В разводе. Тост за бывшего! (СИ), стр. 45

Лера смекалисто улыбнулась и встав, прошла на кухню. Загремела посуда.

Когда мы все оказались за столом, дочка уточнила:

– Ну в любом случае ты же понимаешь, что решать-то всё равно надо?

Но решения на данный момент лезли в голову одно дебильнее другого. Родить ребёнка, вернуться к Яше – это, конечно, в порядке бреда и однозначно от того, что у меня мозг уже сходит с ума от недосыпа.

Не родить ребёнка, не вернуться к Яше – это самый реальный вариант.

Родить ребёнка, подкатиться к Новикову – это совсем вариант дерьмовый. Во-первых, я взрослая, самодостаточная женщина. Зачем мне чужие носки и трусы? Новиков – тот ещё киндер-сюрприз. Вот для чего мне сейчас пытаться подстроиться под него? Ради глупого желания обладать ребёнком? Что я выигрываю? Геморрой, если только.

Да, кстати, геморрой может реально во время родов появиться.

Опять-таки, я выпаду из работы на ближайшие года два. Как бы кто не рассказывал: “у тебя есть деньги”, “ты можешь обеспечить ребёнка няньками, гувернантками” — Господи, а форму-то мне мою кто вернёт? Я, конечно, могу через неделю после родов сесть на шпагат и сорок отжиманий сделать, но давайте смотреть правде в глаза: последний мой опыт с таким экстремальным похудением был после Лерки. А я тогда была ни много ни мало, но лет на пятнадцать-двадцать моложе.

В общем, ситуация была патовой. Куда не плюнь – везде козёл. Я должна была с этим как-то расправиться.

Ничего удивительного, что ушли мы все спать в расстроенных чувствах. Поэтому, когда моё позднее утро наступило, я поняла, что проспала на работу. Вспомнив о том, что сегодня у меня не было никаких встреч и я сегодня не веду никакое открытие одного из клубов города, я пошире зевнула, показывая потолку свои гланды, и только потом встала и прошла в душ.

С кухни доносились звуки.

Недовольнее всех была мама. Когда я появилась на пороге, она взмахнула руками.

– Майя, ну как так? Вроде не девочка уже!

– Мам, и на старуху бывает проруха. Представляешь? – недовольно буркнула я и обняла себя за плечи.

Мама подошла ко мне, поцеловала в висок.

– Садись, чай пить. Я шарлотку привезла.

– Папа как? – уточнила я.

– У папы сезон рыбалки начался. Вечером карасей привезёт.

– К тебе? Не ко мне? – уточнила я.

Лера ходила по кухне, уже готовая к великим делам и свершениям. И я, вскинув брови, уточнила:

– А ты далеко?

– Папа предложил встретиться. Надо кое-что обсудить.

Я подумала о том, что Яша собирается устроить какую-то диверсию. Нахмурилась, сузила глаза. Лера покачала головой.

– Не бери в голову. Он сказал, что хочет мне машину подарить.

Бабуля цокнула языком.

– А вот это я считаю правильно. От того, что отец кобелина, не надо отказываться от благ, которые он даёт.

Моя мама покачала головой и посмотрела на меня пристально.

– Майя, чего делать-то будешь?

– Для начала я позавтракаю, – честно призналась я, потому что сама не понимала, чего делать.

Ну, второй вариант был самым реальным и самым нетравмоопасным, скажем так — никого не рожать, ни к кому не возвращаться, ни с кем не спать.

Господи, я ни с кем вообще, в принципе, спать не буду. Это же надо было! Мне не двадцать лет! А секс был защищённый. Как угораздило? Вот кому расскажи – нарочно не придумаешь такую историю.

Я написала своему гинекологу о том, что: “алярм, алярм! У нас большие траблы”. Отписалась одному из управляющих на работу, чтобы проконтролировал весь сегодняшний процесс и я появлюсь ближе к завтрашнему дню. Вполне возможно, вечером заеду на работу, но это было не точно.

У меня сейчас было единственное желание – поскорее решить проблему, которая у меня образовалась.

И выйдя из подъезда, я с отвращением подумала о том, что проблему решить очень быстро не удастся — Новиков курсировал напротив подъезда, вдоль своей машины. Мне кажется, если бы он задумался, то вскоре бы перешел на строевой шаг.

– Майя!

Взгляд у него был холодный, недовольный, я бы даже сказала, с лёгким презрением. Мне пришлось закатить глаза и искренне удивиться, увидев его здесь. Хотя примерно это я и ожидала.

– Я, конечно, понимаю, что не самый хороший мужик, но и слушай, светопредставление со службой безопасности, с мордой в тротуарную плитку устраивать тоже было как-то лишнее.

А мне казалось, что он захочет меня распять. А здесь всего лишь тонкий намёк.

Это было что-то лишнее.

– Лишним было в этой ситуации, господин Новиков, тащить меня к своим извращённым и озабоченным друзьям, где все перетрахались друг с другом и рассматривают нового человека в компании, исключительно с точки зрения как бы её натянуть в сортире, либо как бы её уведомить, скольких её мужчина натягивал.

Олег растерялся, попытался схватить меня за руку, но я взмахнула локтем и рыкнула сквозь зубы:

– Олеж, куриные перья, случайно прилепленные на задницу, не делают тебя ангелом. Уймись уже!

Глава 52

“Жениться — просто и весело. Разводиться — сложно и грустно” – одна очень старая еврейская мудрость.

Новиков посмотрел на меня, и в его взгляде мелькнуло столько недовольства, что могла бы поклясться, что где-то в другой жизни я бы за это ох как хорошо получила. Но поскольку Олег подозревал, что в случае чего ещё ему наваляют, он сдержал язык за зубами и выдохнул:

– Ты могла сказать, что тебя не устраивает. Ты могла мне пожаловаться.

Я на него посмотрела и улыбнулась.

Я не знала, почему такая большая психоэмоциональная разница была. Он вот просто не понимал, что женщина, которая состоялась, которая родила детей, которая успешна, которая в разводе, у которой был длинный, достаточно хороший брак, не будем лукавить – она не будет стоять и доказывать, что ей что-то не нравится. Реально проработанная баба встаёт и уходит. Но желательно, чтобы у неё за спиной в это время взрыв бабахнул.

– Олег, я не собираюсь ничего объяснять ни тебе, ни твоим друзьям, ни твоим любовницам. Но просто на подумать: ты для чего меня туда привёз? Покрасоваться? Зверушку диковинную показать? Показал? Какие претензии ко мне? Я сидела, рта не могла открыть — ты не давал. Я сидела, смотрела на то, что все в этой компании однозначно не моего уровня.

И в этот момент в глазах Олега скользнуло какое-то понимание. Но я взяла и ударила его под дых.

– Они все челядь, а я богиня. С чего ты взял, что богиня может сидеть за одним столом с быдлом? С чего ты взял, что богиня может хихикать с дурочкой? Нет, я ничего не хочу сказать про эту девочку с милейшими картинами. Она действительно была единственная, которая не сводила с ума. Отчасти я была умильно рада её слушать. Она хотя бы дерьмо не несла, как та же самая Света в сортире.

И Олег, видимо, сначала посчитавший, будто бы я сказала про то, что где-то не дотянула до его друзей, желал броситься меня разубеждать в этом, но после моей отповеди набрал в грудь побольше воздуха.

– Ну, я, конечно, понимал, что ты женщина явно не с болячками и психологическими травмами. Но чтоб с такой, с короной.

Я улыбнулась.

– Однако не ты мне эту корону на голову натянул. Не ты мне её полировал. Так что и не тебе решать: правильно я где-то поступила или неправильно. Вот в этом принципиальная разница меня и тебя. Тебе охота поиграть во властного босса. Ты сидишь, кичишься, как тебе удалось взрослую женщину в постель затащить. Я этим давно не занимаюсь, мне абсолютно плевать, что обо мне подумают друзья, потому что друзья о мне плохого подумать не могут. Это и есть настоящие друзья. А у тебя что за друзья, рядом с которыми тебе надо находиться постоянно в состоянии тревоги и вот вот обнажённого меча. Ответь себе на эти вопросы. Мне не надо отвечать, я и так всё прекрасно знаю.

Олег шагнул ко мне, перехватил меня за локоть, притягивая.

– Я сейчас так понимаю, что мы с тобой не сможем договориться. То есть я даю почти стопроцентную гарантию на то, что мы оба уйдём ни с чем. Поэтому я предлагаю тебе не перемывать друг другу кости, не оценивать друзей, бывших мужей, друг друга, а просто провести время вместе. Я тебя не так многого прошу.