Наследник $$$ уровня IV (СИ), стр. 4

Впрочем, всё равно. Лишь бы выполняла свою работу.

Следующие несколько минут кабинет наполняли шелест бумаг, далёкий грохот строительных инструментов и гул временной вентиляции. С улицы тянуло нагретой пылью и машинным выхлопом. Иногда по коридору проносились рабочие, перекрикиваясь через открытые двери.

Надо мной раздался голос:

— Какие будут первые поручения?

Я окончательно оторвался от документов и осмотрелся.

Обстановка изменилась.

Кабинет больше не напоминал бездушную серую бетонную коробку, в которую временно поставили стол руководителя. Теперь здесь появились цветы, кожаное кресло с заломами на спинке, второй рабочий стол и вытянувшаяся напротив меня девушка. Ева стояла, как солдат перед генералом, делая глуповатый вид, приоткрыв ротик и пожирая меня глазами.

Ответить я не успел.

В кабинет ворвался взъерошенный Рафаэль. Взгляд инженера был прикован к бумагам, поэтому дорогу он почти не видел. Волосы торчали во все стороны, рукава рубашки были закатаны, на локте виднелось пятно строительной смеси.

Чуть не врезавшись в вставшую на его пути Еву, он резко затормозил и поднял глаза.

— Сеньор, оплата счетов, проект помещений, складской учёт и инве… е… ать!

Он замолчал, уставившись на Еву.

— Я…

— Прощаю, — великодушно кивнула она. — Впредь с такими вопросами в первую очередь ко мне. Ясно?

— Да, — автоматически согласился Рафаэль.

Он с явным облегчением сгрузил ей в руки пачку бумаг. Кажется, даже не понял, что только что произошло. Ева отпустила инженера, после чего вернулась к столу и деловито разложила документы по нескольким стопкам.

До меня добрался лишь один лист.

Мы быстро согласовали разметку помещений. Я внёс пару поправок, поставил подпись и вернул бумагу Еве. Та кивнула, вышла из кабинета и уже через минуту раздавала распоряжения рабочим в коридоре.

Вернувшись, она упёрла ладони в стройную талию.

— Так. Мне нужен помощник. А ещё лучше двойник.

— Чтобы потом вы в один голос заявили, что вам необходим тройник? — иронично поинтересовался я.

— Как минимум. — Ева подняла палец. — Трое в моём подчинении будут отличным стартом. Чтобы я могла целиком и полностью отдаться вам… Или быть под вами. Тут уже как посмотреть.

Она шутила, однако в её словах был резон.

— Раз задач нет, я придумаю их сама, — тряхнула рыжими волосами фурия. — У вас найдётся час для такой красивой меня?

Я посмотрел на часы.

— Время пошло.

— Не люблю спешить. Разве так получают удовольствие? — сморщила нос Ева.

И понеслось.

Она опустилась в кресло, открыла ежедневник и приготовила ручку.

— График приёма лекарств?

— Пощадите, женщина. Вы знаете, сколько мне лет?

— Достаточно. И почему «вы»? Я здесь одна или у тебя в глазах двоится? Точно лекарства не нужны?

— Я здоров.

Ева записала что-то в ежедневник.

— Так и отметим: пациент отрицает очевидное. Предпочтения по питанию?

— Ем всё термически обработанное. Необработанное ем только после тщательного изучения.

— Аллергии?

— На глупость.

Она выжимала меня.

Вопросы сыпались один за другим. Распорядок дня, привычки, встречи, обязательства, нежелательные посетители, финансовые вопросы, личные контакты. Она уточняла даже то, о чём Мария обычно узнавала постепенно, в процессе работы.

Ева чем-то напоминала помощника из прошлой жизни, Алекса. Верный и умный парнишка знал обо мне больше, чем я сам. Когда просыпаюсь, чем завтракаю, какие переговоры лучше назначать на утро, а какие переносить на вечер. Даже мог по выражению лица определить, стоит ли подпускать ко мне человека или лучше сказать, что меня нет в городе.

Почувствовав знакомый профессиональный подход, я постепенно расслабился.

— Составим график. Вспоминай все мероприятия, — потребовала Ева. — Так… Ага… Здесь телефонный звонок или встреча? Хорошо. Отлично. Габриэль дэ Леон? «Иберком»? На следующей неделе? Родные и близкие? Уровень допуска? Кого вы не желаете видеть ни при каких обстоятельствах?

За час мы составили куцый график встреч и разобрали ближайшие задачи. Ева загрузила всё в сеть, после чего расписание продублировалось в календаре на моём Вифоне.

Мария, к слову, ещё не добралась до этого удобного приложения. Ева разобралась с ним через пять минут после того, как я объяснил ей принцип работы.

У неё самой тоже был Вифон, в тёмном исполнении.

— Отличная игрушка, — восторженно отозвалась она. — И как я без него жила?

Оставшуюся часть дня Ева ходила за мной по пятам.

Серверную закончили, но остальному заводу требовался капитальный ремонт.

Сейчас он всё ещё напоминал развалины, в которых кто-то решил провести деловую встречу. Крыша в нескольких местах протекала. В дальних цехах гулял ветер, шевеля обрывки полиэтилена. Старые линии демонтировали не полностью, и вдоль стен тянулись ржавые направляющие, трубы и провода неизвестного назначения.

Наружные работы мы отложили до осени.

Пока лишь облагородили участок перед главным корпусом, вывезли часть мусора, протянули временный металлический забор и отгородились от гетто.

На заводе работали четыре человека Захара. Они посменно охраняли дата-центр, ворота и склад. Рабочие закрепили на стенах и столбах мощные фонари. Вечером их белый свет выхватывал из темноты бетонные дорожки, груды строительных материалов и корпуса бывших цехов.

Освещение добавило этому месту жизни. Теперь завод не исчезал после заката, а продолжал дышать, шуметь и двигаться.

Местные косились на невиданную для этих мест стройку. Ходили вдоль забора, заглядывали в щели, собирались небольшими компаниями у ворот. На глазах оживающее предприятие стало для них культурным мероприятием.

Кто-то пытался угадать, что именно здесь будут производить. Кто-то уже распускал слухи о тайной военной базе. Пара пацанов весь день следовала за погрузчиком с той стороны забора, словно наблюдала за экзотическим животным.

Рубен и Тео остались в Корсе. Им предстояло восстановить серверную после заражения и переоборудовать комнату в резервное хранилище. Остальные программисты размещались здесь, собеседуя и комплектуя штат.

Серверов в привычном понимании там больше не будет. Только стримеры и массивы накопителей, способные хранить тысячи терабайт данных. Вилла на юге превратится в огромную флешку.

Я буду рад, если она никогда не понадобится.

Вспоминая Корсу, я невольно вернулся к разговору с Катрин.

Вечер медленно опускался на побережье.

Катрин сидела напротив и уже несколько минут вертела в пальцах небольшую флешку.

— Это я отдала Тайрону телефон, — призналась она.

Я промолчал.

Девушка смотрела в медленно темнеющий горизонт. В её лице не осталось привычной уверенности.

Решив всё для себя, я заговорил:

— Ничего ужасного не произошло. Ситуация неприятная, но Тайрон мог достать устройство и сам.

Катрин горько усмехнулась.

— Он так проверял меня. Тестировал, чтобы потом сделать предложение, от которого нельзя отказаться.

Она бросила флешку на стол. Пластик звонко ударился о стеклянную поверхность и остановился между нами.

— Он попросил об услуге и щедро её оплатил. Нужно было вставить этот накопитель в главный компьютер твоего офиса.

Я невольно напрягся.

Катрин сразу заметила мою реакцию.

— Я не стала этого делать, — поспешила заверить она. — Решила, что должна всё рассказать тебе. Но это решение далось мне непросто.

Информации критически не хватало.

— Перескажи ваш разговор.

Катрин повторила всё почти слово в слово. Где они встретились, что именно говорил Тайрон, какие обещания дал. Он не угрожал и не давил напрямую. Просто положил перед ней такое будущее, мимо которого трудно пройти.

Работа. Деньги. Положение. Безопасность.

Я понял.

Нет, правда понял.

Иллюзий насчёт Катрин я никогда не питал. Знал, почему ей так важна наша свадьба. Осуждать её не хотелось. Не самое глупое решение, продиктованное желанием обеспечить себе лучшую жизнь.