Я, ты и пес, стр. 3

Он лежал на своей подстилке, прижимая жёлтый мяч к груди.

— Твой хозяин странный, — сообщила я.

Бублик открыл один глаз.

— И перестань так смотреть. Никто мне не понравился.

Пёс снова закрыл глаз.

Удивительно, как убедительно собака умеет не поверить ни одному слову.

Глава 3

К концу первой недели я перестала просыпаться с мыслью о почте бывшего отдела. Это произошло незаметно. Сначала я открывала рабочий мессенджер по привычке, потом вспомнила, что доступ отключён, и чувствовала пустоту. Через несколько дней вместо этого начала проверять сообщения владельцев гостиницы, смотреть расписание заездов и думать, успеем ли мы вымыть свободный номер до приезда двух корги. Мне всё ещё казалось, что новая работа временная, но слово «временная» постепенно переставало звучать как приговор.

В «Хвостах» никогда не повторялся один и тот же день. Утром такса Люся украла из кухни половину огурца и спряталась с добычей под диваном. В полдень владелица шпица Марса позвонила узнать, не грустит ли её мальчик, пока сам мальчик стоял на столе в комнате груминга и пытался стащить ватный диск. После обеда Ричард отказался идти на прогулку из-за мокрой травы, и мы с Алёной десять минут убеждали пожилого спаниеля, что достоинство не пострадает от нескольких капель дождя. Бублик во всём этом хаосе сохранял статус моего персонального хвоста.

— Он скоро начнёт отвечать на твоё имя, — заметила Алёна.

— Отлично. Тогда можно ставить его за стойку.

— Клиенты будут довольнее.

Я хотела возразить, но телефон завибрировал. Андрей прислал сообщение: «Проверка связи. Голоден?»

Я сфотографировала Бублика, лежавшего у моих ног после обеда, и написала: «До ужина не доживёт. В глазах отчаяние».

«Я вижу. Кормите немедленно».

«По расписанию через два часа».

«Жестокое место».

«Можете забрать».

Ответ появился не сразу. «Вечером приеду».

Я уставилась на экран дольше, чем требовалось. Бронь действительно заканчивалась вечером, и приезд хозяина был абсолютно естественным событием. Но мне не понравилось, как быстро внутри стало пусто от мысли, что Бублик уедет. С псом всё объяснялось легко. За несколько дней я привыкла к его тяжёлой походке, тёплому боку у ног, манере приносить игрушку и затем часами не отдавать её. С его хозяином было сложнее. Андрей появился здесь всего дважды, зато почему-то занял в мыслях место, которое обычно освобождалось только после нескольких месяцев знакомства.

К шести я поймала себя на том, что поправляю волосы в отражении стеклянной двери. Разозлилась и собрала их в хвост. Потом снова распустила. Алёна наблюдала из-за стойки, делая вид, что заполняет накладную.

— Скажешь хоть слово, я уволюсь.

— Я молчу.

— У тебя лицо разговаривает.

— Это врождённое.

Андрей приехал в половине седьмого. Бублик увидел машину раньше меня и сорвался с места так мощно, что поводок выдернул мою руку вперёд. Я успела приготовиться и удержалась. Пёс тянул, поскуливал от радости, а когда Андрей вышел за ворота, бросился к нему всей массой. Мужчина присел, обнял собаку за шею, получил несколько влажных поцелуев в лицо и выглядел при этом счастливым настолько открыто, что у меня что-то неприятно сладкое шевельнулось под рёбрами.

— Похоже, вас простили, — сказала я, когда Андрей поднялся.

— За что?

— За пять дней без него.

— Это я должен его прощать. Судя по фотографиям, он прекрасно жил.

Бублик подошёл ко мне, ткнулся носом в ладонь и вернулся к хозяину.

— Видите? Он дипломат.

Мы оформили выезд. Я вернула корм, щётку, полотенце и игрушки. Андрей проверил сумку, затем достал из кармана маленький резиновый мячик с шипами и положил на стойку.

— Это не наше.

— Ваше.

— В каком смысле?

— Для гостиницы. Бублик вчера отобрал похожий у лабрадора. Решил компенсировать ущерб.

— Сам решил?

— Я передаю его волю.

Андрей посмотрел на меня так, что я опять почувствовала себя слишком заметной.

— Тогда возьмите. Вдруг ещё увидимся.

— У вас же больше нет брони.

— Пока нет.

Его телефон зазвонил, и момент закончился. Андрей ответил, отошёл к двери, а я занялась бумагами, хотя одна и та же строка в журнале вдруг стала невероятно сложной. Через пару минут он вернулся, попрощался с Алёной и повёл Бублика к машине.

Пёс встал у калитки.

Андрей потянул поводок.

Бублик сел.

— Пойдём.

Пёс посмотрел на меня.

Я замерла.

— Бублик, домой, — повторил Андрей.

Тот лёг.

Алёна за моей спиной издала звук, похожий на кашель, но я знала этот кашель. Подруга давилась смехом.

— Он устал, — сказала я.

— Он шантажист.

Андрей вернулся к псу, присел, что-то сказал ему тихо. Бублик перевёл взгляд с хозяина на меня и тяжело вздохнул.

— Может, я провожу до машины?

— Боюсь, он решит, что вы едете с нами.

— Тогда вы останетесь жить здесь.

— Рассматриваю оба варианта.

В итоге я всё-таки пошла. Бублик бодро дошёл до машины, позволил открыть багажник, а затем развернулся и уткнулся носом мне в живот. Я обняла его большую голову и неожиданно ощутила ком в горле. Смешно. Пять дней назад я считала собачью гостиницу промежуточной остановкой. Теперь мне было тяжело отпускать клиента.

— Всё, гигант, — сказала я, чесав его за ухом. — Спасибо, что не сломал мне руку. Будь приличным.

Он лизнул меня в щёку.

— Это обещанием не считается.

Когда Бублик забрался в машину, Андрей закрыл багажник и задержался рядом.

— Он по вам скучать будет.

— Я тоже.

Слова вылетели раньше, чем я успела придать им менее личный смысл. Андрей смотрел спокойно, но в его взгляде появилась мягкость.

— Можем это исправить.

— Каким образом?

— В субботу я еду с ним на большую прогулку к озеру. Хотите с нами?

Мне следовало хотя бы сделать вид, что я размышляю. Женщина с опытом переговоров должна уметь выдерживать паузы, оценивать риски, не соглашаться раньше времени.

— Хочу.

Андрей улыбнулся.

— Тогда напишу время.

Он уехал. Я ещё несколько секунд стояла у ворот, пока тёмно-синяя машина не скрылась за поворотом, а затем медленно вернулась к зданию.

Алёна ждала меня на крыльце.

— Ни слова.

— Я собиралась напомнить, что завтра к восьми привезут двух корги.

— И всё?

— Ещё я думаю дать тебе выходной в субботу.

Я остановилась.

— Ты ужасный человек.

— Очень практичный. Если Бублик в тебя влюбился, надо поддерживать клиента.

— Я иду гулять с собакой.

— Разумеется.

— И с хозяином.

— Какая неожиданность.

Я прошла мимо неё, толкнула дверь и услышала смех за спиной. В комнате для персонала пахло кофе и влажными полотенцами. На подоконнике лежал новый мячик, подаренный «гостинице». Я взяла его, покрутила в пальцах и поймала своё отражение в тёмном стекле.

Улыбка была совершенно дурацкой.

Я спрятала мяч в ящик и решила, что до субботы пройдёт много времени.

До субботы оставалось два дня.

Глава 4

В субботу я проснулась в семь утра без будильника и минуту лежала, глядя в потолок. Обычно выходной начинался с кофе, медленного завтрака и переговоров с собой о том, стоит ли вставать до десяти. Теперь я собиралась ехать за город гулять с мужчиной, которого знала меньше двух недель, и собакой, которую знала лучше этого мужчины. Ситуация была странной, но почему-то радовала.

Я перебрала три футболки, разозлилась на себя и в итоге надела белую, которую выбрала первой, джинсы и лёгкую ветровку. Волосы собрала в высокий хвост, нанесла немного туши и сразу вытерла половину салфеткой, потому что идея краситься на прогулку с собакой показалась нелепой. Через двадцать минут я снова стояла перед зеркалом. Там была обычная я. Не бывший маркетолог, не временная сотрудница собачьей гостиницы, не женщина, которую неожиданно сократили. Полина, двадцать девять лет, собирающаяся провести день с человеком, при мысли о котором хотелось улыбаться.