Разбитое сердце Алеиды (СИ), стр. 30

Асант заметил как Мариса кутается в одеяло. Нахмурил брови пуще прежнего.

— Прости меня, Мариса. Я один виноват во всём. Туин прав, я не думаю о последствиях своих поступков. И о тех, кто рядом с мной. Я слишком верю в себя, слишком. Эта миссия совсем не простое дело, — проговорил он с горечью.

Миссия. Неужели Асант и правда хочет лишь продать амулет? Почему тогда зовёт это миссией? Странно это. Миссия — дело благородное, а в продаже ценной вещи, которая может сослужить хорошую службу, лишить королевства надежды, нет в этом ничего благородного. Что-то подсказывало Марисе: Асант скрывает больше, чем думает кто-либо. Возможно, даже Бьянко не всё знает.

— Думаю, тебе так же холодно как и мне. Не нужно сидеть на ледяном полу. Тут два одеяла, — вдруг сказала Мариса. Она скромно улыбнулась и подвинулась, приглашая мужчину сесть рядом с ней.

— Я не стою этого, Мариса, — возразил он, качая головой.

Девушка упрямо раскрыла одеяло, мол давай залезай. Асант всё же послушал её. Он встал с пола и опустился на узкую кровать. Их тела соприкоснулись. Оба ощутили тепло друг друга. Человеческое тепло — лучшее средство, чтобы согреться. Мариса укрыла мужчину одеялом и придвинулась ближе.

— Ты совсем замёрзла, — прошептал Асант, обхватывая девушку за талию и прижимая к себе ещё ближе.

— У меня нет такой шикарной, густой шерсти как у Бьянко, — покосилась Мариса на кота, чувствуя некоторую неловкость от такой близости с Асантом. Снова. Сначала в поезде, потом в саду королевы, ещё в воде, там было даже подобие поцелуя (вынужденного, конечно) и вот сейчас. Она вновь в его объятиях. И ей опять это нравится. Она улыбнулась. Асант хмыкнул на её реплику.

Он склонил к ней голову. Мариса мигом ощутила тепло его чуть смуглой кожи. Не ожидая от себя, она опустила голову ему на грудь, обняла порывисто, укутавшись в его тепло. Вскоре она почувствовала невероятный комфорт в его сильных руках, а мерное биение его сердца подарило ей покой. Асант был сначала удивлён жестом девушки, но решил промолчать. В конце концов ему нравилось, что она рядом, да так близко. И согреться им надо, тут не поспоришь.

— Не всегда самобичевание — лучшая мера, — через какое-то время пробормотала сонная Мариса. — Иногда стоит себя оправдать. Если, конечно, твоя цель благородна. Нужно быть к себе мягче.

Она подняла голову и встретилась глазами с удивлённым взглядом его тёмных глаз. Казалось, он обескуражен её словами. Не в силах сдержаться Асант поднял руку и провёл пальцами по щеке девушки. Её кожа словно шёлк: гладкая и мягкая. Хотелось касаться её снова и снова. Но он опомнился и убрал руку. Жадно взглянул на её губы, но отвёл взгляд. Асант ничего не ответил на слова Марисы, и девушка поняла: она права, им движет не жажда наживы, а нечто более весомое и благородное. Нечто значимое. Узнать бы, что именно.– Скажи, как ты выбрался из темницы в прошлый раз, – спросила она, вспомнив о словах Шохога про Асанта и темницу.– Мне тогда повезло. Стражник напился и повёлся на мои речи. Он не любил королеву. Не знаю почему. Он выпустил меня. Я смог добраться до леса и пересёк границу Долины. Путь был долгий, но я от неё сбежал. Правда вряд ли стражник остался цел и невредим.

Мариса снова спрятала лицо у Асанта на груди и закрыла на этот раз глаза.

— Спи, Мариса, — раздался над ухом голос Асанта.

Эта ночь будет длинной, но в тёплых объятиях Асанта, она хотя бы не будет холодной.

Глава 28 Побег из Долины Лунного Света

Она ехала за рулём старенького Фольксвагена, арендованного в городе. Дорога серпантином уходила вдаль, теряясь и извиваясь как змейка, а рядом звучал весёлый смех и мелодия из кинофильма. Мариса ехала из Лондона, и после отличного, умопомрачительно интересного и увлекательного путешествия хотелось вернуться домой. Соскучилась по маме и папе. Она впервые оставила их так надолго.

Кто же это так заливается смехом на соседнем сидении? Смех был знакомым, но Мариса не могла повернуть голову и посмотреть на весёлую пассажирку. Марисе вдруг тоже стало смешно. Она захохотала, но веселье прервал резкий скрежет и звяканье ключей. Девушка обернулась и… открыла глаза.

В дверном проёме темницы стояла Мэри. Глаза широко раскрыты, а по лицу пляшут тени от горящего факела. Мариса, не веря, протёрла глаза. Мэри? Здесь? Это же темница, а не ателье. А Мэри модистка, а не стражник в доспехах. Поэтому вряд ли её послала королева, значит она тут тайно.

— Мариса, — позвала девушка и сделала несколько робких шагов внутрь темницы.

— Мэри? Что ты здесь делаешь? — это проснулся Асант. Марисе стало неловко, что она в объятиях мужчины, и девушка отодвинулась, вежливо убирая с себя руку Асанта. Сначала рука его инстинктивно сжала талию девушки, но всё же позволил свою ладонь убрать. По обычаю сдвинул брови к переносице, но промолчал. Спросонья Асант подумал, что пришёл стражник, но поняв, что ошибся, немного успокоился.

Мэри сняла капюшон, открывая светлые локоны. Под её плащом явно было что-то. Бьянко уже давно открыл глаза и настороженно следил за открывающейся дверью. Лязганье замка действовало ему на нервы, совершенно раздражало, и он странно мурлыкнул, увидев, кто вошёл в их камеру.

— Вас спасаю, что же ещё я могу делать здесь. Сюрприз! — улыбнулась немного нервно модистка, доставая из-под плаща несколько свёртков. — Эви помогла. Здесь одежда и ваша вещь, но книгу достать не удалось. Не знаю зачем она вам, но теперь хорошо охраняется. Не подступишься. Эви пробралась в покои королевы и выкрала это.

На ладони девушки сверкнул фиолетовый осколок амулета.

Мариса и Асант разом вскочили с кровати. Асант забрал протянутую частичку амулета. Мариса в общем не горела желанием осколок брать. Ей-то он ни к чему.

— Вот переоденьтесь. Мало ли куда вас занесёт очередной портал. На всякий случай и тёплые плащи захватила.

Мэри закрыла Марису плащом и та быстро скинула чуть влажную одежду.

— Извини, что не принесла что-то удобнее и практичнее, но я сильно торопилась и хватала, что попало.

— Всё отлично, но я вообще не понимаю как ты решилась пойти против королевы. Тебе ведь нравится здесь, сама говорила.

Во время разговора Мариса облачилась в коричневое платье с маленькими пуговками. Широкие белые рукава по типу фонариков, зауженные у запястий и стянутые шёлковой лентой. Удобно. Ладоням ничего не мешает. В свёртке Мариса нашла так же перчатки, тёплый, подбитый мехом плащ с капюшоном, сапожки. Наряд действительно походил больше на прогулочный, чем для путешествий, но выбирать не приходилось. Лучше такой наряд, чем мокрая одежда. О, Мэри, обо всём позаботилась!

— Я сказала, что мне нравится здесь, но не говорила, что мне нравится здешняя королева. Она изменилась с некоторых пор, — отозвалась Мэри после недолгой паузы на реплику Марисы. Бьянко посматривал на модистку неопределенным взглядом, но молчал.

— Почему? Как изменилась? — спросила Мариса.

— И в чём причина? По мне она всегда была хитрой и злобной, — подхватил Асант.

— Не всегда. Но ты её узнал уже такой как сейчас. Когда я появилась в Долине, меня приняла милая и добрая королева, она раскрыла мне свои объятия. Омбриэль и тогда любила загадки, но она была справедливой, а не злой. Но теперь это жестокая и совершенно беспринципная женщина. Может она лишь скрывала свой истинный характер. Нет, это не та Омбриэль, которую я знала. Что произошло, мне неведомо, но я не буду потакать её подлым планам. Она ведь хотела усыпить вас, чтобы удостовериться, что вы не сбежите от неё. А тебя, Асант, она приказала убить, если ты попытаешься сбежать. Сказала, что ты ей не нужен, нужна только та, что открывает порталы. Да и воппи в спальне не случайны.

— Мы и не сомневались, что Омбриэль хочет достать осколки, — кивнул Асант, всё-таки не понимая, зачем они ей. Явно не для любования или продажи. Долина Лунного Света полна богатств. Да и сама Омбриэль говорила, что ей ни к чему дрязги и проблемы Шелруда. Хотя Асант ей не верил. Так зачем ей всё это?