Во власти обмана (ЛП), стр. 2

— Присцилла.

— Почему ты сидишь на мне, Присцилла? — Его тон достаточно острый, чтобы пустить кровь.

К счастью для меня, я выросла среди таких мужчин. Безумных ублюдков, которые пойдут на всё ради выгоды. Я даже не вздрагиваю.

— Ты выглядел немного одиноким. Подумала, предложу тебе свою компанию. Хочешь выпить? Буду рада принести нам обоим.

Я качаюсь на его ногах, и он раздвигает свои крепкие бедра, чтобы мне было удобнее. Его пальцы впиваются мне в позвоночник, удерживая, чтобы я не упала. Одна рука тянется к моему подбородку, чтобы он мог рассмотреть меня, и я замечаю черный лак на его мизинце. Странно.

— Ладно. Только быстро. У меня сегодня дела.

Я подмигиваю ему, соскакиваю с колен и направляюсь к бару. Девушка, которую я отшила, ждет там, надув губы.

— Фрэнки сказал, ты только что подставила меня, уведя этого парня. Сказал, он щедрый на чаевые.

Я подаю сигнал бармену, и он замечает Ивана у меня за спиной. Пока он готовит напитки, я поворачиваюсь к новенькой.

— Как тебя зовут?

— Аманда. — Она скрещивает руки под грудью, чтобы придать объем своей худощавой фигуре.

Нужно нечто большее, чем сорокапятикилограммовый ребенок, чтобы вывести меня из равновесия.

— Слушай. Он действительно щедрый, но любит делать вещи, после которых твоей красивой светлой коже потребуется гораздо больше времени на восстановление.

Её глаза расширяются, она опускает взгляд на крошечные, выцветшие шрамы от ожогов, разбросанные по моему правому бицепсу. Я не говорю ни слова, позволяя ей самой сделать выводы.

— Что оставило эти отметины?

Бармен ставит перед нами напитки, и я придвигаю их ближе:

— Сигареты, милая. Это ожоги от сигарет.

Она наклоняется ближе и шепчет:

— Это он сделал? Что еще он творил? Почему ты не позвонила в полицию?

Я вздыхаю и смотрю на неё так, чтобы она поняла, что я считаю её дурой, не произнося этого вслух:

— Здесь не звонят в полицию. Всё работает не так.

— Но ведь говорили, что все здесь работают на себя. Что все счастливы, быть здесь.

Я пожимаю плечами.

— Мы все здесь по своей воле, но попробуй вызвать сюда копа, особенно если речь идет о команде Доубек.

В этот раз я её доконала. Она узнала это имя. Как и любой другой в этих краях. Лицо её бледнеет, она оббегает меня и бросается в коридор обратно в гримерку. Я усмехаюсь. В этой жизни она бы всё равно не выжила.

Теперь, когда путь свободен, я ловко управляюсь с напитками и подсыпаю крошечный пакетик с наркотиком, который дал мне Эссекс, в двойную порцию водки.

Затем слегка взбалтываю стаканы и прижимаю их к груди, чтобы у него был повод взглянуть. Мне нужно, чтобы он «клюнул», прежде чем я его вытащу.

Я возвращаюсь в VIP-зону и скольжу на свободное место, которое он оставил для меня на краю кабинки.

Он смотрит на моё декольте или на напитки, в любом случае он смотрит.

— Что ты пьешь?

Я смотрю на прозрачную жидкость в стакане:

— Водку, думаю, как и ты.

Я никогда не пью, когда работаю, но сегодня исключение. Это может помочь легче перенести некоторые вещи, и сегодня я не хочу быть в здравом уме. По крайней мере, если хотя бы половина из того, что говорят об Иване, правда.

Он хватает свой стакан, держа его в руке, в то время как руки его раскинуты по спинке дивана. От этого движения натягиваются швы его черного костюма. Он красив в своей опасной, жесткой манере, из тех, с кем «я отымею тебя так сильно, что ты не сможешь ходить». Жаль только, что скоро он меня убьет.

— На здоровье? — Я поднимаю свой стакан.

Его глаза сужаются, он пододвигается ближе ко мне в кабинке. Движение бесшумно. Даже кожа дивана не скрипнула. Я чувствую его запах, что-то дымное и темное. Это должно вызывать отвращение. Отталкивать, зная, как пройдет эта ночь, но я, кажется, не могу заставить свой мозг ненавидеть его. Черт, ведь не он сидит здесь, пытаясь меня отравить. Что бы ни случилось сегодня, я навлекла это на себя сама.

— Ты выглядишь нервной. Я тебя нервирую… — Он делает паузу. — Присцилла, верно?

Я сжимаю стакан обеими руками и киваю:

— Можешь звать меня Силла, если хочешь.

— Иван.

Я киваю, не объясняя, что все девочки знают весь состав семьи Доубек. Заполучить одного из них на ночь, повод для хвастовства. Особенно сейчас, когда многие из них, кажется, уже заняты.

— Что ж, Силла. — Он переставляет ноги так, что его бедро прижимается к моему. — Хочешь уйти со мной в более уединенное место?

Я сглатываю, в животе всё переворачивается. Черт. Вот и всё. Я думала, что готова. Думала, что настроилась. Теперь же мне кажется, что меня сейчас вырвет, и в то же время хочется сбежать.

Нет. Я должна это сделать. Так или иначе.

Если Иван меня убьет… Я буду свободна.

Если мне удастся его опоить… И я выживу… Отец меня отпустит.

Никаких больше ночных визитов к его пьяным друзьям. Никакого больше соблазнения ничего не подозревающих клиентов.

Так что… путь только один. Я снова улыбаюсь ему. Настоящей улыбкой и киваю:

— Пойдем.

Глава 2

ИВАН

Маленькая проститутка, вдвое меньше меня, пыталась меня опоить. С той самой секунды, как она бросилась мне на колени, я почуял неладное. Но она миленькая, с длинными светлыми волосами, и я заметил краешек подвязки под подолом её черного платья. Поэтому, вместо того чтобы вытащить пистолет и пустить ей пулю в висок, я позволил ей разыграть этот спектакль.

Моя параноидальная натура не позволяет мне брать напитки у незнакомцев. На случай, если я окажусь в ситуации, где придется что-то выпить, у меня всегда нанесен тонкий слой лака для ногтей, определяющий наркотики, на мизинец. Андреа вечно подкалывает меня из-за этого, но после сегодняшнего вечера она больше никогда не сможет надо мной смеяться.

Я едва погрузил палец в напиток, как лак загорелся розовым. Кай будет в ярости, если я пристрелю её прямо в нашем казино, так что я отведу её в укромное место и там со всем разберусь.

Она выскальзывает из кабинки и пошатывается на своих нелепых туфлях. Нет ни единого шанса, что она смогла бы в них убежать, если бы понадобилось. Я хватаю её и свой стаканы со столика и киваю в сторону выхода.

Мы идем к лифту, и она замирает, уставившись на хромированные двери.

Я прижимаю её к ним.

— Ты собираешься нажать на кнопку?

Она встряхивается и бросается к панели, чтобы нажать стрелку «вверх».

— Прости, на секунду отвлеклась.

Когда мы заходим внутрь, и двери с шипением закрываются, я не могу удержаться от искушения немного над ней поиздеваться.

— Ты так и не назвала свою цену.

Она поднимает взгляд на моё лицо. Черт, она должна быть как минимум на фут ниже меня. Значит, точно пуля. Удушение будет неудобным.

— О-о… просто мне понравилось, как ты выглядишь. Сегодня за счет заведения.

Я мрачно усмехаюсь, когда лифт останавливается.

— Твой дом - мой дом, как ты прекрасно знаешь.

Не дожидаясь её, я направляюсь к люксу, давая ей последний шанс передумать. Если она уйдет сейчас, я подавлю в себе желание гнаться за ней. Черт, возможно, я даже не буду охотиться за ней в будущем.

Как я и ожидал, она следует за мной к двери моего номера. Я перехватываю стаканы, держа тот, что с наркотиком, впереди, и прикладываю ключ-карту.

Оказавшись внутри, тяжелая дверь захлопывается, я запираю её на замок и задвигаю засов прямо за её спиной.

Она наблюдает, затем поворачивается к тускло освещенной комнате. Она почти пуста. В отличие от моей семьи, мне не нужно многого. Кровать, бар, шкаф, ванная, вот и всё.

Я внимательно слежу за ней, пока она осматривает люкс, её взгляд останавливается на куче оружия, аккуратно сложенного на приставном столике.

— Это… многовато ножей.

Я медленно, дюйм за дюймом, приближаюсь к ней.