Истинная на полставки, или (не) счастье слепого дракона (СИ), стр. 92

Несмотря на всю его колкость, которая мне безумно нравилась, он был таким заботливым, что это казалось почти чем-то нереальным.

Даже сейчас… ведь узнал, как у меня на родине предложение делают. Не поленился!

— Ирэн! — поторопил он меня.

— Конечно же, я согласна, — улыбнулась я.

И тут же увидела, как он едва заметно выдохнул от облегчения. Несмотря на всю свою внешнюю уверенность, переживал, ожидая мой ответ.

— Как будто я могла ответить иначе.

Кольцо ловким движением скользнуло на мой палец, а Натаниэль поднялся, мгновенно заключая меня в объятия.

— Ты — могла. Ты самая непредсказуемая женщина в моей жизни. Во всём этом мире. Во всех мирах!

— Остановись, а то ты так до концепции мультивселенной дойдёшь.

— Плевать. Главное — что ты моя. Всегда была моей, а теперь и подавно не отвертишься.

— Прозвучало как угроза.

— Безусловно, — подтвердил он. — Просто знай, что ты от меня никуда не денешься. Я буду любить и носить тебя на руках до самой моей смерти.

— Что ж… Тебя я носить на руках не обещаю, но любить — да. Мой глупый дракон… К тебе стоило прийти в другой мир.

Он на секунду прикрыл глаза и улыбнулся так счастливо, что на глаза снова навернулись слёзы.

А затем склонился и поцеловал меня. Теперь уже не просто бывшую сиделку. Невесту.

И любовь всей жизни. Его и моей.

Глава 100

Платье было шикарным. Настолько, что я не узнавала себя в зеркале.

Шёлк цвета слоновой кости струился по фигуре, подчёркивая каждый изгиб. Глубокое декольте открывало плечи и ключицы, а ткань на спине спускалась почти до поясницы, оставляя открытой бледную кожу.

Юбка мягко облегала бёдра, а затем расходилась лёгким шлейфом, создавая иллюзию воздушности.

Я провела рукой по ткани, чувствуя, как она скользит под пальцами. Тёплая, мягкая, почти живая.

— Леди, вы великолепны, — прошептала портниха, которую Вика прислала подшивать по фигуре её творение.

Я не могла с ней не согласиться. Платье делало меня прекрасной. Стройной, высокой, почти нереальной.

— Ещё немного подтянуть здесь, — сказала я, показывая на талию. — И, кажется, чуть укоротить подол. А то я споткнусь и упаду прямо перед алтарём. Это будет незабываемое зрелище.

Портниха только улыбнулась и кивнула.

— Я сейчас, — сказала она, выходя из комнаты. — Принесу иголки.

Я осталась одна перед зеркалом, кружась, разглядывая себя со всех сторон. Платье действительно сидело идеально. Даже лучше, чем я могла себе представить.

Айрис, увидев меня в нём, наверняка скажет, что я похожа на принцессу. Вика скажет, что не ошиблась с фасоном.

А Натаниэль...

Дверь распахнулась так резко, что я подпрыгнула.

— Ирэн, я хотел... — начал он, влетая в комнату, и замер.

Я видела, как его взгляд пробежался по мне. От лица к шее, от шеи к груди, от груди к бёдрам. И ещё раз по кругу.

На его лице промелькнула целая гамма эмоций: удивление, восхищение, затем что-то более тёмное, жаркое, собственническое.

— Что это?

— Платье, — пояснила я. — Свадебное. Которое ты, кстати, видеть не должен.

— Это платье не подходит, — сказал хриплым голосом после недолгой паузы.

— Что? — я непонимающе моргнула. — Почему?

— Мы ведь договорились о том, что ты наденешь мешок! — напомнил он.

— Так это когда было! — закатила я глаза. — Ты тогда мешок одобрил, потому что тебе всё равно было. А сейчас ты видишь.

— Остальные тоже!

Я прищурилась и едва сдержала улыбку.

— Натаниэль, ты что, ревнуешь?

— Разумеется, нет. Всего лишь не хочу, чтобы на тебя смотрел кто-нибудь помимо меня.

— Это и называется ревность.

— Значит, ревную, — покорно согласился он.

И эта сговорчивость начинала слегка пугать.

— Мне нравится это платье, — надулась я.

— Мне оно тоже нравится. Но на свадьбу надень другое. Мешок! Нам срочно нужен мешок белого цвета!

— Вика тебя убьёт, — предупредила я. — Ты хоть представляешь, сколько она трудилась, чтобы создать для меня это платье.

— Я обязательно пошлю ей письмо с благодарностью и извинениями.

Именно этот момент выбрала швея, чтобы вернуться в комнату. Ещё и со служанкой, которая принесла закуски.

— Всё вон, — скомандовал Натаниэль.

Они растерянно замерли, посмотрев на меня. А я что? Только плечами пожала.

Натаниэль смотрел на меня так, что внутри всё переворачивалось. И от его тона, и от властности в голосе, и от искр, которые плясали в его глазах.

— Я не врал, Ирэн, — сказал он, когда за портнихой закрылась дверь. — Мне очень нравится это платье. А ещё больше нравится мысль о том, как я буду его снимать.

Он шагнул ко мне, и его руки мгновенно сомкнулись на моей талии.

— И я не позволю, чтобы кто-то ещё видел тебя в нём. Никто, кроме меня.

— Не подозревала, что ты можешь быть таким.

— Когда речь идёт о тебе, у меня отсутствуют границы.

Я стояла к нему спиной и чувствовала его дыхание на своей шее. Его губы коснулись моей кожи — сначала легонько, почти невесомо, словно пробуя на вкус.

А затем поцелуй стал откровеннее. Он целовал мою шею, спускаясь к плечам, и каждый его поцелуй отдавался дрожью внутри меня.

— Ты такая красивая, — прошептал он между поцелуями. — Невероятная.

Я закрыла глаза, откинув голову назад и положив затылок на его плечо. Его руки скользнули с моей талии к животу, затем выше, к груди…

— Признайся, ты просто хочешь испортить платье, — прошептала я.

— Я хочу тебя. В этом платье или без него. Весёлую и грустную, злую и радостную, уставшую и полную сил. Я хочу тебя каждую секунду каждого дня. Хочу, чтобы ты была со мной. И хочу, чтобы ты была счастлива. Демоны с ним, с этим платьем. Если так нравится, надевай. Я потом просто убью всех, кто на тебя смотрел.

Очень хотелось хлопнуть себя ладонью по лбу и засмеяться.

Вместо этого я развернулась в кольце его рук и, привстав на носочки, потянулась за поцелуем.

Платье мы всё же испортили. Но это никого в итоге не волновало.

Эпилог

Свадьба выдалась шикарной, но утомительной.

Я бы ограничилась исключительно походом в храм Рорены — и чтобы скрепить наш союз, и чтобы вознести ей хвалу.

Всё же именно эта богиня вернула мне Натаниэля. Ей стоило поклоняться.

Но скромной свадьбы не получилось. Натаниэль, как один из Верховных, просто не имел права не устроить пир на весь мир.

— Это невыносимо, — шептала я Саше, пока мы стояли в углу зала и наблюдали за танцующей толпой. — Они смотрят на меня как на обезьянку в зоопарке.

— Это ведь твоя свадьба, — пожала она плечами.

— Пусть смотрят, — хмыкнула Вика. — А зря ты первое платье не надела! Тогда смотрели бы чуть по-другому.

— Нет уж. Шокировать публику — это твоя прерогатива.

Леди Хольт была ещё на ранних сроках беременности, но уже можно было заметить, как слегка округлилось лицо, налилась грудь. Да и одежду она начала носить более комфортную. Что важно, без корсетов!

— Что ж, тоже верно, — согласилась Вика. — К тому же, это платье тебе тоже идёт.

Нежная ткань переливалась при каждом движении. На этот раз лиф был закрытым, но с искусной вышивкой. Он подчёркивал талию и грудь, но без той откровенности, что была в первом варианте.

— И ты права. Для таких праздников лучше что-то скромное. Старых извращенцев, любящих заглядывать в вырез платья, везде хватает.

— Обо мне сплетничаете, девочки?

К нашей женской компании присоединился Теодор Хартманн.

Как аристократ, да и просто знакомый обоих молодожёнов, он тоже был приглашён на свадьбу.

— Вас удивительно неинтересно обсуждать, господин ректор, — покачала головой Саша.

— Адептка Норд! Ты, оказывается, не только фикусы убиваешь, но и мою самооценку, — трагичным голосом протянул лорд Хартманн.

— Я уже не адептка, — улыбнулась Саша.