Провинциальный остеопат. Том 4 (СИ), стр. 36

— Лёш… — произнесла она медленно, будто не могла поверить своим глазам, а затем добавила. — А там случайно не ты?

Я машинально обернулся.

На одном из телевизоров показывали ночную Москву. И улицу, которую я узнал практически сразу. Первым делом я увидел осколки разбитого мотоцикла, валяющиеся возле бордюра, место, где раньше стояла Нексия с раскуроченным боком, и только потом лежащего человека в порванной светлой куртке. Себя.

— Твою мать… — тихо произнёс я.

— Это точно ты, — уже уверенно заявила Лена.

Илья перестал жевать стейк и поднял голову. Аня заметила, как все пристально пялились на экраны, медленно оставила стейк и повернулась к телевизору. Из-за музыки и приглушённого звука телевизора ничего толком не было слышно, зато внизу телевизора бежала ярко выделенная строка: «Известная российская мотогонщица и популярный блоггер Виктория Соколова попала в серьёзное ДТП в Москве».

Приехали…

— Эй, а можно звуку прибавить? — Лена тут же махнула рукой проходящему официанту.

— Лен… — начал я.

— Да подожди ты. Тебя по телевизору показывают. Интересно же!

Официант нашёл пульт, музыка немного стихла, а голос ведущей наконец стал различимым.

— … спортсменка получила ряд травм, однако её жизни ничего не угрожает. Представители команды Соколовой несколько дней воздерживались от комментариев, сообщая лишь, что Виктория находится под наблюдением специалистов…

На экране мелькнула фотография Вики в ночной экипировке. Потом другая, уже с какого-то соревнования с кубком в руках. Ещё одна, рекламная, где она стояла рядом с байком и банкой энергетика.

Мельников резко похлопал меня по плечу.

— Лёх… Это…

— Я знаю, — процедил сквозь стиснутые зубы и продолжил смотреть.

Картинка вновь сменилась, и теперь показывали саму аварию. Причём откуда они, мать их, вообще взяли эту запись, оставалось за пределом моего понимания. Хотя, судя по изображению, это с камеры наблюдения. И довольно нормального качества, на котором было легко различить людей.

Кадры показывали всю сцену, включая Шахруха и то, как он феерически свалил на своей ржаво-серебристой Нексии. После этого кадр сменился, и я сидел возле Вики на асфальте и держал её обеими руками.

— Так это та самая блондинка, о которой ты спрашивал! — вдруг звонко заключила Лена.

— Так она настоящая? — поинтересовался за спиной Илья.

Я не стал ничего отвечать. Аня продолжила смотреть телевизор, и вот это мне уже начинало не нравиться. На экране я придерживал Вику за плечо, что-то говорил, а затем склонился к ней ниже. Камера приблизила изображение, отчего всё окончательно превратилось в кашу из пикселей. Однако даже сквозь эту кашу было прекрасно видно, насколько близко находились наши лица.

Близко… Слишком близко.

— Оюшки, — сказала Лена и закрыла рот руками.

Да, всё выглядело именно так. Со стороны всё выглядело так, будто я наклонился и поцеловал Соколову. Девушку, которую встретил несколько минут назад после серьёзной аварии. Но ведь никому теперь не докажешь, что это были последние секунды перед тем, как я потерял сознание, так как именно на этом моменте запись обрывалась.

— Это я вырубился, — на всякий случай произнёс очевидное, но, кажется, мне никто не поверил.

Илья покосился в сторону Ани и тут же занялся своей тарелкой. Сама же девушка вообще никак не отреагировала, но чуть сильнее сжала ножку бокала пальцами и продолжила смотреть телевизор. На экране уже перешли к следующей новости, не имеющей ничего общего с аварией, но Аня так и не поворачивалась.

— Ты ведь понимаешь, что это не поцелуй? — тихо произнёс я.

Аня молча кивнула.

— Виктория Соколова… — задумчиво протянула Соболева. — Стоп, так я же на неё подписана!

Девушка тут же схватила телефон и полезла проверять её социальные сети.

— Не знал, что тебе нравится мотоспорт, — пытаясь сменить тему, произнёс Илья.

Спасибо, братан, пять баллов за попытку, но, кажется, теперь уже точно поздно.

— А? — подняла голову Лена. — Я за её стилем жизни слежу. Она фоточки прикольные постит. Да и вообще, тусовка селебрити в Москве не то чтобы очень огромная, поэтому настолько медийные личности как она всегда на виду, раз уж её по телеку показывают.

— Лен, убери, — нахмурившись, попытался закрыть ладонью телефон Илья, но это не помогло.

— Да что Лен? — одёрнула руку Соболева. — Я смотрю, запостила она что-нибудь на тему аварии или нет? Теперь-то уж точно должна, после того, как показали по телеку.

Пальцы девушки быстро забегали по экрану.

— Так… Нет… Не то… Реклама… Фиджи…

Что я мог сделать? Я мог, конечно, вырвать телефон у неё из рук, и дальше бы ничего не произошло. Вот только тем самым покажу, что мне есть чего скрывать, а ведь правда была весьма очевидна. Я действительно ничего не делал, помимо того, что помог продержаться Вике до приезда скорой.

Да только теперь уже всем плевать.

Соболева внезапно остановилась, и её лицо заметно помрачнело.

— Что? — спокойным голосом спросила Аня.

— Да так… Ничего, — поздно осознав свою ошибку, ответила Соболева и попыталась убрать телефон в сумочку.

Аня спокойно протянула руку, а я молча кивнул.

На экране была та самая фотография, которую Соколова сделала сразу после того, как появилась в моём кабинете. Селфи, где она стояла практически вплотную ко мне, одной рукой обхватив мою шею, и тесно прижимаясь щекой.

Фотография была выложена вчерашним вечером, ещё до того, как по телевизору показали новости. Неужели Соколова сделала это нарочно? Или как раз знала, что сюжет должны показать, и специально подготовила почву?

Аня дёрнула пальцем и открыла комментарии.

Народ яростно обсуждал, что это за парень на фотке, и как он связан с тем, что произошло недавно. Многие пытались узнать, был ли я парнем Соколовой или новым членом команды. Нашлись и те, кто комментировал мою внешность, называл симпатичным и милым, и называли нас в целом красивой парой.

Под самой же фотографией была подписка: «Нашла того самого героя, который спас мою жизнь и украл сердце. Пыталась вернуть его обратно, попытка безуспешна, буду пытаться дальше», — и подмигивающий смайлик.

Лена вдруг вырвала телефон из руки Ани и виновато опустила голову.

— Пиар, — пожал плечами Мельников, попав в самую точку. — Специально, чтобы вонищу поднять, так пиарщики и работают. Берут какое-нибудь громкое событие и превращают его в настоящую кампанию. Не удивлюсь, если вокруг этой Соколовой ещё несколько дней будет гудеть весь инет. Так что, Ань, на твоём бы месте я бы не стал обращать внимания.

Она повернула голову и посмотрела на меня. По глазам было видно, что Аня едва сдерживается от того, чтобы заплакать. В этот момент я ощутил себя последним идиотом, как минимум, из-за того, что виноватым себя не считал. Однако одного взгляда Ани хватило, чтобы осознал себя чуть ли не последним ублюдком на всей планете Земля.

— Смотри, — послышался чей-то голос за два столика от нас. — А разве это не тот парень с видео?

— Ага, слушай, похож. Пошли спросим?

Ситуация постепенно накалялась, и я не знал, как вести себя дальше. Сказать правду? Так я уже. Попробовать в миллионный раз объяснить, что этого не делал? Так если не сработало до этого, что изменится сейчас? Вот бы у меня была возможность поставить вселенную на паузу и тщательно проработать мою речь. А ещё отмотать всё назад до момента появления Вики в кабинете и не дать ей сделать селфи.

Хотя, о чём я, вашу мать, говорю⁈ Какие-то детские фантазии, чёрт их возьми. Ситуация была вполне реальна, и в данный момент я упускал Аню.

Она ещё несколько секунд сидела неподвижно. Я видел, как Аня сглотнула и отвела взгляд, будто специально выбирала какую-то точку на стене, лишь бы больше не смотреть ни на меня, ни на чёртов телефон. Потом совершенно спокойно положила салфетку рядом с тарелкой и поднялась.

— Ань… — сразу произнёс я.

— Лена, Илья, простите, пожалуйста, — она посмотрела сначала на Соболеву, затем на Мельникова. — Я, наверное, поеду.