Неправильный. Трилогия (СИ), стр. 126
Пришел связной – Марина срочно требует встречи. Хм, на ловца и зверь? Нет, тут что‑то другое есть…
Так оно и оказалось.
– Их взяли в лесу, – нервно расхаживает по комнате девушка. – Они отправились на встречу со связным из Центра! И их там всех повязали!
Какой еще связной⁈ Из какого Центра⁈ В обход нас?
Не стесняясь в словах, высказываю девушке все, что я об этом думаю.
– Из какого, скажи на милость, Центра мог появиться этот связной? В обход партизан, в обход нас – он что, прямо вот у городских ворот из воздуха возник⁈
– У Злочевска нет ворот…
– Охренеть – не встать! Ну да, если ворот нет – то все, стало быть, в норме! А как это вообще мимо тебя‑то прошло?
– А… – она открывает рот. – Не знаю… Меня дома не было, наверное… Я на рынок ходила…
– Угу. И связной, не дождавшись, начал обходить дома руководителей подполья, которые он, разумеется, все знал. И ему вот прямо в одночасье все разом поверили? Тебе самой‑то не смешно?
Она как‑то вся сразу потухла и опустилась на стул.
– Что же делать?
– Для начала – рассказывай мне подробно. Все! Откуда ты об этом узнала, кто рассказал, где задержанные – вообще все, что тебе известно. Далее. После всего, что расскажешь – тебя уведут отсюда. Куда – не спрашивай, не скажу. И будешь там сидеть под охраной, пока я не разрешу тебе выйти! Без вариантов, даже и слушать ничего не стану!
– Командир… – шепчет мне на ухо Лемон, – вижу часовых. Их двое, стоят под навесом и курят.
Немцы, курящие на посту? Нет, ну бывает иногда… ага, сразу двое отъявленных нарушителей устава караульной службы. Или он у фрицев как‑то иначе называется? Не суть, важно, что там это категорически запрещено.
Со слов связной, всех пленных заперли в этом сарае и чего‑то ждут. Типа куда‑то их повезут – и есть вероятность, что вообще даже не в Злочевск. А чего сразу не увезли? Их вроде бы еще ночью взяли. И сейчас тоже ночь – они тут что, сутки сидят? Без допроса и вообще без ничего?
Художественный свист – есть такой номер на эстраде, сам афишу видел. Но не думал, что он еще и таким может быть.
– Так… Вокруг все осмотрели? В домах кто?
Рядом хутор. Небольшой, три домика. Из них два дома обитаемы. Ясное дело, что там тоже немцы. И ходит часовой. Один! И вот он – явно из некурящих или попросту очень терпеливый. Ни разу не остановился – ходит по двору. Причем – не просто ходит! А «перемещается от укрытия к укрытию». Образцово‑показательный часовой! Не то что эта парочка курильщиков.
Вот что‑то мне это конкретно так не по душе!
– Работаем, командир?
– Нет… Обожди…
Шурша травой, подползает боец.
– Там, – указывает он рукой, – шевеление какое‑то, навроде бы кто‑то еще сюда движется…
Вот оно что!
– Всем занять позиции! Пулеметчику – взять на прицел сарай.
– Там же наши!
– Ох, что‑то я сильно в том сомневаюсь… Выполнять приказание!
Шорох, движение – и все стихло. Все же не зря столько времени мы тренируемся – вот он результат!
А между тем оба часовых около сарая не только курить не перестали – но еще и в стороны разошлись. И огоньки их сигарет вообще стали очень даже хорошо видимы. Ну не бывает у немцев таких дураков! Подстава это – и к бабке не ходи!
Гулко бабахнул выстрел – со стороны домиков. Не иначе как часовой что‑то заприметил. И словно подтверждая мои догадки, оба курильщика… бросились к дому бегом, оставляя свой объект вообще без всякой охраны!
– Ур‑р‑а‑а!
Выметнулись из кустов серые фигуры нападавших. Так это на партизан ловушка была!
– Васильич – отсекай!
И пулеметная очередь вспахала землю прямо на пути бегущих.
Совсем надо быть круглым идиотом, чтобы бежать вперед, несмотря на фланговый огонь пулемета! Вот и среди партизан таких дураков не нашлось – залегли.
А со стороны дома грохнул нехилый такой залп. Два десятка стволов как минимум! Да два пулемета…
Вот и выбежали бы сейчас ребятки на открытое место… И всего‑то немножко им для этого не хватило. Но трассеры и так прошлись сверкающей косой по залегшей цепи – и кто‑то там вскрикнул.
– Марк!
Хлопает неподалеку винтовка – и затыкается один из пулеметов.
С грохотом распахиваются вроде бы запертые двери сарая – и в них показываются фрицы с оружием в руках. И никаких тебе арестованных…
Но пулеметчик и здесь не подкачал – и остатки кругляша для «МГ» высадил прямо в дверной проем!
Ох, кому‑то там сейчас поплохело…
– Огонь!
И добрый десяток стволов поддерживает Васильича, который сейчас меняет магазин. На такой‑то дистанции нет принципиальной разницы – пулемет или автомат. До сарая метров восемьдесят, пуля легко пробьет любую доску. А бревна – ну, на что‑то же есть у нас пулемет? Сейчас пулеметчик сменит кругляш – и семьдесят пять разъяренных пчелок прочешут там вообще все. Его позиция расположена на пригорке – пули идут сверху вниз… и я там никому не завидую! А огонь со стороны домиков Васильичу не страшен: между ним и фрицами, которые там засели, нехилый такой холмик… метров десять толщиной!
Лемон тем временем меняет уже третий магазин. Менее полутораста метров – для него это вообще не проблема. И огонь со стороны домиков несколько поутих.
– Отход!
Партизаны тоже благоразумно оттягиваются в лес: поняли уже, что их ожидала здесь засада. И надо сказать – весьма неплохо задуманная! Открой они двери – и попали бы сразу в два огня… Перед сараем площадка ровная, укрыться там негде.
А нам пора сваливать!
Связь у немцев точно есть, и подкрепление они уже наверняка вызвали. Только ночного боя с фрицами нам и не хватает для полного счастья!
Глава 13
Вернувшись в город, разумеется, не здоровенной толпой, чтобы немцев не настораживать, мы собрались на своей подземной базе, чтобы здраво обсудить происходящее. В том, что фрицы нас ловко надули, не сомневался теперь вообще никто. Вопрос состоял лишь в том – как им это удалось? Ладно, в городское подполье они как‑то ухитрились вбросить информацию через какие‑то свои каналы. Вследствие чего, возвращаться Марине домой пока рановато. А вот как они, почти одновременно, ухитрились закинуть эти сведения ещё и партизанам? В том, что источник в обоих случаях был один, сомнений не имелось – обе наши группы вышли на одно и то же место. Спасло лишь то, что немцы, скорее всего, рассчитывали на появление одной группы – с конкретного направления. То есть, со стороны леса. Изучая карту, я лишний раз прихожу именно к такому выводу. Со стороны города нас попросту никто не ждал. Представить себе, что люди, собирающиеся напасть на отряд солдат, вдруг станут заходить со стороны дороги, оставив позади себя неприкрытое направление, откуда им могут ударить в спину – было как‑то сложно. Человек в здравом уме и твердой памяти на такую авантюру попросту не решился бы! Ведь по дороге запросто можно перебросить хотя бы и взвод, чтобы легко отрезать нам все пути отступления! Уверен, там никому и в голову не могло прийти, что дорога – с обеих сторон, нами была заблаговременно заминирована. Теми самыми моими поделками из миномётных мин. И у подрывных машинок остались дежурить подрывники…
Так что, любой автомобиль, рискни он проехать по данному направлению, словил бы незабываемые впечатления! Но – не потребовалось. Мины мы, кстати, снимать не стали, только подрывную линию хорошенько замаскировали.
А со стороны леса путь был только один – тот, по которому и пришли партизаны. Извилистая, с топкими берегами, речушка попросту не давала возможности подойти иначе – только вдоль нее. С другой стороны – луг. И в его конце – те самые домики. Переть же напрямую по открытой местности… ну, думаю немцы, при всем их негативном к партизанам отношении, настолько дураками их все же не считали.
Но наша группа – оказалась тем самым козырем, который и спутал им всю игру. Ожидать огневого удара по своим засадникам… ну, не думаю, что фрицы до такой степени подозрительные. Если бы было так, они могли попросту поставить секрет на нашем пригорке. И все, фиг бы мы подошли так близко.