В разводе. Тост за бывшего! (СИ), стр. 54

– А знаешь, я не могу ответить тебе на этот вопрос, потому что не понимаю. С тобой вроде сначала интересно было – чувство новизны. Знаешь, в долгом браке, – я сейчас говорил искренне, – есть такая фигня, что всё приедается, становится повседневным и достаточно скучным. Вот вместо того, чтобы обсуждать какие трусики я хочу стянуть зубами со своей жены, мы уже обсуждаем, как вложим несколько ярдов в очередной проект. Вместо того чтобы жрать с её живота малину в сливках, сидишь и жрёшь овощное рагу, потому что так прописал гастроэнтеролог. Понимаешь, в браке есть одна большая проблема — быт убивает медленно, но стопроцентно.

Лина покачала головой. Она не хотела принимать то, что происходило у меня внутри. Ей казалось, что у всего есть какая-то плоская и достаточно заезженная причина.

Ну, наверное, истинная причина лежит именно в том, что даже к девочке из психдиспансера ты однажды привыкнешь, просчитаешь все её ходы, реакции, как я сейчас просчитывал, что Майя захочет прервать беременность. Как я сейчас просчитывал, что она расстроится, несмотря на то, что безумно скучала по Марку всё это время. Она расстроится, что он так поднасрал себе в жизни. И точно также Майя придёт в неописуемый ужас, если с Акулиной Арнольдовной что-то произойдёт.

Даже к девочке из психдиспансера можно привыкнуть, можно подстроиться под её характер. И это убивает. А чувство новизны – маняще, сладко и внезапно.

Я понял, что в браке у меня всё стабильно. И это было малодушие. Надо было нестабильность самому создать. Хотя, с одной стороны, я и создал нестабильность. Сука, завёл любовницу — вот тебе нестабильность. Сиди теперь, жри ложкой дерьмо, разгребай, попробуй теперь приблизиться к жене.

И я думал, что она, когда увидит меня с Линой, вот в тот самый момент, когда она стояла и смотрела на меня в своём платье цвета молочной мяты, я думал, она мне бошку разобьёт. Потому что это было предсказуемо. Но Майя меня тогда побрила, показав, что в жопу предсказуемость. Она была тиха и искренна. И мне, вместо того чтобы вести Лину в гостиницу, надо было сесть в такси следом за женой. Но адреналин, мать вашу, выпил все мозги.

– Я не хочу, чтобы ты убивалась. Есть много мужиков твоего возраста. Таких же состоятельных, а может, даже больше. Хочешь, у меня даже один есть на примете?

Я злорадно усмехнулся, но понимал, что если Новиков вцепился так в Майю — он её никуда не отдаст. Потому что он нашёл то, что я потерял. И мимо проходящая девочка со смазливой физиономией, с хорошей осанкой и шикарной грудью для него уже обыденность. Но эксклюзив для него как раз-таки такая, как Майя. Мы с ним находились в одинаковой ситуации, только с разных сторон. Для меня стало обыденностью то, что для него сейчас эксклюзив.

– Я всё равно не хочу. Я не понимаю. Ты совершаешь большую ошибку, что бросаешь меня, – шепнула Лина.

И я остановившись, посмотрел ей в глаза.

– Я к жене вернуться хочу. Понимаешь?

Но Лина покачала головой.

– Я не понимаю, Яша. Ты от неё ушёл. Вы развелись...

– Мы почти развелись, – напомнил я, взмахивая ладонью.

Всё-таки имущество-то ещё не было поделено. Поэтому я считал, что нас ещё что-то связывает и мы фактически в браке. Хоть по документам уже и не так.

— Я к ней хочу вернуться, понимаешь? И нет, через пару лет у меня никто не появится. И нет, ещё через десяток лет я не захочу проверить на прочность своё сердце и её душу. Я приехал и сказал тебе всё в глаза, потому что понимаю, что для тебя, возможно, этот адюльтер был чем-то большим. Но прости, я тебе, кроме того времени, которое у нас было, ничего не могу предложить.

Когда я развернулся, услышал всхлип возле калитки спа-центра. Я бросил мельком взгляд на тропинку и увидел, как Лина, опустившись на колени, плакала на дорожке.

Да твою ж ты мать...

Можно быть последним говнюком, гопником, невоспитанным хамлом, только я всегда очень болезненно относился к женским слезам…

***

Глава 63

Когда боженька раздавал самооценку, некоторые отстояли в этой очереди по три раза.

Я посмотрела на обескураженного Новикова и пожала плечами. Вообще понимала, что сейчас я занимаюсь бесполезным делом. Ведь есть смысл лечить человека только в том случае, если он готов отказаться от того, что сделало его больным. Можно сказать, я наступала на грабли безвозмездно причинённого добра. Ну ладно, раз уж начала, то тут уж куда кривая выведет.

Когда мы с Олегом прошли к большой увитой виноградом беседке, Надя вскинула руки и охнула:

– Здравствуйте! Солнышко моё, как я по тебе соскучилась.

Надя перегнулась через стол и расцеловала меня. Это было очень тепло, потому что с момента, как у нас с Яшей начались проблемы, мы с друзьями особо не виделись. И я понимала, что однажды надо будет поставить все точки на нужных местах. Надя с Артёмом были не теми людьми, которые привечали Яшу с его Линой. И я не знала, как они отнесутся к тому, что я привезла молодого человека.

Олег улыбнулся, слегка склоняя голову и выражая уважение к хозяйке вечера. Но весь его джентльменский запал был сбит Артёмом.

– Ну, будем знакомы, – Артём втиснулся между нами и протянул широкую ладонь.

– Будем, – спокойно ответил Новиков, пожимая руку, и улыбнулся.

– А раз будем, то идём к мангалу. Девочки здесь будут шушукаться, а мы с тобой там пошушукаемся.

Олег улыбнулся, но всё же прошёл. Надя посмотрела на меня со смущением.

– Я просто не знаю даже, что спросить.

– Да ничего не спрашивай, говори уж то, что я поступаю неправильно, – взмахнула рукой и опустилась за стол, чтобы помочь нарезать салаты.

– Нет, почему неправильно? Знаешь, мы с Темычем очень много обсуждали, что происходит с друзьями во время развода. Но друзья, к сожалению, как совместно нажитое имущество, тоже делятся. И как бы Артём не был хорошо связан бизнесом с Яковом, но он такого не приемлет. И поэтому, если тебе будет комфортнее с другим мужчиной, мы с радостью примем его в наш кружок по интересам.

– Я не знаю, комфортно мне с ним или нет. Он маленький.

Надя округлила глаза.

– Да вроде лось здоровый, соточку от груди должен жать, – усмехнулась она, проводя запястьем по носу. А потом звонко чихнула.

Я склонила голову к плечу, понимая, что аллергия у неё так и не проходила.

– Да я не о том. Он ментально лёгкий, свободный, необременённый, эгоцентричный и слишком с короной на голове.

– А то ты не умеешь короны поправлять лопатой, – произнесла Надя.

И мы слегка наклонились, рассматривая, что в мангальной зоне Олег делал с Артёмом. Ну, точнее было бы сказать, что Артём делал с Олегом, потому что в поле зрения появилась хорошая бутылка с прозрачной жидкостью. Я хмыкнула.

– Я так понимаю, Тёмыч решил показать, как на Урале отдыхают.

Надя пожала плечами.

– А то ты его не знаешь. Конечно, решил это сделать. Его хлебом не корми, дай кого-нибудь споить, а потом сказать: «Нет, нет, слаб мужик, пошёл».

Я фыркнула в кулачок. И Надя, взмахнув рукой, словно бы по секрету, наклонилась и произнесла:

– Слушай, сегодня ещё семья Новак приедет.

Я округлила глаза.

– Господи, я так их давно не видела. Ну, месяца четыре, наверное, точно.

– Ну, – Надя поддержала мой восторг. – Ну вот и мы. А здесь так интересно получилось. Ты позвонила, я набрала Новоженовых и такая, смотрю по записной книжке следующая фамилия. Думаю: дай позвоню, узнаю. А мы ещё когда встречались последний раз, я уточнила, смогут ли они к нам выбраться как-нибудь в гости, а они всё нет и нет, нет и нет. А тут позвонила – приедут.

Я счастливо улыбнулась.

Да, давно надо было выползать из ракушки развода. Давно надо было как-то пообщаться с друзьями семьи. И сейчас, видимо, Олег создал такой повод. В принципе как-то, покривя душой, я могла быть ему благодарна.

Олег зашёл к нам в беседку и, наклонившись, шепнул мне на ухо: