Верификация Том 6 (СИ), стр. 46

Объем работ, мягко говоря, не внушал особого оптимизма.

— Все верно, — согласился Двойник. — Но торопиться с этим не стоит.

— То есть как это не стоит? Ты же сам только что расписал мне грандиозный план по восстановлению целой военной базы, а теперь даешь заднюю?

— Именно так. Потому что до всяких там баз, метро и призывов тебе нужно решить одну куда более насущную проблему. Мы ведь только что это обсуждали.

Вновь повисла слегка раздражающая пауза. Я все никак не мог привыкнуть к привычке двойника выдавать информацию по чайной ложке.

— Ты слишком слаб, Архонт, — наконец произнес он.

В его холодных словах не было ни капли высокомерия или зазнайства. Он просто сообщал вполне себе очевидный факт.

— Повторюсь: шестой круг Силы для обычного человека — это, конечно, круто, но для командира Легиона совершенно ничтожно, — продолжил он. — Да, ты прошел Башню испытаний. Но прошел на морально-волевых и едва не погиб на последнем этаже. Аватар Скифа двенадцатого круга чуть не задушил тебя голыми руками! А ведь это была всего лишь симуляция. В реальной драке от тебя бы мокрого места не осталось.

Я открыл было рот, чтобы возразить, но по итогу промолчал. Крыть-то особо было нечем. Если начистоту, то на двенадцатом этаже я выжил благодаря Маше, хитрости и какому-то дикому везению.

— Пойми, когда ты призовешь Сципионов, — смягчил тон двойник, — среди них будут ветераны с десятками лет боевого опыта за плечами. Люди, которые помнят настоящие Легионы и настоящих легатов. Они шли в пекло за командирами девятого, десятого, двенадцатого кругов. И тут перед ними нарисуешься ты. Шестой круг. Пацан, которому Система свалилась на голову меньше полугода назад.

Двойник продолжал холодно рисовать картину того, что меня ждет.

— Как сам думаешь, — его голос стал совсем тихим, почти вкрадчивым, — они станут тебя слушать?

Я знал ответ, и он мне чертовски не нравился.

— Нет, — хмуро буркнул я.

— Именно. Сципион подчиняется только тому, кого уважает, — кивнул он. — А уважение в Легионе всегда измерялось только одним: силой. Будь ты хоть трижды гением стратегии и душой компании, если ты слабее своих солдат, они за тобой не пойдут. Это не бунт и не предательство, это инстинкт. Система Теос встраивает в своих носителей определенную иерархическую модель, где твой текущий круг Силы решает практически все.

— Понял. Значит, прежде чем строить из себя генерала, мне придется доказать, что я достоин его звезд.

— В точку. И теперь мы возвращаемся к нашей главной цели. Двенадцатый круг. Первая эволюция. Это тот самый порог, за которым Сципион перестает быть просто хорошим бойцом и становится чем-то принципиально иным. После первой эволюции ты сможешь свободно перемещаться между мирами Эгиды, начнешь полноценно управлять Хабом. И самое главное, сможешь спокойно смотреть в глаза любому ветерану Легиона, зная, что он видит в тебе командира.

— Двенадцатый круг… — задумчиво протянул я. — Это ведь не быстрый путь.

— Не быстрый, но зато единственно верный. Ты можешь хоть завтра запустить Хаб. Технически это возможно. И знаешь, что произойдет дальше? Ты призовешь сотню ветеранов, и первый же Сципион, увидев тебя, спросит: «Мальчик, а где настоящий Архонт?»

Я невольно хмыкнул. Формулировка была грубоватой, но исключительно точной. Будь я на их месте, спросил бы то же самое.

— Ты обязан стать для них примером, — добавил двойник, и в его голосе проскользнула какая-то глухая, выстраданная опытом убежденность. — Командир всегда идет в авангарде и не прячется за чужими спинами. На этом стояли Легионы, и именно поэтому они были непобедимы.

— Добро, — выдохнул я. — Ты меня убедил. Сначала займусь своим ростом.

— Верное решение, Архонт.

— Слушай, хорош уже называть меня Архонтом. Я этого пока не заслужил.

— Вот поэтому и называю. Чтобы ты не забывал, к чему надо стремиться.

Глава 28

Пара дней после нашего возвращения из Башни Испытаний прошли в довольно плотной работе по дальнейшему обустройству базы и доставке новой партии припасов из Камнегорска.

К исходу второго дня я сидел в командном пункте и хмуро разглядывал голографическую карту аномальной зоны. Небольшие зеленые области разведанных территорий терялись на ней в море серого тумана неизвестности. Молот по обыкновению пропадал в Кузнице Архонта, откуда доносился лязг железа и довольное бормотание. Маша практически не появлялась в бункере, восстанавливая псионические каналы в компании Тени с помощью долгих медитаций. Михаил оставался в Камнегорске, координируя работу своей группы и собирая разведданные.

Скиф молчал уже вторые сутки. Я начал привыкать к этой его черте. Он мог долго не выходить на связь, а затем выдать нечто такое, от чего все вокруг сразу вставало с ног на голову.

Так случилось и сейчас.

— Виктор, — неожиданно раздался его слегка резковатый голос в моей голове.

— Что? — встрепенулся я.

— Нам нужно обсудить твою прокачку.

Ну наконец-то! Я откинулся на спинку кресла и с легким нетерпением в голосе произнес:

— Внимательно слушаю.

— До двенадцатого круга тебе надо пройти шесть ступеней. И каждая из них намного сложнее, чем все прошлые вместе взятые. Если действовать по стандартной схеме, то есть копить зэн, внедрять мутагены, прокачивать усиления, это займет годы. А времени у нас нет. Мир вокруг рушится, аномалии разрастаются, да и Темный с каждым месяцем становится все сильнее.

— И что ты предлагаешь?

— Прежде всего ты должен знать, что, начиная с седьмого круга, Система требует от носителя кое-что еще, помимо энергии и мутагенов. Для перехода на каждый новый круг теперь нужно совершить великий подвиг. Именно так это называется в протоколах Теоса. Звучит пафосно и размыто, но суть довольно проста: ты должен совершить нечто по-настоящему выдающееся. Например, одолеть врага, который значительно превосходит тебя по силам, или убить легендарного монстра.

— Кого-кого?

— В Омеге есть существа, которые стоят на самой вершине пищевой цепи. Их не так уж и много. Может, несколько сотен или в лучшем случае пара-тройка тысяч на весь мир. Каждый из них — уникальная боевая машина, формировавшаяся столетиями. В мое время мы называли их аномальными примархами. Местные зовут их легендарными монстрами. Их зэн-потенциал колоссален, а мутагены, которые можно извлечь из тел, бесценны.

Я задумчиво поскреб подбородок. Все это, конечно, звучало вполне логично, но вместе с тем и смертельно опасно.

— Есть еще одно важное условие, налагаемое Системой, — добавил Скиф. — Подвиг должен быть совершен в одиночку. Без чьей-либо помощи. Система отслеживает участие других Сципионов и существ, включая тех, кто подчинен через репликацию. Если кто-то вмешается, подвиг просто не засчитают.

— Зашибись. То есть я должен в одиночку убить тварь, которая пережила несколько сотен лет аномального хаоса и доросла до статуса легенды?

— Именно.

— Звучит нихрена себе не весело.

— Зато это самый быстрый путь. Альтернатива: тратить годы на рутинную прокачку. Либо попытаться убить более мощного носителя Системы из стана врага, что на данном этапе выглядит гораздо менее реалистично. Легендарные монстры, в отличие от людей, хотя бы предсказуемы. У каждого из них есть свои повадки и уязвимые места. Да, эти твари невероятно сильны, но назвать их разумными в полном смысле этого слова нельзя.

Я поднялся и неспешно прошелся по комнате. За бронированным стеклом командного пункта виднелась скупая зелень нашей небольшой оранжереи. Молот все-таки умудрился реанимировать гидропонику, и теперь из питательного субстрата робко пробивались первые ростки.

— Ну, допустим, я согласен. И как их теперь искать, этих самых монстров?

— А вот тут начинается самое интересное, — голос Скифа заметно оживился. — Легендарные твари не бродят по аномалиям просто так, без дела. Они привязаны к конкретной территории. Каждый такой монстр занимает свою экологическую нишу и держит под контролем огромную зону, порой до сотни квадратных километров. И свои угодья они почти никогда не покидают.