Верификация Том 6 (СИ), стр. 47

— И?

— Они оставляют следы. Любой легендарный монстр — это, по сути, ходячий генератор специфического зэн-излучения. У каждого вида оно уникально, как отпечаток пальца. Когда эта тварь охотится, дерется или просто творит что-то из ряда вон выходящее, она выдает мощнейшие зэн-всплески. Фонит так, что ощущается на десятки километров вокруг. Псионика Маши, конечно, на такие дистанции не тянет, но есть другой способ.

— Кастор?

— В точку. Сенсорная сеть бункера Эхо изначально проектировалась и для мониторинга аномалий. Радиус покрытия у нее порядка двухсот километров. Кастор умеет засекать зэн-аномалии на таком расстоянии и классифицировать их по спектральному рисунку. Если в зоне охвата оставит свой след легендарный монстр, то мы будем в курсе.

— И сколько времени уйдет на поиски?

— Заранее не угадаешь. Может, день, а может, и месяц. Но я знаю, как поднять наши шансы. В мое время мы собрали целый каталог спектральных сигнатур всех известных легендарных монстров. Он до сих пор хранится в архивах Кастора. Если загнать их в сенсорную сеть в качестве фильтров, искин начнет отсеивать фоновый шум и реагировать только на совпадения с нашей базой. Это в разы ускорит дело.

Я остановился возле экрана с картой.

— А ты знаешь, кто вообще из этих легендарных водился в наших краях?

— В радиусе двухсот километров от Эха в мои времена замечали три вида. Каменный Молох, подземная тварь: бронированная, медлительная, но чертовски сильная. Для охоты в одиночку вариант так себе. Эта тварь зарывается глубоко в скалы, и без тяжелого вооружения ее оттуда не выковырять. Еще был Серебряный Анубис. Хитрый и быстрый хищник-одиночка, предпочитающий бить из засады. Опасен, но сильно уязвим к псионике… которой у тебя, к сожалению, нет. Ну и Золотой Дорхан.

Это название было мне знакомо. Вернее, я знал мутаген, который добывали из этой твари.

— Жало Дорхана, — задумчиво протянул я. — Тот самый мутаген, что я снял с трупа Хилла.

— Все верно. Золотой Дорхан отдаленно напоминает то, что в ваших мифах зовут драконом. Это крылатый рептилоид с шестиметровым размахом крыльев, покрытый чешуей, которая на свету приобретает характерный золотистый оттенок. Его основное оружие — раскаленная плазма. Он генерирует ее в специальном органе, расположенном в грудной клетке, и выбрасывает через пасть или особые железы на передних конечностях. Температура плазменного выброса до четырех тысяч градусов. Прямое попадание испаряет стандартную киберброню за секунду.

— Веселая зверушка, ничего не скажешь.

— Однако у него есть один существенный изъян. После каждого такого залпа ему требуется секунд тридцать-сорок на перезарядку. И его чешуя, при всей прочности, имеет уязвимые точки: сочленения на шее, подмышечные впадины и основание хвоста. Если подберешься достаточно близко и нанесешь точный удар, ему конец. В мое время охота на Дорхана считалась невероятно сложной, но все-таки выполнимой задачей для Сципиона седьмого-восьмого круга.

— А ничего, что я пока только на шестом?

— Именно поэтому разницу в уровне придется компенсировать тактикой и хорошим снаряжением. У тебя есть Астер Кор с полетным модулем, маскировка Хамуса, Сумрачный Гость, Жало Дорхана и Броненосец. С таким арсеналом шансы есть. Не высокие, конечно, но вполне себе реальные.

— И это, по-твоему, самый легкий вариант быстрой прокачки?

— Да, именно так, — без тени иронии отозвался Скиф.

Я тяжело вздохнул.

— Ладно уж. Загружай в Кастора свой каталог сигнатур. Посмотрим, что из этого выйдет.

Настройка сенсорной сети заняла несколько часов. Кастор, получив протоколы спектрального анализа четырехвековой давности, долго и нудно калибровал датчики, попутно жалуясь на деградацию внешних антенн. В итоге Молот вызвался подлатать самые проблемные из них. Он залез на крышу бункера и провозился там до самой темноты, матерясь и гремя инструментами.

К утру система наконец-то заработала.

Следующие двое суток прошли в напряженном ожидании. Я с головой ушел в прокачку: вливал накопленную зэн в усиления, выжимая максимум из параметров своего шестого круга. Маша продолжала без устали тренировать псионику и воздушную магию. А Молот оккупировал Кузницу, взявшись восстанавливать запас фиолетовых энергоклинков, и пропадал там часов по двенадцать кряду.

Сигнал от Кастора пришел на третий день.

— Зафиксирована зэн-аномалия, — бесстрастно доложил искин.

Я как раз в это время сидел в столовой, доедал свой завтрак и чуть не поперхнулся от этой неожиданной новости.

— Спектральная сигнатура на девяносто четыре процента совпадает с архивным профилем объекта Золотой Дорхан, — продолжил Кастор. — Расхождение находится в пределах допустимой погрешности, вызванной деградацией сенсоров.

Я неспешно отодвинул пустую тарелку и спросил:

— Засек координаты?

— Да, конечно, — отозвался Кастор. — Сто двенадцать километров к юго-востоку. Сектор Д-7 по сетке аномальной зоны, горный массив Клыки. Всплеск зафиксирован семнадцать минут назад. Интенсивность высокая. Судя по характеру сигнала, объект ведет активную охоту или вступил в территориальный конфликт.

Внутри у меня все напряглось.

— Скиф? — мы условились с двойником, что отныне я буду именно так к нему обращаться.

— Да, слушаю, — отозвался он. — Профиль совпадает. Девяносто четыре процента — очень высокое совпадение, особенно если учитывать состояние антенн. Кажется, нам только что крупно повезло.

— Хорошо, если так, — ответил я, поднимаясь из-за стола. — До него сто двенадцать километров. На Астер Коре лететь меньше часа. Если Дорхан сейчас на охоте, его внимание рассеяно. Лучшего момента для нападения просто не найти.

— Согласен. Но давай без спешки, сначала изучим местность. Кастор, выведи на голокарту топографию сектора Д-7.

Над столом плавно развернулась трехмерная проекция горного массива: острые пики, глубокие ущелья и зияющие в отвесных скалах пещеры. Типичные охотничьи угодья для крупного летающего хищника.

— Полно укрытий, — заметил Скиф. — Сверху обзор отличный, а вот у самой земли сплошные слепые зоны. Идеальная территория для Дорхана. Подлетать лучше на бреющем, скрываясь в складках рельефа. И маскировку Хамуса включай заранее.

— Само собой.

В дверях столовой появилась Маша. Видимо, услышала оповещение Кастора.

— Уже уходишь? — Она обеспокоенно взглянула на меня.

— Поймали сигнал Дорхана.

Ее глаза налились тревогой.

— Я с тобой.

— Нет.

— Алекс…

— Маш, это не обсуждается. Условие Системы жесткое и однозначное: бой должен быть одиночным. Если вмешаешься, подвиг просто не засчитают, и вся операция накроется медным тазом.

Она, конечно же, все прекрасно понимала. Мы еще вчера подробно обсудили условия прокачки. Но одно дело сухая теория, и совсем другое смотреть, как я собираюсь в одиночку лететь охотиться на монстра, который способен испарить меня одним своим плевком.

— Я не буду вмешиваться, обещаю, — не сдавалась Мари. — Просто подожду на безопасном расстоянии.

— Это слишком далеко, Маш. Ты же знаешь, что твой Скай Рампарт летит гораздо медленнее. Так или иначе, пока доберешься до места, все уже закончится. А ждать я тебя не могу, иначе рискую упустить удобный момент.

Она подошла, крепко сжала мою руку и больше ничего не сказала, только пронзительно посмотрела мне в глаза.

— Я вернусь, — пообещал я.

Она нехотя отпустила мою ладонь, сделала шаг назад и порывисто кивнула. Ни слез, ни истерик. Настоящий боец. Моя Маша.

Спустя четверть часа я уже стоял на стартовой площадке бункера Эхо, облаченный в Астер Кор. Сумрачный Гость был надежно зафиксирован на магнитном креплении у пояса, энергии под завязку, щиты на максимуме.

— Майя, что по параметрам?

— Системы в норме, Аид, — отозвалась искин. — Полетный модуль активен. Маскировка Хамуса в режиме ожидания. Жало Дорхана и Броненосец готовы к работе.

— Проложи маршрут до сектора Д-7.