Осколки грёз, стр. 45

– Да, возможно. Это было так давно, но эта ситуация оставила свой неприятный след. Та девушка была дорога мне. Мы были слишком молоды и импульсивны. А когда ты слишком молод, тебе все кажется несерьезным. Я хотел ей помочь, но каждый раз, когда я пытался что-то сделать, чтобы облегчить ее страдания, она закрывалась.

– Разве Джулия не хотела быть с тобой вместе?

– Она не справлялась, а я просто не давал ей ту поддержку, которая была ей необходима. Это слишком тяжело, Эмили, – папа взглянул на меня. – И то, что случилось ночью, связано с этим. Иначе бы ты не сидела с подобным запросом в поисковике до утра.

– Пап…

– Я просто хочу, чтобы ты понимала, на что идешь. Наверняка этот человек, из-за которого ты так переживаешь, хороший и ты действительно ему небезразлична. Но это большая ответственность, прежде всего за свою жизнь. Потому что такие отношения в корне могут изменить тебя. Это борьба двух людей, а не одного. Не стоит спасать утопающего, если он сам прыгнул за борт в надежде на лучшее. Мы разошлись с Джулией по этой же причине. Возможно, я поступил неправильно, что оставил ее наедине со своими проблемами. Но это ежедневный труд, когда на полпути нельзя сдаваться, иначе это превращается в замкнутый круг. Тогда мое решение казалось мне правильным, и я не ошибся, ведь благодаря ему встретил любовь всей своей жизни.

Я устало повалилась на подушку. Папина история заставила меня сомневаться. Я не знала, на что шла, но почему-то была уверена, что справлюсь со всем.

– Спасибо. Мне правда нужны были эти слова.

– Я просто хочу, чтобы ты была счастлива и поступила так, как велит тебе сердце.

Сказав последние напутственные слова отца для дочери, он встал и подошел ко мне. Сильные руки обняли меня, а губы коснулись моей макушки.

Я взяла себя в руки, отстранилась от навязчивых мыслей и нашла в себе силы выйти из комнаты. Школа была не самым приятным местом, но выбора не оставалось.

Я сидела за школьной партой, поглядывая на разводы на окнах. Слова учителя звучали где-то далеко и пролетали мимо меня, хотя мне стоило прислушаться к ним.

– Напоминаю вам, что сейчас вы будете выступать перед комиссией со своими проектами. Данное мероприятие создано для того, чтобы посмотреть на стремление учащегося к профильному предмету, который он выбрал в начале учебного года.

– Волнуешься? – спросила Хизер, когда заметила, что я безразлично наблюдала за всем вокруг.

– Совсем нет.

– Эта девушка не похожа на ту Эмили, которую я знаю.

– Есть вещи намного важнее учебы. – Я сделала на этом акцент.

Подруга подвинулась ближе. Она боялась, что нас услышат.

– Райан все рассказал мне, – прошептала Хизер. – Все будет хорошо. Главное – верить в лучшее.

Директор по очереди произносил фамилии. Это был один из значимых моментов во время обучения. Каждый ученик должен был подготовить небольшое выступление по той или иной теме, связанной со своим направлением. Нужно было оправдать ожидания всех учителей, в том числе того, кто был твоим научным руководителем, иначе в худшем случае ждал перевод посреди учебного года в группу отстающих с понижением балла.

Я сжала в руках папку со всей силы, словно это могло хоть как-то унять мои эмоции, и вышла в коридор. Миновав несколько пролетов, я остановилась у кабинета, где сидела приемная комиссия. Апатия поглотила меня с головой, заглушив внутри все эмоции. Отряхнув юбку, я уверенно прошла вперед, словно все, что происходило за последние несколько часов, не сломало меня вовсе.

– Добрый день. Меня зовут Эмили Диннер. Тема моего проекта «Зарубежная литература XX века».

Я готовилась к защите больше недели. День и ночь изучала материалы. Самым интересным в создании проекта было подбирать под основные темы в литературе примеры из книг, которые я уже читала. Самыми противоречивыми в моем докладе мне казались идеи Алена Роба-Грийе [26]. Французский писатель отвергал размышления человека, как главную тему всех романов. На первое место он ставил вещи и предметы, которые могли бы и без человеческих переживаний описать внутренние качества личности.

Как бы мне ни хотелось высказать свою точку зрения, в душе я понимала, что мое мнение совершенно ничтожно по сравнению с авторитетом великого человека. Мне казалось, что эти два фактора могли дополнять друг друга, но никак не существовать отдельно. Порой монолог героя помогает раскрыть все его чувства, а окружающие его предметы придают дополнительный смысл и дают читателю определенную почву для размышлений. Доклад вышел слегка философским.

Спустя полчаса, когда я проходила мимо школьной доски объявлений, возле моего имени стояла оценка «А». Я не задержалась на других именах и последовала к выходу.

Сегодня у «Потертых шрамов» планировалась решающая игра. Матч должен был выявить одного победителя по количеству забитых мячей за все игры. Команда Стэнли находилась на второй ступени таблицы. Если им удастся набрать за матч более шестидесяти очков, у них появится возможность выйти в финал.

Казалось, что в холле собрался весь Уайт-Плейнс. Протиснуться через толпу было невыполнимой миссией.

– Эмили?

Я обернулась. Рядом стоял Стэнли.

– Привет.

Между нами повисло неловкое молчание. После произошедшего никто из нас будто не знал, как себя вести.

– Я рад, что ты пришла. Особенно после…

Не желая, чтобы он заканчивал предложение, я поцеловала его. Но это был не просто поцелуй. В нем мои страхи смешивались с приливом возбуждения. Я кусала его губы в неистовом порыве, пытаясь передать ту боль, что прочно засела у меня в груди. Он принимал ее, не противясь, и тогда мое сердце постепенно убаюкивалось.

Я резко отстранилась, ловя прерывистым дыханием воздух, что закончился в легких.

– Сделаешь это ради меня?

– Все, что пожелает моя Лилу, – сказал он и убежал на площадку.

Я направилась в левый сектор к Хизер и Райану.

После того, как Дерек вернулся в строй, команда вновь пришла в боевую форму. Трибуны разрывались от криков. Почувствовав облегчение, я позволила себе насладиться этим матчем, оставив все плохое за стенами стадиона.

Игра началась пару минут назад, а игроки уже несколько раз успели перехватить друг у друга мяч и забить несколько бросков. В решающей битве всегда сложно уследить за чем-то одним. Глаза разбегались, пока я пыталась уследить за парнями.

Команда соперников разыгрывала новую комбинацию. Пятый номер из команды «Пит Буллс» попытался быстрым движением отдать пас одному из своих игроков, но Энтони быстро успел среагировать и оказался в поле их зрения в считаные секунды. Ему удалось перехватить мяч и отбросить его в сторону Стэнли. В итоге мяч оказался в кольце.

Первая четверть не была напряженной, в отличие от второй.

Следующая атака совершалась уже командой «Шрамов». Они создали свободную зону в краске [27] соперника, где уже находился Дерек, и после быстрого и точного паса ему ничего не оставалось, как повиснуть с мячом на кольце. Глухие недовольства противников в мгновение затихли. «Пит Буллс» явно не ожидали такого исхода событий.

Но спустя пару выбросов из аута, игроки «Шрамов» стали все чаще ловить на себя фолы. Все мячи без исключения залетали в их зону. Штрафные очки не летели у Кристиана и Стива. Похоже, что парни слегка перенервничали, и это ударило по их репутации на площадке.

Тренер незамедлительно подозвал парней к себе. Он произвел замену. Но Стэнли остался на своей позиции атакующего защитника.

– Вперед, Стэнли! – крикнула я изо всех сил, и Хизер искоса посмотрела на меня.

Каждый бросок, который прилетал в кольцо «Шрамов», сопровождался моими раздраженными возгласами. Иногда я даже отворачивалась, когда противники заходили в их зону. Это было слишком волнительно, ведь от этой игры зависела судьба не одного игрока, а целой команды.