"Фантастика 2026-184". Компиляция. Книги 1-31 (СИ), стр. 478
Я покачал головой. Ёлки-иголки.
— Илья, Лена пришла не за знаниями о паразитах, а чтобы провести с тобой приятный вечер, — сказал я. — Девушке важно, чтобы ей было хорошо рядом с тобой. Спрашивай её о ней самой. Что она любит, как у неё дела, что её радует. Слушай, и отвечай. И никаких червей.
— А про что тогда говорить? — растерялся он.
— Да про что угодно, — ответил я. — Расскажи что-нибудь смешное из жизни, этого у тебя хватает. Спроси про её увлечения. Сделай комплимент. И главное — будь собой. Она пошла на свидание именно с тобой, а не с кем-то другим.
— А если ляпну что-нибудь похуже? — спросил Илья.
А бывает что-то хуже червей?
— Тогда посмейся над собой, — улыбнулся я. — В общем, сегодня воскресенье, позови Лену на ещё одно свидание. Погода отличная, погуляйте, мороженое поешьте. И без таких глупостей.
Илья улыбнулся.
— А ведь и правда, — закивал он. — Спасибо, Саня! Ты прям спаситель.
Он схватил пакет с травами, расплатился и умчался. Я только головой покачал. Бывает же…
И вернулся к работе.
В семь вечера мы закрыли лавку. Второй рабочий день подошёл к концу.
— Саш, а пойдём к бабе Дуне, а? — предложила Варя. — Она же тебя в гости давно ждёт.
— Пошли, — кивнул я. — Сам думал именно сегодня её навестить.
Пешком было идти довольно долго, но мы прогулялись. Знахарка встретила нас собственноручно испечённым пирогом с капустой.
— Садитесь, садитесь, — засуетилась старушка. — Доктор, ты прости, что на ваше открытие не пришла. Не захотела я на людях показываться.
— Бабушка всё ещё думает, что её все считают ведьмой, — пояснила Варя. — И очень этого стесняется.
— Да никто вас так уже не называет, — сказал я. — Всё в прошлом.
Баба Дуня только рукой махнула.
Мы расселись за столом. Пирог был выше всяких похвал. Завели разговор о лавке, о прочих делах.
В какой-то момент Варя отставила чашку и посмотрела на меня.
— Саш, — сказала она. — Я хочу тебе кое-что сказать. Давно собиралась.
Я насторожился.
— Говори, — кивнул я.
— Я не дура, — она помолчала, подбирая слова. — Я уже заметила, что травы, которые ты трогаешь, становятся… целебнее, что ли. В общем, твоя жизненная энергия, твоя прана — она сильнее, чем у других людей. Я думаю, что она обладает целебным эффектом и ты можешь ею управлять.
Повисла тишина. О моей пране ранее знала баба Дуня, но она ничего не говорила, я уверен. Варя же просто видела её внутри меня, но трактовала по-своему.
А теперь она догадалась. И отрицать было бессмысленно. К тому же я доверял девушке.
— Это так, — сказал я. — Надеюсь, ты понимаешь, что этого не нужно никому знать?
Варя торопливо закивала.
— Я никому не скажу, — отозвалась она. — И я просто хотела сказать… Что ты очень хороший человек. И что я рада, что знакома с тобой.
Конечно, Варя задала ещё пару вопросов о пране. Я рассказал ровно то, что рассказывал старушке.
Одной тайной стало меньше, и мы продолжили пить чай.
Часов в десять вечера я отправился домой. Антон оказался на кухне, мрачно ковырял вилкой в тарелке с пельменями. На моё «привет» буркнул что-то невнятное и отвернулся.
Я вздохнул. Хватит уже этой холодной войны.
— Тоха, — сказал я. — Я не хотел тебя обидеть. Не собираюсь отказываться от своих слов, это не в моих принципах. Но я просто желаю тебе добра.
Никифоров помолчал.
— Да я понимаю, — нехотя выдавил он. — Просто обидно стало. Я к тебе с радостью, а ты мне сразу цифрами сыпать стал.
— Понимаю, — кивнул я. — Это твоё дело, и если хочешь помогать Майе, то помогай. Просто не теряй головы.
А я всё равно буду за ним присматривать.
— Ладно, проехали, — улыбнулся Никифоров. — Ты меня тоже прости, для меня столько хорошего делаешь, а я вот сразу психанул и обиделся.
— И вот ещё что, — сказал я. — У меня новости. Мы с Лилей решили съехаться. Будем снимать квартиру, вдвоём.
— О, — Никифоров приподнял брови. — Поздравляю! А с этой-то квартирой что? Тебе ж её больница давала.
— А квартиру я оставлю тебе, — сказал я. — Служебное жильё, ты же имеешь на него полное право. Оформим всё как надо, и твоя проблема с квартирой тоже решена будет.
Никифоров удивлённо уставился на меня. Конечно, ведь по сути бесплатная квартира достаётся ему, а я перееду в платную. Абсурдно? Только на первый взгляд.
Служебные квартиры — для медицинских работников, и Лиля смогла бы здесь прожить до первой проверки. Потом выселили бы нас обоих. Как когда-то пытались выселить Гришу, бывало и такое.
А мне уже хочется честной и спокойной жизни, а не прятать свою девушку от проверяющих. Да и условия мы сможем выбрать получше, чем здесь. Поэтому я и принял такое решение.
— Ты серьёзно? — спросил Тоха, явно не веря.
— Серьёзнее некуда, — улыбнулся я.
Антон широко улыбнулся и кинулся меня обнимать.
— Саня, ты настоящий друг! — воскликнул он. — Спасибо!
Мы ещё посидели на кухне, обсуждая наши дела. Когда будет переезд, как именно надо переоформить квартиру и прочее. А потом я отправился спать.
Утром я пошёл на работу один, Никифорову нужно было попозже. Спокойно шёл по улицам, думая обо всех накопившихся делах.
И внезапно услышал чей-то стон. Так-так…
Остановился, прислушался.
— Помогите, — слабый голос раздался прямо из открытого люка.
Ёлки-иголки!
Глава 21
Голос раздавался из открытого люка, и мне явно не почудилось. Я бросился к нему.
Заглянул внутрь. Колодец был глубокий, метра два с половиной, не меньше. А на дне, скорчившись, сидела девушка в спортивной форме. Лицо бледное и напуганное.
Люк явно кто-то просто оставил открытым, а девушка не заметила. Ранним утром народу ходит ещё немного, так что неудивительно, что обнаружил её только я.
— Всё хорошо, я вас слышу, — сказал громко, опускаясь на колени у края. — Я врач. Меня зовут Александр. Я вам помогу. Как вас зовут?
— Анжелика, — выдохнула она. — Я бегала… и не заметила, что люк открыт. Упала и сломала ногу!
Она явно сильно напугана.
— Не двигайтесь, — велел я, быстро оценивая обстановку.
В этом помог фонарик на телефоне. Сверху много не разглядишь, но кое-что уже было ясно. Девушка в сознании, говорит связно, значит, голова не пострадала. Но правую ногу она держала под неестественным углом, и при малейшем движении её перекашивало от боли.
Похоже на перелом в области лодыжки. А ещё она сидела на дне сырого колодца, и одному мне её оттуда не вытащить. Слишком глубоко, и тащить рывком нельзя, так можно покалечить ещё сильнее.
Нужна помощь. И быстро.
Можно было бы позвонить в службу спасения, но это долго, учитывая, где мы живем. Есть вариант попроще: Никифоров, который здесь недалеко.
Поэтому поспешно позвонил ему.
— Алё, — сонно отозвался Антон после третьего гудка.
— Тоха, подъём! — быстро сказал я. — Бегом ко мне, перекрёсток у аптеки, тут девушка в люк провалилась, нога сломана. Одному не вытащить. Хватай аптечку и любые палки, что найдёшь, шину делать. Жду!
— Бегу! — мигом проснулся Никифоров.
Затем я вызвал скорую помощь, объяснил им ситуацию. И снова склонился над колодцем.
— Анжелика, мы вам сейчас поможем, — сказал я. — Сейчас мой коллега подойдёт, вытащим вас. Вы только не шевелитесь. Болит сильно?
— Терпимо, — отозвалась она. — Всё хорошо.
Молодец девушка. Другая бы рыдала навзрыд, а эта держится.
— Вы только говорите со мной, ладно? — попросил я, чтобы отвлечь её от боли. — Давно бегаете по утрам?
— Каждое утро, — отозвалась она и даже попыталась улыбнуться. — Думала, полезно для здоровья. А оно вон как обернулось.
— Бег и правда полезен, — кивнул я. — А вот открытые люки — не очень. Тут вашей вины нет.
Никифоров примчался минут через пять, гораздо быстрее любой спецслужбы нашего города. Вид у него был неописуемый. Поверх клетчатых пижамных штанов он нацепил пальто, и неважно, что на улице июнь. На ногах незашнурованные кроссовки. В руках аптечка и швабра.