Авангард (ЛП), стр. 41
Потом разбор полётов в конспиративной квартире. Предупреждения Кэт. Бедный Байо, думающий, что ему нужна лоботомия.
«Это больше не повторится».
Я сказала это так, будто действительно имела это в виду, но никогда в это не верила.
То, что я почувствовала на той крыше, было не просто физической разрядкой — что-то во мне словно треснуло, раскрылось: что-то тёплое, яркое, ослепительное. И это уже не соединить обратно. Нельзя «отменить» ощущение прикосновения после того, как ты была лишена его так чертовски долго.
Вдруг звонит телефон в номере, и я вздрагиваю, наклоняюсь, чтобы заглушить этот кричащий звук.
— Алло? — бормочу я, надеясь, что это Авангард.
— Мисс Бакстер, — голос холодный, чёткий, с этим акцентом. — Надеюсь, я не звоню слишком рано?
Джулия Ван Вин.
Я резко сажусь, мгновенно окончательно проснувшись.
— Доктор Ван Вин. Вовсе нет, я…
— Я не стану отнимать у вас много времени, — она прерывает мои неуклюжие попытки заговорить с хирургической точностью. — Я хотела бы пригласить вас на частную экскурсию по нашим объектам в «Глобал Динамикс». Подумала, что это может быть полезно для вашего материала, даст вам контекст о том, как мы работаем, к чему стремимся в будущем, — она делает паузу. — За пределами публичного шоу.
Инстинкты покалывают затылок. Джулия Ван Вин ничего не делает без причины, и это приглашение вызывает у меня подозрения. Экскурсия наверняка будет тщательно зачищена — это ясно, — но я не собираюсь отказываться от такой возможности.
— Это очень щедро с вашей стороны, — осторожно говорю я. — Я бы с удовольствием узнала больше о вашей работе.
— Прекрасно. Скажем, в одиннадцать часов? Я распоряжусь, чтобы кто-то встретил вас в лобби.
— Буду на месте.
— О, и, мисс Бакстер? — её голос становится ещё холоднее, ледянее. — Надеюсь, вы хорошо провели вечер после того, как покинули гала-вечер.
Желудок сжимается. О нет. Только не говорите, что она знает.
— Всё было нормально, — выдавливаю я. — Просто вернулась в отель.
— Хорошо. Я тоже люблю спокойные вечера дома, — ещё одна пауза, полная скрытого смысла. — До скорой встречи.
Она кладёт трубку.
Я смотрю на телефон, сердце глухо бьётся о рёбра. Да, это был не просто звонок с приглашением. Это был вызов. У меня ощущение, что она точно знает, что произошло прошлой ночью (проще уже сказать, а кто не знает?), и меня ждёт ещё одна лекция о границах дозволенного.
«Профессионально. Холодно. Как агент».
Я всё ещё повторяю это про себя, словно мантру, когда мой мобильный вибрирует.
На этот раз я узнаю номер. Пульс подскакивает.
— Алло?
— Привет, — голос Авангарда хриплый, будто он не спал. Будто провёл всю ночь, думая о…
— Привет, — отвечаю я, стараясь говорить нейтрально, но мой голос звучит чуть ли не задыхающимся.
Пауза.
— Я вернулся за тобой прошлой ночью. Тебя уже не было, — говорит он.
— А, да. Я сама спустилась, — стараюсь говорить легко, небрежно, будто ничего особенного. — Там какие-то люди устроили вечеринку наверху. Я спустилась на лифте.
— Я искал тебя. У твоего отеля.
Ого.
Я представляю, как он парит возле моего окна, ищет меня. Эта мысль должна бы пугать, но вместо этого у меня сжимаются бёдра.
Меня сталкерит супергерой? Да я только за.
— Я вернулась поздно, — говорю я, и это не ложь. — Мы просто разминулись, — меньше всего ему нужно знать, куда я отправилась потом. Думаю, мне стоит быть осторожнее.
Ещё одна пауза, на этот раз более тяжёлая. Я слышу его дыхание, почти ощущаю вес всего невысказанного, давящего сквозь телефон.
— Мия, — теперь его голос мягче, осторожнее. — На счёт прошлой ночи…
— Нам не обязательно это обсуждать.
— Думаю, нужно.
— Я правда считаю, что не нужно, — я закрываю глаза, собираясь с силами. «Профессионально. Холодно. Как агент». — Был момент, да. Не нужно делать из этого что-то большее.
Молчание затягивается настолько, что я проверяю индикатор сигнала — не оборвался ли звонок.
— Это то, чего ты хочешь? — наконец спрашивает он, и в его голосе звучит что-то уязвимое, от чего у меня сжимается сердце. — Чтобы это не стало чем-то большим?
Нет. Боже, нет. Я хочу, чтобы это стало всем. Хочу, чтобы ты влетел в моё окно и закончил то, что мы начали. Хочу снова почувствовать твои руки на себе, потому что никто и никогда не касался меня так, и я в ужасе, что проведу остаток жизни в погоне за этим ощущением…
— Думаю, так будет лучше, — вместо этого отвечаю я. — Для материала. Для нас обоих.
— Понятно, — его голос становится холодным, отстранённым. Словно захлопнулась дверь. — Для материала.
Обреченность этих слов причиняет боль.
— Кстати, — продолжаю я, — мне только что позвонила Джулия. Пригласила на экскурсию по «Глобал Динамикс». В одиннадцать.
— Что? — резко переспрашивает он. — Зачем?
— Сказала, что хочет дать мне контент для статьи. Показать, к чему на самом деле вы стремитесь, — уточняю я. — Под «вы» я имею в виду компанию.
— Не думаю, что это хорошая идея.
Я хмурюсь.
— Почему? Это как раз тот доступ, который мне нужен для статьи.
— Потому что Джулия не водит экскурсии, — его голос напряжён. — Она не раздаёт личные приглашения журналистам по внезапной прихоти. Если она обратилась к тебе напрямую, значит, ей что-то нужно или она пытается что-то выяснить.
— Она хочет, чтобы я увидела то, что она хочет мне показать. Хочет убедиться, что я напишу что-нибудь лестное.
— Джулию не волнует лестная пресса. Её волнует контроль, — он делает паузу. — Приходи лучше ко мне. Мы можем продолжить интервью у меня. Я отвечу на любые твои вопросы. Любые. У тебя будет полный доступ ко мне.
Предложение повисает между нами — манящее и пугающее. Его пентхаус. Наедине. После того, что случилось прошлой ночью?
И полный доступ к нему?
Я точно понимаю, что это значит.
— Авангард, я не могу, — говорю я, намеренно используя его прозвище. — Мне нужно всё делать по правилам. Если я сейчас приду к тебе…
— Ты боишься, — тихо говорит он. — Меня?
— Я боюсь себя. Боюсь усложнить ситуацию, когда этого нельзя делать. Не сейчас, когда у меня есть работа.
— Работа…
— Мне нужно провести интервью с Джулией, — настаиваю я. — Это важно для статьи. Для полной картины. Ты ведь можешь это понять?
Он что-то бурчит в ответ.
— Я позвоню тебе после, — обещаю я. — Может, договоримся о встрече завтра, где-нибудь в профессиональной обстановке.
— Профессиональной, — он горько смеётся. Затем вздыхает, и я почти слышу, как он проводит рукой по лицу. — Ладно. Хорошо. Иди на встречу с Джулией. Получи свою экскурсию. Но отнесись ко всему с долей скепсиса, — пауза. — Мия, будь с ней осторожна. Она не такая, какой кажется.
— Хочешь сказать, она ещё хуже?
Ещё один смешок, на этот раз полный скрытого смысла.
— Ты даже не представляешь. Просто… не верь всему, что она тебе говорит.
Я завершаю звонок и сажусь на край кровати, сжимая телефон в руке. Сердце колотится, мысли спутались. Часть меня хочет перезвонить ему, сказать, что я передумала, что приеду в его пентхаус и позволю ему сделать всё то, на что намекал его голос.
Но я не могу. Потому что Кэт была права. Я уже падаю, и если скоро не дёрну за кольцо парашюта, я разобьюсь. А когда это случится, я утащу за собой всё.
«Профессионально. Холодно. Как агент».
Я повторяю это, словно молитву, пока принимаю душ, одеваюсь и готовлюсь к встрече с женщиной, которая создала человека, в которого я изо всех сил стараюсь не влюбиться.
«Глобал Динамикс» неизменно вызывает у меня мурашки.
Я называю своё имя роботу-администратору, и тот вместо того, чтобы выдать мне пресс-бейдж, просит присесть и подождать. Я стараюсь не обижаться из-за его несколько покровительственного тона и всё равно благодарю его.