Ложные Боги умрут (СИ), стр. 27

Александр снова ударил его в живот — теперь можно было приступать к главному. Коснувшись правой рукой затылка короля, он начал чертить метку, блокируя воздействие чипа.

Почувствовав связь с меткой, он втянул лежавшие неподалёку трупы в своё кольцо и отпустил короля — тот рухнул на землю, будто из него вытащили все кости.

— Будешь выполнять мои приказы. Теперь твоя жизнь принадлежит мне. Ты меня понял?

Заставляя метку вырабатывать гормоны страха, он увидел покорность в глазах короля.

— Я всё понял, мастер. Теперь я слушаю только ваши приказы, — опустив взгляд, тихо ответил Георг.

— О всех задачах, поступающих от богов, сообщай лично мне. Связываться будешь через метку, — отдал указания Александр, оглядывая хаос вокруг.

Приведя местность в относительный порядок, он уничтожил кристаллы наблюдения в округе, а затем, схватив короля под руку, повёл его обратно в главный зал.

— Запомни: сегодня на тебя напали революционеры — они главные враги королевства. Никакой Чёрной Маски не было — это всего лишь жалкая попытка прикрыться её именем. Я, барон Анарендил, спас тебя от нападавших и был ранен в бою, — и за это ты завтра даруешь мне титул виконта! — внушал он королю, промывая ему мозги на ходу.

Бальный зал.

После недолгих переговоров с капитаном рыцарей Рафаэль договорился не убивать заложников. Захватив с собой пятерых аристократов, он благополучно покинул зал и вернулся в город.

Король, вернувшись в сопровождении барона Анарендила, торжественно объявил, что главный враг королевства — группа революционеров. О Чёрной Маске все благополучно забыли, будто её никогда и не существовало.

Только Афина, так и не добившаяся справедливости, осталась ни с чем. Сжав кулаки, она продолжала свои поиски — упрямая, одинокая и по‑прежнему готовая к бою.

Глава 17

С инцидента в королевском дворце прошло два дня. Проснувшись, он по привычке вышел на балкон, чтобы закурить, — и вдруг его словно током ударило.

Эти два дня были неспокойными лишь для него одного: пока остальные праздновали победу и встречали новый год, он всё никак не мог ухватить какую‑то ускользающую деталь. Что‑то явно ушло из‑под контроля.

«Карло Гамбино… Кха‑кха». Попытавшись усмехнуться, он поперхнулся дымом от сигары. Как он мог забыть про виконта? Тот, наверное, уже с ума сходит — столько дней в плену.

Создав разлом, он сверился с сигналом, идущим от Карло, и шагнул в пространственную трещину, растворяясь в мерцающем свете.

В пригороде тянулись ряды заброшенных зданий, унылых и заросших. Среди них выделялся неприметный склад — покосившийся, с прогнившими стеллажами, укутанный слоями пыли и паутины. С заднего двора к нему вела едва заметная тропинка — она уводила к люку, скрывавшему вход в подвал.

Карло вместе с другими пленниками висел, привязанный за руки к потолку. На голове у него был старый грязный мешок, во рту — кляп.

Посреди помещения внезапно раскрылся разлом — и страж‑эльф, сидевший неподалёку, подскочил, хватаясь за оружие. Трясущимися руками он направил ствол на появившегося Чёрную Маску.

— Мальчик, где твой босс? У меня дело к Рафаэлю, — подойдя ближе, он спокойно положил ладонь на дуло пистолета и мягко опустил его вниз.

Эльф дрожал всем телом и, тыкая пальцем в сторону металлической двери, что‑то бормотал себе под нос.

— Говори громче, я тебя не съем. Чего ты так боишься? — нетерпеливо бросил он.

Ответ последовал не сразу. В углу на столе мелькнул помятый постер: на нём скалилась зубастая пасть Чёрной Маски.

Подпись гласила: «Чёрная Маска ест ваших детей».

«Они там совсем с ума сошли?» — пронеслось у него в голове.

— Босс на совещании, за дверью. Но я не могу её открыть — у меня нет ключа, — наконец выпалил эльф, отступая в сторону и освобождая проход.

Проходя мимо привязанных пленников, он заметил, как одно из тел отчаянно задёргалось — человек явно хотел поскорее оказаться на полу.

«М‑да уж…» — подумал он, глядя на массивную металлическую дверь.

Кристальная защита!

Он покрыл пальцы слоем прозрачных кристаллов, вонзил их в бетон вокруг двери и, схватив раму, с рывком выдернул дверь из стены.

За дверью сидели пятнадцать энхансеров — члены совещания. Они вытаращили глаза, будто увидели не человека, а оживший кошмар.

— Здрасьте. Мне нужен Рафаэль — буквально на пару минут, — он кивнул в сторону орка и махнул рукой, приглашая того выйти.

Подойдя к пленникам, он выхватил меч, одним ударом срубил верёвки и подхватил падающее тело Гамбино.

— Вам нужен этот аристократ? — раздался голос Рафаэля у него за спиной.

— Да, я пришёл за ним. Во время нашей прошлой встречи так вышло, что вы похитили моего родственничка, — криво улыбнувшись, он слегка пожал плечами.

Орк, тоже усмехнувшись, помог развязать пожилого эльфа. Стоило мешку слететь с головы Гамбино, как тот разрыдался, будто увидел свет после десяти лет темноты.

— Спасибо, Маска! Я уж думал, что проведу тут остаток своих дней! — на его лице будто за одну минуту прибавилось морщин, а седая шевелюра стала ещё пышнее.

— Подожди в стороне. У меня ещё дело к Рафаэлю — потом заберу тебя отсюда, — отведя старика в угол, он протянул орку кольцо с письмом.

Рафаэль вскрыл послание, пробежался глазами по строчкам, проверил кольцо и энергично закивал.

— Я согласен на ваше предложение, Маска. Или мне теперь называть вас бароном Анарендилом? Неважно. Наша первая поставка будет через пару дней. Подготовьте несколько своих людей для транспортировки, — он протянул руку, буквально сияя от воодушевления.

Для группы революционеров любое финансирование было на вес золота, а предложение о закупке оружия оказалось настоящим подарком судьбы.

— Вот и хорошо. У меня ещё куча дел на сегодня. Свяжитесь с Тауреном — это мой человек. Все дела будете вести через него, — пожав руку Рафаэлю, он бросил ему кристаллик связи.

— Поднимайся, нам пора, — подтолкнув Гамбино в спину, он открыл новый разлом, и оба исчезли в мерцающей трещине.

Вся операция заняла меньше часа. Оставив Карло во дворе его особняка, он вернулся к себе, вышел на балкон и закурил, уставившись на мрачный силуэт мёртвого дерева.

Он долго сидел в кресле, не отрывая взгляда от Мирового Древа, пока сигара тихо тлела в зубах. Что‑то неумолимо тянуло его туда — какая‑то странная, почти магнитная сила.

Дел на день не было. Плюнув на всё, он натянул защитное снаряжение, поправил маску и, открыв разлом, исчез из комнаты.

Появился он неподалёку от Древа — и замер, поражённый его масштабом.

Великое Древо… Язык не поворачивался назвать его иначе. Оно возвышалось над землёй, словно древний исполин, забытый временем.