Укротитель Драконов V (СИ), стр. 16
Я хотел возразить. Даже открыл рот и остановился.
Все эти месяцы я говорил о свободе, считал драконов разумными существами, видел в них половины древнего целого. И всё равно употреблял привычные слова. Мой Сухарь. Мой Кар-Рох. Моя стая. У людей подобные слова тоже бывали тёплыми: мой брат, мой друг, мой дом. Только дракон видимо слышал глубже слов. Может, там действительно оставалась тонкая петля, которую я сам до сих пор не замечал.
Я опустил взгляд к снегу. На белом насте лежала тень Шаата, густая и почти чёрная.
— Хорошо, — сказал я.
Караульные подошли ближе. Они уже наверняка слышали мой голос. Обет, старый обычай, дедово слово — всё это ещё имело значение, однако сейчас значение уместилось в одном холодном теле возле кладки.
Я посмотрел Шаату в глаза.
— Я хочу, чтобы он жил.
Фраза вышла сама. Я ничего не собирал внутри и не искал правильной интонации. Просто сказал то, что оставалось, когда отбросишь страх перед Советом и все умные слова о связи.
Шаат смотрел долго. Втянул воздух возле моего лица, будто пробовал запах сказанного, потом выдохнул пар и встряхнул головой. Лиловые глаза стали шире. Жёсткость из них ушла самую малость, едва заметно, а затем он перевёл взгляд на Сухаря.
— Неплохо, — произнесла Пряха. — Убедил. Теперь ты.
Она шагнула ближе к кладке.
— Что делать?
— Правую ладонь положишь Шаату на ноздри. Левую держи на морде малого, возле основания гребня. Сядешь между ними. Дышать будешь по моему счёту. На задержке говори про себя: «Ашш эн-на».
Я повторил незнакомые звуки одними губами.
— Что значит?
— Я здесь.
Перед глазами сразу возникло серое лицо Тени. Мутные глаза, чёрные линии на висках, холодная пещера над Пеленой. Полный вдох, задержка до предела, страх проходит сквозь тебя, а на выдохе остаётся одно: я здесь.
Я невольно улыбнулся.
— Я это уже слышал, и совсем не от человека с Серой печатью.
— Неудивительно. Печать умеет давать старым вещам новые названия и считать, что от этого они становятся её собственностью. — Пряха присела рядом с Сухарём и коснулась пальцами его шеи. — Нить держи всем существом. Начнёшь думать о людях внизу, о деде или о том, как выглядишь со стороны, поток уйдёт в тебя. Оттуда ты его уже целиком не вытащишь.
Я сел в снег между драконами. Шаат повернул ко мне морду и открыл ноздри. От одного его дыхания кожу на лице стянуло холодом. Протянув левую руку, я замер у чёрной чешуи. Он втянул мой запах и прикрыл глаз.
Я положил ладонь ему на нос.
Ощущение пришло сразу.
Будто я шагнул глубоко в Пелену, минуя склон и верхний слой. Под рукой лежала холодная бездна, огромная и живая. Из неё поднимался знакомый гул, который обычно слышался сквозь толщу Мглы, только сейчас звук шёл по костям пальцев. Рука онемела до запястья.
Правой ладонью я коснулся Сухаря. Его чешуя казалась почти мёртвой после Шаата, слабый отклик по нити дрогнул и оборвался.
— Держи обоих, — сказала Пряха. — Вдох.
Я вдохнул.
Шаат тоже втянул воздух. Под левой ладонью что-то сдвинулось, мощное, вязкое. Оно вошло через пальцы и поднялось к локтю.
— Задержка.
Ашш эн-на.
Я здесь.
— Выдох.
Внутри словно начала открываться заслонка. Сначала по капле, с трудом. Потом поток усилился.
Горечь вошла через руку. Она поднялась вдоль кости, дошла до плеча и разлилась под рёбрами. Знакомая тяжесть Пелены оказалась внутри тела, где ей вроде бы места не было. Сердце сжало холодным обручем. Пальцы на морде Шаата начали каменеть.
— Дыши, — жёстко сказала Пряха. — Долго держишь. Хуже сделаешь.
Я выдохнул остаток воздуха и снова вдохнул. Перед глазами поплыла лиловая муть. Снег, кладка и драконы стали дальними, будто я смотрел на них через толщу мутной воды.
Ашш эн-на.
Я здесь.
С каждым выдохом поток шёл легче. Шаат отдавал его ровно, тяжёлыми волнами. Часть проходила через грудь и уходила в правую руку, к Сухарю, а другая будто оседала во мне. Я чувствовал её в рёбрах, словно под кожей прокладывали тонкие холодные нити.
Система собралась из лилового света.
[АШШ-НАРРА: АКТИВНА]
[Источник: теневой штурмовой — СТОРОННИЙ]
[Приёмник: Сухарь]
[Резонанс пустоты: 6% → 9%]
[Проходимость канала: 62%]
[ВНИМАНИЕ: КАНАЛ ОТКРЫТ В ОБЕ СТОРОНЫ]
[Тренировка метода: АКТИВНА]
[Рекомендация: стабилизировать дыхательный ритм]
[Удерживать образ приёмника]
Сухарь.
Я собрал его внутри целиком: худое тело, восстановленное крыло, радость первого полёта, снег на морде. Вспомнил, как он чихал после того, как зарылся носом в сугроб, и как копировал рык Шаэ-Рааха. Нить отозвалась.
[Резонанс пустоты: 12% → 17%]
[Деградация контура: ЗАМЕДЛЕНА]
Дышать становилось труднее. На вдохе воздух доходил лишь до середины груди, а дальше встречал холодную преграду. Я продолжал. Вдох. Задержка.
Я здесь.
Выдох.
Пелена клубилась уже внутри меня. В ней двигались тени, сперва похожие на сгустки дыма. Одна пронеслась вдоль рёбер и исчезла возле сердца. Следом прошла другая. Потом ещё одна, гораздо дальше, словно внутреннее пространство внезапно стало огромным.
Я держал Сухаря.
[Резонанс пустоты: 21% → 28%]
[Состояние приёмника: СТАБИЛИЗАЦИЯ]
И тогда кто-то повернул голову.
Голоса не было. Морок тоже не пришёл. Просто очень далеко существовало нечто, занятое своим движением или сном, и на одно короткое мгновение оно словно почувствовало открытый канал. Расстояние там ничего не значило. Это напоминало Тэр-Ашт, хотя белого света рядом не оказалось. Здесь лежало серое поле, глубокое и протянувшееся сквозь горы. Чужое внимание нашло меня сразу.
[ВНИМАНИЕ]
[ОБНАРУЖЕНО СТОРОННЕЕ ВНИМАНИЕ]
[КЛАССИФИКАЦИЯ: НЕОПОЗНАНО]
[НАПРАВЛЕНИЕ: НЕ ОПРЕДЕЛЯЕТСЯ]
Сердце окаменело. Ужас пришёл волной, холодной и такой сильной, что я перестал чувствовать ноги. Чужой взгляд задержался. Он словно видел меня изнутри канала, вместе со всеми тремя нитями и тем сквозняком, который нашла Пряха.
Я здесь.
Фраза рассыпалась.
Я попытался вдохнуть и не смог. Пальцы сами разжались. Левая рука соскользнула с морды Шаата, правая сорвалась с Сухаря, и мир перевернулся.
Щекой я ударился в снег.
Некоторое время вокруг оставалась фиолетовая тьма. Она пульсировала в такт сердцу, потом сквозь неё пробился холод под лицом. Я услышал шаги и тяжёлое дыхание драконов. Кто-то взял меня под мышки, приподнял и усадил.
— Спиной к каменному, — сказала Пряха. — Сиди с ним. Он тебя соберёт.
За лопатками оказалась горячая грудь Кар-Роха. Нить каменного встретила меня плотным теплом. Я откинул голову ему на чешую и несколько раз вдохнул. Воздух снова прошёл глубже. Сердце колотилось, а обруч понемногу отпускал.
Пряха сидела передо мной на корточках. Лицо сохраняло обычное спокойствие, только губы были сжаты чуть плотнее.
— Хорошо, — сказала она. — Ты смог.
Я медленно повернул голову к кладке.
Сухарь стоял.
Лапы ещё дрожали, зато он держал голову поднятой и хлопал крыльями, разбрасывая снег. Лиловый отсвет собрался в глазах яркой точкой. Подросток оглядел Шаата, Кар-Роха, замер на грозовом и радостно пискнул, словно вернулся после долгого пути и обнаружил, что все остались на месте.
Потом увидел меня.
[СКАНИРОВАНИЕ: Дрейк — Теневой — Подросток]
[Резонанс пустоты: 41% — ВЫШЕ ПОДДЕРЖИВАЮЩЕГО ПОРОГА]
[Деградация контура: ОСТАНОВЛЕНА]
[Ориентация: ВОССТАНОВЛЕНА]
[Распознавание связанных существ: ВОССТАНОВЛЕНО]
[Следующий необходимый насыщенный контакт: 26–34 часа]
[Искра Связи: 30% → 37%]
[Примечание: канал укреплён критической нагрузкой]
Сухарь бросился ко мне. Кар-Рох успел чуть отвести лапу, и подросток сунул холодный нос мне за воротник, ткнулся в шею, заскулил, потом полез мордой к лицу. Теперь он явно скулил от радости, а не от боли. Нить под рёбрами вспыхнула тёплым узнаваемым пятном.