Наследник $$$ уровня IV (СИ), стр. 24

Грела только одна мысль.

Очень скоро Виктору будет не до этого.

Проблемы, созданные Тайроном, имели накопительный эффект. Болезнь постепенно подточит Виду изнутри. Вифоны перестанут продаваться так же эффективно, денежные запасы начнут таять, расходы продолжат расти, и в какой-то момент сын будет вынужден капитулировать.

Одна перекрытая дорога ничего не решала.

Десяток одновременно перекрытых дорог способен был остановить кого угодно.

— К вам аналитик, Хосе Вердино, — сообщил селектор.

Голос секретаря прозвучал из встроенного динамика, и Тайрон подвёл встречу к концу.

— Так, сделайте всё возможное, — приказал он. — Уберите их с нашей территории. Выйдите на разговор с владельцами рекламных пространств. Баннеры должны убрать, тот шар над торговым центром тоже. Последующие договоры ужесточить и впредь не допускайте подобных провалов, иначе будете продвигать пиццу в костюме пиццы. Вам ясно?

— Ясно… — склонил голову маркетолог.

Он быстро собрал бумаги, поднялся и вышел, стараясь сохранить остатки достоинства.

Дверь едва успела закрыться, как в кабинет вошёл Хосе.

Аналитик выглядел собранным, но выражение его лица Тайрону сразу не понравилось. Хосе не относился к людям, которые приносили плохие новости без предварительной проверки. Если он пришёл лично, проблема действительно существовала.

— Сеньор, есть проблемы, — твёрдо сказал он. — Вида поменяла источник распространения. Теперь у них работает форма предзаказа и доставка на дом.

Тайрон откинулся в кресле.

Разумеется.

После отказа «Аппаратос» Виктор не стал искать другую крупную сеть. Он просто обошёл розницу.

— Курьерская служба? Грамотно… Я поговорю с владельцем и закрою этот канал.

Хосе едва заметно напрягся.

— Боюсь, что это невозможно, — покачал головой аналитик. — По моим данным, они купили курьерскую службу.

Тайрон медленно прикрыл глаза.

В кабинете стало очень тихо.

Виктор снова не стал пробивать поставленную перед ним стену.

Он просто построил собственную дверь.

Глава 10

Проснулся я раньше будильника.

За окнами съёмной квартиры только начинало сереть небо, Фавора внизу ещё не вошла в дневной ритм. Я откинул одеяло, сел и опустил босые ступни на остывший за ночь паркет.

Организм выпрашивал еще часок сна. Перебьется. Хоть я и был загружен делами, но отказывать телу в физической нагрузки не стал.

Начал с разминки. Покрутил шеей, разогрел плечи и кисти, наклонами разбудил поясницу. Суставы похрустели для приличия и смирились. Дальше пошла основная часть: отжимания в четыре подхода, приседания до жжения в бёдрах, планка, выпады. Под ладонями поскрипывала рассохшаяся половица.

К третьему подходу тело покрылось мелкими каплями пота, дыхание выровнялось, а мысли, как всегда бывает при нагрузке, устаканились.

Из всех активов только тело не выкупишь заново.

В прошлой жизни я понял этот урок слишком поздно и заплатил по максимальному тарифу. Абонемент в лучший зал города при нуле посещений за три года, обеды из доставки прямо за рабочим столом, сон по четыре часа. Сердце терпело долго, а потом просто выставило счёт. Без гарантийного ремонта и обслуживания.

Второй раз наступать на эти грабли я не собираюсь.

Здесь, конечно, имеется мэтр Антуан с его медицинской магией, но перекладывать здоровье на лекаря глупо. Магия штопает дыры, а не меняет фундамент. Фундамент закладывается вот так, на скрипучем полу, до завтрака, пока остальные досматривают сны.

Досталось мне тело не в лучшей комплектации. Прежний хозяин считал нагрузкой дорогу от кровати до стола, заедал скуку выпечкой и к восемнадцати годам отрастил щёки, похоронившие фамильный профиль.

С того времени картина поменялась. Щёки ушли первыми, следом подтянулся живот, под кожей прорисовались мышцы, о существовании которых прежний хозяин не подозревал. Портной в Корсе дважды ушивал мои костюмы и оба раза недоверчиво цокал языком. Хват окреп, плечи слегка округлились, а по лестницам я поднимался без одышки. До армейских стандартов Катрин далеко, но для предпринимателя более чем прилично.

Ровно в половине седьмого в дверь коротко постучали. Хавьер являлся, как всегда вовремя, хоть часы по нему сверяй. Спортивные штаны, застиранная футболка, под мышкой пара тренировочных перчаток.

Спаринговали мы на заднем дворе, в закутке между гаражами, куда не заглядывали ни соседи, ни случайные прохожие. Для сьемной квартиры условие обязательное.

Начали с отработки защиты. Хавьер бил вполсилы, экономно, без замаха, и всё равно каждый его пропущенный джеб отзывался во мне гулом, как в пустой бочке. Про магию речи не шло, обычная рукопашка. Разбуди он талант хотя бы на треть, меня пришлось бы соскребать со стены гаража.

— Руки, — Хавьер стукнул меня перчаткой по лбу. — Опускаете после каждой связки.

Я сплюнул и снова поднял кулаки к лицу. Во рту стоял привкус железа, губа была рассечена изнутри о собственные зубы.

Навыки первой жизни просыпались медленно, зато молодое тело схватывало на лету. Секции единоборств из юности, уличная школа, где ошибку объясняли только кулаками. Память вела, телу оставалось лишь догнать.

Зачем всё это визионеру и предпринимателю? Затем, что мир вокруг не такой цветочный и радушный, чем хотелось бы. Похищения, ночные клубы с сюрпризами, долговые расписки со всплывающими из ниоткуда владельцами. Телохранитель не бывает рядом всегда, а лишняя секунда, выигранная в драке, порой может стоить жизни.

Финальный раунд я отстоял целиком и даже разок зацепил Хавьера по ребрам. Тот коротко кивнул, что по его меркам сходило за овацию.

Через полчаса, смыв пот и заправившись крепким кофе, я спустился к машине, и арендованный седан покатил на окраину.

Административный корпус встретил уже привычным запахом извести. Отделочники добивали верхний этаж, по коридору тянулись рулоны укрывной плёнки.

Ева перехватила меня в приёмной.

Рыжая бестия стояла за своим столом, держа перед собой раскрытый глянцевый разворот, и лицо у неё было скорбно-торжественное, будто она собиралась зачитать приговор.

— Кто вы такой⁈ — она развернула страницу ко мне. — Верните босса! Я нашла ваше фото.

Глянец оказался светской хроникой прошлых лет. Семейство дэ Фуэго при полном параде на давнем торжестве, и с краю, за плечом Хулио, младший сын. Круглолицый юноша с подбородком, плавно перетекающим в шею, и тоскливым взглядом человека, которого увели от десерта.

Я взял журнал и присмотрелся. Ну да, я. Точнее, он.

— И что, типа не похож? — я вернул ей страницу.

— Нет, — отрезала Ева и склонилась набок, сличая оригинал с фотографией. — Наклоните голову.

Я послушно прижал подбородок к груди. Рыжая дождалась, пока под челюстью соберутся складка, и удовлетворенно кивнула.

— Вот, теперь похож.

Трофейный номер я конфисковал и унёс в кабинет от греха подальше.

С камерами пора было что-то решать.

Докладная Марии третий день блуждал у меня из стопки в стопку. Поставщик поднял ценник на двадцать процентов, вежливо сославшись на подорожание стекла, и с той же вежливостью дал понять, что торговаться не намерен. Мария выгребала впрок всё, что находила на его складах, но запас, это отсрочка, а не решение.

Совпало повышение с отцовской кампанией подозрительно вовремя. Прямых следов нет, да они и не нужны: когда на рынке пахнет большой дракой, мелкие игроки задирают цены просто потому, что могут. Наглость заразнее любой болезни.

Наказывать поставщика из мести глупо. А вот показать рынку, что наживаться на «Вифоне» безнаказанно не выйдет, полезно. Прецедент дисциплинирует лучше любых прописанных штрафов.

Варианты я перебирал с самого утра, а ответ нашёл там же, где когда-то нашлась сама камера. В микроскопе.

Первый объектив Рафаэль в своё время выдрал из лабораторного прибора, и с тех пор в оптике для «Вифона» ничего принципиально не поменялось. Разница в том, каким путём механизм едет к покупателю. Аккредитованные исследовательские лаборатории заказывают технику напрямую у производителей, по научным квотам, без посредников и без очереди.