воздухе, налетела на меня безумной фурией.
— Дзинь, вжи-и-и-и-и-ух-и-и-их. И-и-и-и-и-их. Вжи-ижи-и-и! Цзинь-цзинь-цзин-инь… — пели катаны. — Тили-линь-тилинь-тилинь, — вторили колокольчики графини.
— Однако, надо заканчивать этот балаган, — отбивая удар, хмыкнул я. — Ло, эй, Ло, а дома хорошо, пушистая жопа ждет, яблоки жрет… по тебе скучает…
Ноль реакции. Удар, разворот, прыжок, уход от мечей, которыми Ло пыталась поймать меня в клещи, чтобы отделить голову от моего тела.
— Ай, молодца, хорошая девочка, — усмехнулся я, атакуя в лоб.
«Убивать нельзя», — вспомнилось мне.
«Убей, или сдохнешь сам!» — гневно прорычал дед.
«Вот только тебя здесь не хватало!» — отбив очередной удар, рявкнул я.
«Не мешай мальчику!» — встряла бабушка.
«Заткнитесь все!» — гаркнул я, уворачиваясь от стремительного рывка графини.
Острие катаны пронеслось перед глазами блестящей стремительной молнией. Каким-то немыслимым чудом увернувшись от убийственного жала, я, наконец, выдохнул, поймав ту самую брешь, которую высматривал и отслеживал в смертельном танце Ло.
Как говорится, если долго ждать на берегу реки, вода пронесет труп твоего врага. Труп мне не нужен, но победа входит в обязательную программу.
Колокольчики Кровавой Графини устроили бешеный перезвон, когда Ло яростно бросилась в новую атаку. Моя защита заполыхала яркими вспышками, с трудом впитывая невероятную мощь и количество ударов.
Пристальный веселый женский взгляд наткнулся на мою циничную ухмылку. Всё-таки старик Вяземский гений. Графиня Алтуфьева, она же Многоликая Мамба, она же Колокольчик, Кровавая графиня и будущая богиня смерти, непревзойденный мечник. Думаю, отныне Ло — сильнейший физик в обеих мирах. Ее умение оперировать доступной энергией возросло в сотни раз благодаря бесконечным боям на Арене.
Теперь Колокольчик могла за долю секунды вычерпать мировой океан Яви и Нави и восстановиться за вторую долю мгновения. Одно осталось неизменным: сила есть, ума не надо. Ло и анализ в долгую вещи диаметрально противоположные. Ее сила по-прежнему являлась ее же слабостью.
Щёлк. Взмах. Щёлк. Дзинь.
Энерго-воздушный удар прилетел мне в грудину. Защита спружинила, меня отнесло в противоположный конец Арены. Молниеносным движением оказавшись на ногах, я успел уклониться от очередной смертельной атаки, тут же стремительно атаковал и начал теснить графиню в другой конец кровавого амфитеатра.
— Ну же, детка, порадуй меня, — оскалился я. И Ло оправдала мои ожидания.
— Кто ты? — раздался изумленный женский голос, глаза Кровавой Графини полыхнули безудержным любопытством и весельем. Похоже, меня наконец-то восприняли как достойного противника.
— О, так ты решила поговорить! — ухмыльнулся я и выпустил на волю собственных демонов.
Тёмная аура затопила пространство Арены. Яки Кровавой Графини захлебнулось, пытаясь справиться с потоком безудержной мощи, которая хлынула на черное поле битвы.
«Не убить! Не в этот раз!» — приказал сам себе, продолжая насылать волну за волной, умело сдерживая удары, которые могли причинить вред опричнице. Моя задача — обезвредить, обездвижить, но не убить.
Арена полыхала огнем, пульсировала ало-оранжевой кровью. Всей той кровью, что проливалась здесь веками. Я слышал, как сладостно стонали древние стены, лакая нашу ауру, буквально корежась от экстаза.
От моей силы стонал защитный барьер, что отделял Арену от зрителей. Вербена дико и яростно сопротивлялась, скрежетала зубами от бешенства, вынужденная отступать, почти сгибаясь от могучего напора.
Кровавая Графиня побледнела, закусила губу до крови, пытаясь сопротивляться моему натиску. Из ушей Ло потекли струйки крови. Я тоже не терял времени зря в Нави. И если Колокольчик множила силу на Арене, то я пошел другим путем.
Воздух гудел от напряжения. Катаны выли, рисуя невидимые глазу росчерки. Графиню Алтуфьеву начало потряхивать от напряжения. Но в глазах Ло так и не мелькнул страх, который появился тогда, в прошлой нашей схватке. Самой первой. Только упрямство и вызов. Похоже, Ло не осознавала, чем грозит смерть на Арене. Колокольчика волновала только победа.
С окровавленных губ Кровавой Графини сорвался бешеный вопль, полный яростного отчаянья и ненависти. Ло вложила в него всю свою агрессию, жажду крови и безысходность грядущего поражения. Безумная воительница осознала — все кончено.