Ненужная жена князя Горчакова (СИ), стр. 71

Однако я не могла долго рефлексировать. Свобода для меня имела первостепенное значение, а для того, чтобы ее обрести, требовались деньги, станки и новые цеха. Мне давно пора было вернуться в Щепкино, где я чувствовала себя по-настоящему живой.

На следующий день Гольдман передал мне векселя на три тысячи золотом — все, что удалось снять со счетов и выбить из стремительно тающих активов Ведищевых. Я старалась не думать о том, что эти деньги пахли чужой трагедией. Моей вины, что все так случилось, не было никакой. А золото пойдет на решение проблем, которые возникли не без участия подлого семейства.

— Ничего, этого хватит на первое время. Добавим еще прибыль с контрактов, и можно будет закупить вторую станину, пилы, новые валы. А когда придут остальные средства, то закупим и паро-магические станки, — пояснила Дуняше, складывая векселя в шкатулку.

Служанка, помогающая мне собирать вещи, понимающе кивнула. За последние месяцы она из запуганной девчонки превратилась в расторопную помощницу, которая ловила каждое мое слово.

В путь мы выдвинулись к вечеру, рассчитывая к утру прибыть в имение. Дороги после дождей не раскисали, благодаря магии Дмитрия, а масляные фонари исправно освещали дорогу. Дормез ехал мягко, плавно покачиваясь на рессорах, так что я успела даже выспаться по пути.

Щепкино встретило нас радостной суетой. Лесопилка гудела, работая без перебоев, на складах высились штабели готовой доски. На пороге нас встречали Кубышкины, вернувшиеся сюда сразу после суда.

— Барыня, наконец-то! — крепко обняла меня Капитолина.

— Хорошо, что вы приехали, дел тут невпроворот, — поддакнул Михаил. — Заказы сыплются, только успеваем отгружать. Копейкин уже устал письма слать с требованием повысить производительность. Контрактов у нас — выше крыши.

— Колено-то как? — грозно зыркнув на мужа, спросила Капитолина. — Пройдемте в дом, отдохнете с дороги. У меня как раз пироги поспели.

— Дела хорошие, — я улыбнулась. — Через несколько дней Штольц обещал снять шину. Ну а мы с вами скоро будем ставить вторую станину. Деньги на расширение уже получены, — обрадовала управляющего.

— Вот это новости! — радостно присвистнул Венька, тоже поспешивший меня встретить. — Стало быть, рванем скоро в полную силу?

— И впрямь вести добрые, — посветлел улыбкой Яков Иванович, чьи глаза загорелись азартом. — Значит, нам потребуются еще мастера? И магам работы прибавится.

— Идемте все в кабинет, — пригласила я. — Капитолина, принеси нам чай, пожалуйста.

Вокруг меня собирались все мои работники: Шенберг, Стогин, Елизар Хватов и даже несколько магов из тех новичков, которых привез Дмитрий. Я расстелила на столе схему расширения и план второго цеха, к которому полагался дополнительный причал и складские навесы.

— Михаил Петрович, — обратилась к Кубышкину, — в самое ближайшее время поедешь в Москву. Возьмешь с собой Ефима и ветеранов. Закупите станину, усиленные пилы, передаточные механизмы и все по списку, — протянула ему мелко исписанный лист. — Денег у нас достаточно, так что на качестве стали не экономь — бери лучшее. Нам нужен металл первого сорта.

— Все исполню, барыня, — степенно кивнул управляющий. — А на обратном пути, стало быть, семьи наших ветеранов заберем?

— Да, пусть приезжают. Избы почти готовы, пора уже в них обживаться. Тут для всех работа найдется.

— А что будем делать с запрудой? — Яков Иванович склонился над чертежами, наморщив лоб. — Одной не хватит, да и нагрузка на водяной привод возрастет.

— А вот ты и займись подсчетами, что нужно для того, чтобы хватило, — сразу же выдала ему задание. — Магов у нас хватает. Вениамин пусть рассчитает каскадные желоба. И еще не забудьте проверить старые станины на предмет скрытых дефектов. Не хочу, чтобы через месяц что-нибудь заклинило.

Стогин насупился, по обыкновению. Не слишком-то ему нравилось копаться в железках, но возразить не посмел. За последние недели парень сильно изменился.

— А вы, сударыня, чем займетесь? — поинтересовался молодой маг из новых.

— Императорским заказом, Федор, — посмотрела на него прищурившись. — Тем самым троном в рабочем кабинете гатчинского дворца, о котором уже сплетничают по всей губернии. Мы должны создать нечто такое, чего никто и никогда еще не делал. Чтобы государь, сев в наше кресло, больше не захотел сидеть ни на чем другом.

Федор замялся, переглянулся с Яковом, а затем выпалил:

— Дозвольте предложить мысль? Я в академии защищал диплом по вплетению малых чар в деревянную основу. Могу, например, сделать так, чтобы дерево нагревалось при подаче магического импульса. Или встроить скрытые механизмы так, чтобы они открывались только на касание определенного человека.

А парень-то не промах! — я чуть трость не выронила.

— Сможешь сделать барную стойку, выезжающую из боковины? Или встроенный сейф с биометрической… Тьфу, с магической привязкой?

— Смогу! — Федор раскраснелся от радости и закивал. — Только материалов потребуется… Ну, редких. Горный хрусталь для магических узлов, серебряная проволока, немного лунного камня для стабилизации чар.

— Все будет! — я просияла, понимая, что наткнулась на золотую жилу. — Вот что, Федор! С сегодняшнего дня ты работаешь под моим личным руководством. Займемся троном для Его Величества вместе.

Глаза у парня сразу засверкали, он приосанился весь, расправил плечи. А я уже мысленно видела, как из-под резца выходят плавные линии спинки будущего кресла и оживают резные подлокотники, как я вдыхаю в дерево не просто форму, а волевой характер.

Глава 81

Мне хотелось создать что-то невероятное: удобное кресло и в то же время величественный трон с тончайшей инкрустацией из карельской березы и черного дуба, с регулируемым наклоном спинки. Никакой позолоты — только благородная текстура дерева, подчеркнутая полировкой, и скрытые артефактные изыски. Чтобы Его Величество ощутил себя повелителем мира, и при этом его спина не ныла после долгих заседаний.

Работа моментально закипела. Я так загорелась идеей, что позабыла обо всем остальном. Дни слились в бесконечный поток из чертежей, расчетов и подгонки деталей. Я забывала о еде и о том, что нога закована в шину, о Дмитрии, который до сих пор не появился в поместье, и о прочих проблемах.

Идея с подогревом сиденья оказалась гениальной. Федор крутился рядом и обсуждал со мной каждый шаг. Его тончайшие артефактные нити, вплетенные в обивочную ткань, реагировали на температуру тела и начинали излучать комфортное тепло.

Также мне пришла идея с массажными валиками, которые мы спрятали в поясничный упор. Стоило только нажать скрытый рычаг, и они приходили в движение, разминая затекшие мышцы. Я уже представляла, как удивится государь, когда трон вдруг начнет заботиться о его здоровье.

Главной моей гордостью стал потайной бар, спрятанный в левом подлокотнике за резной панелью. В миниатюрной нише располагались небольшие стаканчики и графин. Федор сумел приладить охлаждающий артефакт таким образом, чтобы напитки всегда оставались прохладными. А в правом подлокотнике мы разместили выдвижной ящичек для бумаг, замок на котором настраивался на ауру владельца. Никто, кроме самого императора, не сможет его открыть.

Одновременно с работой над креслом, я не забывала и об обещании, данном Александру. К созданию кресла-качалки я подошла с душой, мысленно возвращаясь на тот берег, где впервые встретила цесаревича. Мне хотелось, чтобы мое изделие стало частью умиротворяющего пейзажа, который так ценил Александр.

Для качалки я выбрала крепкую выдержанную сосну с теплым золотым отливом. Никаких острых углов в конструкции, только плавные, струящиеся линии. Сиденье выгнула так, чтобы в нем было удобно сидеть с удочкой в руках.

В процессе работы меня осенило: почему бы не сохранить для цесаревича и само место на реке? Подарить ему уютный уголок покоя, где он сможет укрыться от государственных забот? Пока Кубышкин не уехал в Москву, вызвала его, чтобы обсудить этот вопрос.