Капитали$т. Часть 8. 1994 (СИ), стр. 28
— Алексей Владимирович, посетитель! — Голос секретарши оторвал меня от газеты.
— Пригласите, — сказал я.
Пришел Борис Борисович. Расслабленный, без галстука и даже без портфеля. Улыбающийся, наверное, был очень рад меня видеть. А мне вся эта возня уже надоела…
— Ну что, Алексей? — благодушно спросил Борис Борисович. — Чем порадуешь? Удалось решить возникшие проблемы?
— Вашими молитвами, — сдержано ответил я. — Я прошу вас передать информацию для вашего шефа.
Борис Борисович посмотрел на меня озадаченно.
— Ну, чего так официально? Не чужие же люди… Передам конечно, о чем разговор.
— Вот, — сказал я, положив на стол несколько фотографий. — Тот человек, с которым губернатор пытался за нашей спиной договориться. Договориться теперь не получится.
Борис Борисович задумчиво рассматривал фото.
— Как его отделали… — заметил он с удивлением.
— Главный вопрос — по банку, — продолжил я. — Все средства, которые заходили в «Феникс» мы готовы вернуть в полном объеме. Пусть присылают письмо.
— Вот так резко? — спросил Борис Борисович.
— А что вы предлагаете? — вспылил я. — Ждать следующую подставу?
Борис Борисович поудобнее устроился в кресле и начал вещать. Говорил он охотно и многословно, как и полагается любому приличному политику.
— Алексей! Мы живем в такое время и в таком месте, где необходимо идти на компромисс. Постоянно. Жизнь меняется, люди меняются, нужно уметь перестраиваться. Ну чего ты добьешься этой принципиальностью? Схему с банком выстраивали и выстроили, она работает и приносит прибыль…
— Прибыль приносят мои люди, — перебил я. — Я не пойму, вы же в прошлый раз мне сказали, что тема с банком заканчивается со следующего месяца, и все бюджетные бабки уходят в банк москвичей.
— А теперь ситуация изменилась! — радостно объявил Борис Борисович. — Москвичи позвонили губернатору и дали отбой! Работаем дальше!
— Нет, так дело не пойдет, — сказал я. — Мы вытащили двенадцать миллиардов. Пусть забирает куда хочет, как договорились, до конца месяца. И все, Борис Борисович, эта тема закрыта.
— Хорошо, — покорно кивнул он. — Это все?
— Тема по металлу. В этом вопросе наше партнерство с губернатором тоже заканчивается.
Борис Борисович посмотрел на меня вопросительно.
— Мы в принципе не нуждаемся в его услугах, — объяснил я. — У нас тоже изменились обстоятельства, Борис Борисович. Он же в июле в отставку уходит?
— В июле, — кивнул он. — Только, Алексей, за это время много чего может произойти. Зачем ссориться? И потом… экспортом занималась его фирма.
— Решим, — сказал я. — В общем, бабки из банка пусть забирают, а по металлу он больше ничего не получит. И давайте уже поговорим на более приятную тему. Например, про наши с вами отношения.
Борис Борисович принял вид оскорбленной добродетели.
— Я от своих друзей никогда не отказывался! — заявил он. — Никогда! Это не в моих принципах, ты же знаешь!
Я кивнул.
— Это очень хорошо. В таком случае, продолжаем работать. Я так понимаю, что вы планируете работать дальше?
Теперь Борис Борисович выглядел важно и неприступно.
— Скорее всего, я буду исполнять обязанности губернатора до назначения нового.
— А после назначения? — спросил я.
— Это уж как новый губернатор решит, — развел руками Борис Борисович. — Если честно, Алексей, хочется уже спокойной жизни… Надоела эта госслужба. Может быть бизнесом займусь…
— Бизнесом? — переспросил я. — Ну, тогда вы много нового узнаете о спокойной жизни… В общем, нужно, чтобы новый назначенец решил в вашу пользу?
Борис Борисович улыбнулся.
— Алексей… Такие вопросы решаются в Кремле.
— У вас какие-то устаревшие представления о Кремле, — в свою очередь улыбнулся я. — Ну, я думаю, всех устроит, если вы сохраните свою должность.
Теперь Борис Борисович погрустнел.
— Вот так, работаешь, работаешь… — сказал он задумчиво. — Отказываешь себе во всем, недосыпаешь… И думаешь порой… А потомки? Оценят ли они в будущем наши скромные попытки сделать жизнь страны хоть немного лучше?
— Оценят, — пообещал я. — Уверяю вас, потомки эти скромные попытки оценят по полной программе!
Борис Борисович тяжело вздохнул и скептически покачал головой. Нет, не верил он в благодарность потомков, чувствовал какую-то подставу!
Мы попрощались, Борис Борисович по-отечески обнял меня и степенно направился к выходу.
— А фотки вы все же губернатору покажите, — сказал я ему на прощание. — Нечего его щадить. Это чтобы ему всякая херня в голову не лезла!
Тень пробежала по лицу Бориса Борисовича, он печально кивнул.
После его визита я выдохнул. Теперь нужно лететь обратно. В Москву…
Глава 15
Бандиты, конечно, накосячили. «КоммерсантЪ» в разделе криминальной хроники сообщал следующее:
«Москва. Вчера вечером у Дома приемов 'Логоваза» на Новокузнецкой улице неизвестные обстреляли автомобиль «Mercedes-Benz», в котором находился глава совета директоров АО «Логоваз» Борис Березовский. По предварительным данным следствия, огонь по машине был открыт из двух автоматов.
В результате обстрела погибли охранник и сотрудник компании, находившийся в машине. Сам господин Березовский получил ранение и был госпитализирован. Врачи одной из столичных клиник сообщили, что его состояние оценивается как стабильное, угрозы жизни в настоящий момент нет.
По словам источника в правоохранительных органах, нападавшие покинули место происшествия на автомобиле без номерных знаков, который позже был обнаружен сожженным в одном из переулков в районе Павелецкой набережной. Оружие на месте преступления не найдено'.
В общем, кассета убедила Сильвера, и это хорошо. Но результат… Так себе результат, скажем прямо. Черт, зная, что у Сильвера лучший в стране набор киллеров, я ожидал немного другого результата! Я с досадой отшвырнул газету и поймал себя на том, что злюсь. От того, что Березовский выжил. Странное дело! Этот человек не желал мне ничего плохого, мы никогда не конфликтовали, более того — он даже не знает о моем существовании, но вот, я организую подставу в расчете на летальный исход… Нет, конечно, я мог бы себя убеждать в том, что, возможно, у меня и так все получилось; возможно, подстреленный Борис Абрамович затаится, улетит в Израиль, уйдет в монастырь и покается… Но насколько мне было бы сейчас легче, если бы стрелки Сильвера не промахнулись! А охранник погиб, и кто-то из сотрудников — оказались не в то время и не в том месте…
Не знаю, лениво подумал я. Может я сам потихоньку превращаюсь в кровавого маньяка? И для меня, как для того же Сильвера, убийство — обычная деловая мера? Как-то не хочется думать о себе плохо. Даже наоборот — хочется думать о себе хорошо.
И еще одна мысль не давала мне покоя. А что, если на стороне Бориса Абрамовича играет тот самый Рок, который не преодолеть. И тогда все, что я делаю — тщетно… Ведь выжил он при покушении в «моей» реальности! Выжил! Водителю, который в пятнадцати сантиметрах сидел, голову оторвало
Я снова взял газету. Конечно, прокуратура Москвы возбудила уголовное дело по статье о покушении на убийство. К расследованию, как сообщили в ГУВД, подключены сотрудники управления по борьбе с организованной преступностью… Думаю, что не только они. Все силовики стоят на ушах — мультимиллионер, вхожий в высокие кабинеты, немного расстрелян. Что там дальше?.. «Официальные версии произошедшего пока не оглашаются, однако источники, близкие к следствию, не исключают связи инцидента с коммерческой деятельностью „Логоваза“ и обострившейся конкуренцией на автомобильном рынке…» Вот это «источники» отжигают! Обострившаяся конкуренция на автомобильном рынке! Что-то мне подсказывает, что «источники» эти находятся в хороших отношениях с Сильвером. «Дом приемов 'Логоваза» на несколько часов был окружен сотрудниками милиции, проезд по прилегающим улицам был временно ограничен. Представитель компании от комментариев отказался, отметив лишь, что «работа предприятия не приостановлена». Ну да, ну да… Стахановцы просто! Работают, несмотря на пули, свистящие у виска, ударники капиталистического труда!