Коттабыч и нашествие бесов (СИ), стр. 13

Наконец мне удалось забиться в комнату, где я долго сидела неподвижно, машинально поглаживая кота и глядя в окно. Следовало всё-таки соорудить какой-никакой поводок, чтобы выводить зверя на прогулку. Стоило сходить в местную лавку травника и хотя бы посмотреть, что там вообще есть. Необходимо было позавтракать. Или уже пообедать. Неважно. Но я впала в странный ступор без эмоций и ощущений, и прерывать его не было ни сил, ни желания.

Примерно через час в дверь тихо постучала Марыся.

— Да-да, — отозвалась я, не двигаясь с места.

Девушка вошла с большущей деревянной пиалой.

— Сварила тут тебе немного бульона, — неожиданно мягко сказала она.

Я только и смогла, что обалдело пробормотать: «спасибо», принимая чашу. Та увидела мое удивление и пояснила:

— У всех бывают плохие дни. И хорошо, когда рядом есть кто-то, кто может принести горячий бульон. Ты сейчас очень далеко от своих родных, поэтому пока это буду я.

Хозяйка пристройки затворила за собой дверь, а я твёрдо решила, что как только начну зарабатывать что-то посущественнее еды и ночлега, приволоку ей самый лучший подарок, какой найду. И принца для неё приворожу. Только настоящего.

За весь день из полезных дел я осилила только добычу туалетного ящика для кота. Натаскала в него песка и понадеялась, что привыкший к свободной жизни зверь оценит мои старания по заслугам. Выходить с ним на улицу я пока боялась. От Рыжика и его волшебной шерсти буквально зависело моё будущее, а потерять питомца где-нибудь в рыночной толчее — плёвое дело.

Вечером прибежала встревоженная Акимовна и дрожащим голосом сообщила, что ко мне ПРИШЛИ.

«Гостей» оказалось трое. Городские маги, одетые кто во что горазд, но максимально пафосно и экстравагантно. Заводилой среди них явно был высокий худой старик с длинной бородой и безвкусной островерхой шляпой, увешанной блестящими побрякушками. Ну, то есть это наверняка были сплошь древние ценные артефакты, но на мой взгляд — бижутерия. У меня такие штуки теперь тоже водились благодаря фее.

Фиолетовая хламида, расшитая золотыми звёздами, ниспадала складками и волоклась за дедом по полу. Робот-пылесос, да и только.

Второй посетитель больше напоминал монаха. Он был довольно высок, но при этом кругл как бублик, а его одежда ну о-очень смахивала на рясу, только из дорогущего переливчатого черного бархата. Украшений мужчина не носил, за исключением массивного черного перстня с камнем-печаткой.

Мужскую компанию разбавляла средних лет барышня, весьма полная и ярко накрашенная. Без перебора, так что макияж нельзя было назвать крикливым, но и проигнорировать это лицо (причём в любой обстановке) тоже оказалось бы нелегко. Ее одежду украшало множество колокольчиков, мелодично позванивающих при каждом шаге.

Вид у всех троих был мрачный. Не похоже, что они пришли, чтобы радушно принять меня в гильдию.

— Нам надо поговорить наедине, — без обиняков заявил тощий.

— Пригласишь нас в свою комнату, милочка? — спросила дама, подходя ближе.

«Монах» только мрачно буравил меня взглядом.

Блин, не хотелось бы показывать им кота. Вдруг отберут? Хотя они наверняка и так про него узнали, раз пришли ко мне. Я молча распахнула дверь. Рыжик как раз осваивал лоток, с упоением разбрасывая песок по всей комнате. Стало ужасно неудобно. Но в конце концов, они же сами припёрлись, да ещё и без предупреждения!

Маги медленно втянулись в комнату, брезгливо приподнимая полы одежды.

— Ты нарушаешь все мыслимые и немыслимые правила, — заявила ведьма, захлопывая дверь изнутри и обмахивая её куском меха. — Всё, теперь нас не подслушают, — обратилась она к спутникам.

— По крайней мере теперь ясно, откуда у тебя такое могущество, — сквозь зубы процедил Фиолетовый, кивая на кота.

— Простите, я здесь только со вчерашнего дня и ещё не успела выучить правила, — покаялась я. — Укажите мне, пожалуйста, на мои ошибки.

Всегда лучше попробовать избежать конфликта, а не лезть на рожон.

— А головой подумать? — взорвался Монах. И увидев полное непонимание в моих глазах, резко продолжил: — Ты вылечила старую женщину. Пол-ность-ю! Понимаешь?

— А-а, ну-у, а это плохо? — их логика мне никак не давалась.

— Допустимо давать пациентам только временное облегчение. Если ты вылечишь всех, то на что потом станешь жить? Чем мы все станем зарабатывать? Гаданиями да приворотами?

— Но ведь лечить не до конца — это плохо, это обман!

— Ничего подобного. Мы даём им эффективные снадобья. Проводим настоящие ритуалы. Хорошие, качественные, действенные. И они работают определенное время. Мы не требуем ничего особенного взамен. Пациент приносит столько, сколько ему не в тягость, а мы получаем достаточную оплату за свою работу.

— А бабушки мне говорили, что с них дерут неподъёмные деньги! — вспылила я.

— Люди всегда так говорят. И всегда будут. Поверь, рано или поздно твои почти бесплатные услуги тоже покажутся им слишком дорогими. Они не умеют быть по-настоящему благодарными. По крайней мере — долго. Они гораздо больше ценят то, за что выложили кровно заработанные гроши. Понимаешь, что я имею в виду?

Я понимала. Не очень хотела верить, но в их словах был определенный резон.

— Да я и не собиралась, честно! Так получилось!

— Именно поэтому мы пришли к тебе по-хорошему, — ведьма присела на кровать и дежурно улыбнулась. — Все эти бабули милы до поры. Я очень не советую тебе у них задерживаться. Иначе потом ещё и должна окажешься. Ты ведь ничего не платила им за еду и ночлег, верно?

Я смогла только кивнуть.

— Перебирайся в свободную комнату при библиотеке, дитя. Обживись, разберись, что и как устроено. А потом уже твори благие дела, если возникнет желание. Только по чуть-чуть и не бесплатно. Понимаю, что это звучит не очень приятно, но все мы через это проходили, когда были молодыми и горячими. И иначе никак.

— А как я буду платить за комнату и покупать продукты? Ну, пока обживаюсь? — обреченно уточнила я.

— Да хотя бы сходи к тому купцу, которому устроила небывалую удачу в торговле, и потребуй у него долю от прибыли, — усмехнулась ведьма.

— Какому купцу? А-а… — мне вспомнился продавец уздечек и мой неосмотрительный щелчок пальцами. — А он даст?

— Даст, куда денется. Если что, намекни, что удачу и забрать можно.

— Ладно, — пробормотала я. — Спасибо вам! А котика? Котика я ведь могу увезти в библиотеку с собой?

— Конечно, он же твой фамильяр, — подал голос Монах. — Или нет?

— Фамильяр-фамильяр, — горячо заверила я, предполагая, что простого питомца маги наверняка заберут себе. Исключительно из благих побуждений. — Куда я, туда и он. У нас это… связь. Мы не можем разлучаться.

— Ага, я так и понял, — прищурился маг. — А как его имя?

— Р… — начала было я. Потом опомнилась. Вдруг кота тоже можно подчинить? Хотя он же это прозвище получил от меня всего пару дней назад… Нет, лучше перестраховаться.

— Рыжий? — предположил человек в рясе, потирая руки.

— Р-раз вам так интересно, — я постаралась максимально убедительно изобразить заикание, — его зовут Коттабыч.

— Странное имя. Эй, Кот-та-быч, Кот-та-бы-ы-ыч! — нараспев протянул монах.

К моему ужасу, кот обернулся и вальяжно направился к незваному гостю. Обнюхал протянутую руку. А потом развернулся и начал брезгливо скрести лапой пол, «закапывая» ботинки чародея.

Ведьма с колокольчиками расхохоталась:

— Говорят же тебе, Серый, это фамильяр! Его так просто не переманишь.

Мужчина скривился, поднялся и величественно направился к двери. Его спутники двинулись следом.

Распрощались мы на том, что завтра я мирно поговорю с бабулями и перееду в библиотеку.

— И лучше сделай это спозаранку, пока не набежали новые просители, напутствовал меня Фиолетовый.

Очень скоро, но всё-таки позже, чем нужно, я поняла, что стоило прислушаться к его совету.

Глава 8

— А чего эти трое притаскивались-то? — сразу после ухода гостей в комнату угрём проскользнула Акимовна. А за ней — вся остальная бабко-банда. Вне всяких сомнений, старушки толпились за дверью во время разговора, тщетно прислушиваясь.