Опричник-4. Канцелярия Государственной Безопасности (СИ), стр. 14

Росомаха рыкнул, демонстрируя, что услышал меня.

— Арена… — задумалась Гринпис. — Что-то такое я слышала от оргов. Поначалу мне предлагали простейший отбор: все дерутся друг с другом, потом победитель выходит против Пушистика, затем сражается со мной и получает все.

— Все — это тебя и Морга? — уточнил я.

— Угу, — хмыкнула княжна. — Я отказалась. И предложила вариант заработать больше.

— Однако, вот что значит дочь главного торговца редкостями княжеских кровей, — присвистнул я.

— Да вы можете умирать потише, господа⁈ — неожиданно рявкнула Розалия. — В конце концов, это неприлично — стонать так громко! Вы рыцари, или где? — возмущённо закончила опричница.

Мне показалось, что стоны стали потише.

— Наша девочка выросла, — я театральным жестом смахнул со щеки несуществующую слезу. — И вот юный цветочек уже кровавый опричник. Я всегда знал, что у тебя есть потенциал.

Гринпис закатила глаза, не оценив моей галантности и гордости в ее адрес. Тем не менее, я успел заметить легкую довольную улыбку, скользнувшую по губам девушки.

— Убей или умри, не так ли, босс? — подмигнула мне княжна, элегантно переступая через длинного упыря, который хотел, но не успел высказать мне претензии по поводу закрытия шоу «Публичный дом».

Высокий лэард лежал на камнях, завернутый в собственный плащ. В мокрый плащ. Поверженный жених бешено вращал алыми глазами, но даже его удлинённые когти не могли прорвать ткань.

— А хорошие у тебя портные-артефакторы в клане. Адресок подскажешь? — полюбопытствовал я. — Нет? Личный портной? Жаль, я бы сделал заказик.

Мы прошли мимо, за нашими спинами раздался яростный вой. Но говорить бедняга тоже не мог. Каким-то образом Морг умудрился оторвать от плаща воротник и засунуть упырю в пасть вместо кляпа.

— Слушай, а ткань и правда хорошая, — отметила Гринпис. — Нам бы с Колокольчиком пригодилась для формы.

— У нас получше будет, — отрезал я.

— Эх, — огорчённо вздохнула княжна. — Для платьев на выход? — закинула удочку.

— Не вздумай рассказывать графине, — приказал я.

— Но как ты? — изумлённо охнула Гринпис.

— Опыт, детка, опыт, — с философским видом заметил я. — Нехорошо, лэард, нарушать контракты. Боги вас покарают, но, видимо, чуть позже. А пока накажем мы, — я широко улыбнулся распорядителю, пришпиленному к воротам особняка.

— Лэард… — прохрипел Отторио Со Собачак. — Я всего лишь служащий… Обманутые вкладчики единогласно проголосовали за… разговор. Вам хотели сделать новое выгодное предложение.

— Мы заметили, — кивнул я в ответ. — Предложение не принимается. Всего хорошего.

Мы с Гринпис одновременно кивнули, прощаясь с распорядителем, и покинули гостеприимный особняк.

— Кажется, я буду немножко скучать, — вздохнула княжна. — Они были такими милыми, так мило ухаживали.

— Я так понимаю, коллекция артефактного оружия ты пополнила? — хмыкнул я.

— Ну… немножко, — смутилась Розалия, поглаживая кольцо на пальце.

— Дома покажешь.

— И расскажу, — заверила Гринпис.

— Сидящий на троне из черепов приветствует вас, — прочитал я вслух, разглядывая афишу-фреску на стене Арены. — Масштабно, — одобрил, переходя от сцены к сцене.

— Впечатляет. Ой, смотри! Это что, наша Ло? — воскликнула вдруг Гринпис, тыкая пальчиком в очередную картинку.

— Быть того не может, фрески выглядят старыми, — с сомнением произнес я, тем не менее подошел поближе и принялся разглядывать. — Хм… надо было брать другой слоган.

— Какой? — с восхищением в голосе выдохнула княжна.

Портрет графини высотой в два человеческих роста на стене Арены впечатлял. Ло, невероятно красивая в своем боевом безумии, с идеальной прической, стояла на горе из отрубленных голов. Художнику, кем бы он ни был, удалось передать и ярость боя, и торжество победы в глазах Колокольчика. И даже искру сумасшествия в ее глазах. А уж доспех впечатлял даже самых не впечатлительных. Вернее, отсутствие доспеха.

— Так вот ты какой… бронелифчик… — протянул я, старательно пряча улыбку. — Ни сантиметра для полета фантазии.

— И бронетрусы, — хихикнула Гринпис. — Интересно, Ло действительно выступает в ЭТОМ? — княжна выделила голосом последнее слово. Затем достала телефон и сделала несколько снимков на память.

— Сомневаюсь. Подозреваю, это вольная интерпретация художника. Интересно, он еще жив?

— Интересно, графиня в курсе? — в голос выдали мы.

— Доберемся, узнаем. Ну что, берем билеты, идем на разведку.

— Как скажешь, босс. А слоган какой? — полюбопытствовала Гринпис.

— Чего? — не сразу сообразил я, потом вспомнил. — А, идущая по головам желает вам удачи, — хмыкнул в ответ.

— Ло и пожелание удачи? — удивилась княжна.

— Графиня — девушка из приличной семьи. К тому же Ло очень милосердна. Конечно же, она пожелает противнику удачи… Удачи сдохнуть быстро и безболезненно, — заверил я Розалию. — Два билета в цирк, на лучшие места, — велел билетеру.

— Это Арена… — буркнул продавец из темноты будки.

— Да хоть футбольное поле, — согласился я, получая два тонких медных прямоугольника с выбитыми цифрами, обозначавшими ряд и места.

— Пусть победит сильнейший, — проворчал билетер. — Следующий.

— Сильнейшая, — исправила Гринпис, принимая свой билет.

— Слава Кровавой богине! — взревели сотни голосов, приветствуя Ло, стоявшую на горе из свежих трупов.

— Однако нашу Ло повысили, вроде была Кровавой графиней, а тут на тебе, уже богиня, — ухмыльнулся я, глядя на невозмутимую безупречную Ло в залитом кровью костюме. Из прически графини как обычно не выбился ни один волосок. Белоснежные волосы, забранные в высокий конский хвост, венчала едва заметная диадема.

— Мне кажется, или у Ло на голове рожки? — ахнула восхищенно Гринпис. — Причем рожки на из рубинов Бездны!

— Все может быть, — согласился я, внимательно разглядывая лэарда на троне.

Царственное сиденье действительно соорудили из черепов. 'Хуже только трон из мечей, — подумал про себя. — И на том, и на другом долго не посидишь, задница отвалится.

— Свар, — взволнованно вскрикнула Гринпис.

— Что? — напрягся я, осторожно сканируя местность.

Трибуны ревели, обезумевшие от боя зрители кидали к ногам Кровавой графини драгоценности, цветы, золото, небольшие артефакты и даже оружие. Ло невозмутимо стояла на вершине мертвой горы и равнодушным взглядом скользила по Арене, не обращая внимания на беснующуюся толпу. Вот взгляд графини остановился на хозяине Арены, который восседал на троне, но не задержался надолго.

Внезапно Ло замерла. Уверен, никто другой, кроме меня, даже не заметил, как на секунду изменилось дыхание Кровавой графини. Как возникла и тут же растворилась в уголках губ довольная улыбка.

Никто другой, кроме меня и лэарда, восседающего на троне из черепов. Он моментально почуял изменения в состоянии эмоционального фона Колокольчика и начал медленно обводить тяжелым взглядом беснующуюся толпу. Зрители потихоньку стихали, рассаживались обратно на места. Наконец, взгляд хозяина Арены остановился на мне.

Я вежливо улыбнулся и поприветствовал лэарда коротким наклоном головы. Существо Нави, по-другому я не могу назвать того, кого видел, долго и внимательно меня разглядывало. Затем коротко глянуло в сторону Гринпис, которая сидела рядом со мной с сосредоточенным лицом, похоже, мысленно общалась с графиней.

«Надо отправить Гринпис на тренировки к Коржику. Не умеет еще держать лицо, общаясь по ментальной связи. Нехорошо», — отметил про себя, сделал зарубку в памяти.

Повелитель Арены отвлекся от Гринпис, бросил короткий взгляд на Ло. Кровавая богиня по-прежнему стояла на возвышенности, небрежно опираясь на тонкую шпагу — трофей последнего боя.

— Лэард, — раздалось вдруг возле меня. — Лэард, господин приглашает вас к себе в ложу, — вежливо заговорил служка в ярко-красной ливрее, склонив голову в приветствии.